Страница 21 из 23
Барт сразу же пошёл дальше к другой клетке, даже не оглянувшись на Марию. А она, всегда испытывающая страсть к всевозможным экзотическим тварям, открыла решётчатую дверцу и протянула руку к ящерице…
Всё произошло настолько неожиданно, что она даже не успела испугаться. Когда расстояние до ящерицы сократилось до нескольких сантиметров, и её ладонь зависла около длинного сплющенного с обеих сторон хвоста, откуда-то вырвалась огненная струя и опалила ей руку. Это потом уже Мария вспомнила, как ящерица приподняла свой плоский хвост и развернулась к ней задом, из которого и вырвался ослепительный залп. А сейчас она лишь громко ойкнула и моментально выдернула руку из клетки. Застыла, прикрыв ожог другой рукой и испуганно взирая на Барта.
— Мария! — только и успел воскликнуть колдун, прежде чем подскочить к ней. Он схватил её обожженную руку за кисть и внимательно осмотрел. — Пошли, я возьму из аптечки противоожоговую мазь. Ну, как ты могла! Ты хоть читала пожарную инструкцию, прежде чем её подписать?
Честно говоря, ей и в голову не пришло читать этот бред. Ведь тогда она думала, что это именно так…
— Конечно, читала! — тут же соврала она. — Но ваши правила писал какой-то олух!
— В смысле, олух? — подозрительно прищурился Барт. — Чем же они тебе не угодили?
— А тем, что там написано огнедышащие твари. Следовательно, это подразумевает, что огонь они извергают горлом. А эта чёртова песочная ящерица просто приподняла хвост и… Извините, но в документе должно быть чётко прописано, каким местом они это делают. А горло и жопа — это совершенно разные вещи!
— Согласен. Когда я писал эту инструкцию, то допустил неточность.
Мария тотчас прикусила язык: ведь она только что обозвала его олухом! Но эти мысли вскоре вытеснила резкая всепоглощающая боль. Ожёг мучительно задёргал так, что у неё из глаз только искры посыпались. Мария охнула и в отчаянии затрясла обожженной рукой.
— Мышка, потерпи немного, сейчас боль утихнет, — Барт осторожно нанёс молочного цвета мазь на обожженное место.
Её терпение таяло на глазах. Когда же станет хоть немного легче? Кажется, эта пульсирующая изнуряющая боль и не собиралась стихать! Поэтому слёзы непроизвольно текли из её глаз, и она даже и не пыталась с ними бороться.
Колдун взял её за локоть и поднёс обожжённую руку к своему лицу. Он начал на неё осторожно дуть, почти прикасаясь к ней губами. И как только холодная воздушная струя коснулась её кожи, боль заметно ослабла.
— Легче? — Его серо-зелёные глаза светились заботой и нежностью.
— Д-да, — заикаясь ответила она, проваливаясь в глубину его глаз. И почему-то боль уже отошла на второй план…
Барт осторожно положил её обожженную кисть ей на колени. Но как только он это сделал, боль тотчас вернулась. Мария ахнула и вновь затрясла рукой.
— Неужели мазь нисколько не помогла? — сочувственно спросил он.
— Как видишь!
— Ладно. Только сиди смирно. Я сейчас наложу на тебя заклинание, и боль тут же уйдёт.