Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1 из 29

========== Глава 1 ==========

Угольно чёрный автомобиль представительского класса ехал по оживлённым улицам полуденного Нового Орлеана, города, что никогда не спит, жизнь в котором бьёт ключом, вселяя в его жителей необузданную энергию. Поражая своими огнями и неуёмностью жизни, он словно танцует, заражая своим позитивом и в то же время загадочностью, с долей мистической таинственности, чего только стоят все эти истории о Вуду и известной на весь мир Мари Лаво.

Днём город ничем особо не отличался от других многочисленных городов необъятной страны, с такой же суетой и оживлённостью, привычными пробками и проблемами. Волшебство начиналось ночью, стоило только музыкантам заиграть, а вывескам загореться, освещая ярко-ярко улицы, заполненные туристами и местными жителями, теми ещё любителями безудержного веселья и прославленного крепкого бурбона.

Сидя на заднем сидении автомобиля, миниатюрная блондинка уставилась в окно, бездумно смотря на мелькающие перед её глазами пейзажи, совсем их не видя, витая в собственных мыслях и ещё больше погрязая в тоске по родному дому. При этом она обиженно хмурила брови, то и дело недовольно косясь на мужчину, сидевшего рядом с ней и разговаривавшего по телефону. Как всегда, одетого в строгий костюм, с неизменной серьёзностью в глазах и несколькими телефонами, которые звонили не переставая, просто-напросто сводя её с ума своей беспокойной и громкой трелью.

– Я перезвоню через 20 минут, – он дождался ответа собеседника, а после положил трубку, тяжело и устало вздохнув, – Кэролайн, ты ведёшь себя как ребёнок. Тебе уже давно не пять лет, – серьёзно проговорил Билл Форбс, отец девушки, в ответ на её очередную истерику и попытку напомнить ему, что Майами для неё родной дом, а вовсе не этот городишко.

– Папа, я устала. Я не хотела переезжать, но ведь моё мнение никому не интересно, – пробурчала Кэролайн, всё так же смотря в окно, словно ребёнок выпятив нижнюю губу и скрестив руки на груди, лишь бы отгородиться от этого недовольного взгляда и очередного потока лживых обещаний.

Она не собиралась даже начинать этот разговор, который неизменно закончится как и всегда. От неё просто отмахнуться, словно от назойливой мухи, и скажут, что уже всё решено. Естественно, сперва он даст ей миллионное обещание провести день вместе, чтобы он показал ей, что город не так уж и плох. Будто бы она всё такая же наивная, как и в тринадцать, чтобы поверить в эту небылицу.

– Мы ведь уже говорили об этом. Я не могу оставить тебя в Майами одну. Мне нужно наладить дела фирмы здесь. Кэролайн, я стараюсь… – он резко замолчал, посмотрев на экран вновь зазвонившего телефона, понимая, что не может пропустить звонок от своего аналитика.

Билл тут же ответил, мгновенно включаясь в обсуждение очередного финансового вопроса, связанного с выходом их компании на новые рынки сбыта, а Кэролайн лишь нахмурилась ещё больше, совершенно не удивляясь тому, что работа вновь стала причиной их переезда. Уже четвёртого, за последний год.

«Как всегда» – подумала она, нетерпеливо стуча пальчиками по ручке двери автомобиля, когда они свернули к одному из фешенебельных зданий небоскрёба, их нового дома, идеального и роскошного до тошноты.

Как только машина остановилась, Кэролайн поспешно покинула её, громко и крайне раздражённо хлопнув дверцей, прекрасно зная, что отец больше ничего ей не скажет, ведь разговор о стратегических планах компании гораздо важнее проблем собственной дочери. Куда уж ей до многомиллионной корпорации.

Она направилась ко входу в здание, слыша тихие и торопливые шаги своего телохранителя за своей спиной, ощущая его взгляд затылком, но не собираясь сейчас делиться своими переживаниями и злостью, клокочущей внутри и требующей выплеснуться наружу. Срочно. Надоело уже. Ну сколько ещё переездов им предстоит, пока отец, наконец, не поймёт, что его дочь выросла. Ей ведь, в конце то концов, уже восемнадцать, а не десять лет. Она вполне могла бы обойтись и без его несуществующего контроля там, а не вновь бросать привычную жизнь и переезжать сюда.

– Ты так быстро состаришься, – улыбаясь, произнёс телохранитель, поравнявшись с ней и небрежно пожав плечами, уже успев прекрасно изучить всё её повадки за столь долгий срок работы.

– В смысле? – спросила она, внимательно посмотрев на него, не понимая, как же ему всегда удаётся быть настолько проницательным и в то же время так верно подбирать слова.

Кэролайн часто задавалась вопросом, может их там учат таким хитрым приёмам? Наравне с физической подготовкой они быть может изучают ещё и психологию, доводя навыки до совершенства? Или это всё врождённая интуиция и проницательность?

Молча пройдя через холл и нажав на кнопку вызова лифта, она перевела на него вопросительный взгляд, всё ещё ожидая ответа на заданный ранее ею вопрос.

– Ты слишком часто хмуришь брови, морщины появятся, – посмеиваясь, ответил мужчина, пытаясь успокоить её, умело нарушая её личное пространство и руша стену отчуждённости, которую она возвела ещё там, сидя в машине с отцом, стараясь таким образом защитить себя от очередного разочарования.

Кэролайн усмехнулась, ощущая как ей мгновенно стало легче, и шутливо ударила его кулачком по плечу, одарив благодарным взглядом, тем самым выразив свою признательность за его поддержку. Если бы не он, то она скорее всего бы и не выдержала очередной изнурительный переезд.

Дверцы лифта плавно открылись с тихий звоном, и Кэролайн поспешно зашла в просторную кабину, мельком оглядев себя в зеркале и заметив, что телохранитель шагнул за ней следом, нажав на кнопку “пентхаус”. Дверцы так же плавно закрылись и лифт мягко тронулся вверх.

– Завтра в школу?

– Да, – слегка улыбнувшись, ответила Кэролайн. – Энзо, пообещай, что не будешь высаживать меня прямо перед входом. Не хочу привлекать к себе внимание, – пояснила она, заметив непонимание мелькнувшее в карих глазах, – Я иду в обычную школу. Слава Богу, что хоть на это я сумела уговорить своего отца.

– Могу вообще отвезти тебя на своём мотоцикле и, поверь, рядом с таким красавчиком как я, тебя вообще не заметят, – самодовольно заявил он, шутливо подмигнув ей и переведя взгляд на дверцы лифта, которые начали открываться на их этаже.

– Кстати, ты помирился с Эмили? – спросила Кэролайн, выходя из лифта и начиная рыться в небольшой нежно-зеленой сумочке, которая висела у неё на плече, в поисках ключей от квартиры.

– Нет, она собрала вещи и ушла. Я ей отправил уже четыре букета, но она даже не перезвонила, – ответил Энзо, грустно вздохнув и потупив взгляд, мысленно коря себя за ту эгоистичность, что проявлял к ней на протяжении их отношений.

Понятное дело, что она не выдержала подобного, поэтому пока он был на работе, она собрала свои вещи и ушла, оставив ему записку, пояснив, что больше так не может. Как бы больно ей не было, но она решилась всё же уйти, попросив дать ей время, чтобы окончательно всё обдумать, переосмыслить и принять решение.

– Ты здорово напортачил, – отругала его она, заходя внутрь квартиры и кидая связку ключей на стоящий у входной двери столик, чуть поморщившись от неприятного звука соприкосновения металла ключей и стекла.

– Знаю, – Энзо разулся и, зайдя в гостиную, поспешил устало плюхнуться на диван, понимая, что должен был вести себя с ней иначе, должен был хоть изредка говорить ей, что любит.

– Может закажем пиццу и посмотрим сериал? – предложила Кэролайн, так же как и её телохранитель ощущая себя жутко измотанной и крайне уставшей.

– Давай, – немного оживился он, чуть улыбнувшись ей, лишь уголками губ, – Только чур выбираю я, а то твои занудные мелодрамы про любовь надоели.

– Ну уж нет! – возразила она грозно, поднимаясь по лестнице, намереваясь пойти и переодеться в домашнее. – Ты опять выберешь какую-нибудь пошлятину.

– Эй, американская история ужасов это не пошлятина! – возмутился Энзо. – Тем более тебе понравилось.

– Понравилось. Но я не хочу опять слышать, как ты обсуждаешь горяченькую горничную, – крикнула ему Кэролайн, слыша в ответ довольный мужской смех.