Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 35 из 44

Она скучала по своей прежней жизни, в которой не было ни ангелов, ни демонов и уже тем более не было дьявола. Воспоминания об их счастливом прошлом отказывались покидать её, прокручиваясь в голове снова и снова, отзываясь ноющим чувством тоски в груди. Ей не хватало всего этого. Ей не хватало того Клауса, который в её глазах был обычным мужчиной, пусть со скверным характером и особым взглядом на этот мир. Тогда для неё он был просто любимым мужчиной, чьи слова, прикосновения, поцелуи могли вознести её на вершину блаженства.

Кэролайн перестала ощущать его присутствие с того самого дня, как нагрубила ему около университета, несправедливо ранив его, в то время как он исцелил её мать и дал добро на их Стефаном отношения, переступив через свою гордость и чувства. От этого и так мерзко состояние ухудшилось до предела. За ней по-прежнему кто-то всё ещё следил, вот только сердце ясно давало понять, что этот “кто-то” вовсе не дьявол, чей пронзительный взгляд нередко помогал ей бороться с паническими атаками, невольно придавая ей сил прожить ещё один бессмысленный день, не сойдя с ума.

Его глаза, в тот момент, когда он услышал её слова, всё никак не хотели покидать её память, вновь и вновь всплывая перед ней. В них промелькнула боль, впрочем, быстро сменившаяся присущей ему яростью. Но этих нескольких мгновений ей хватило, чтобы ощутить острый укол вины, отозвавшийся болью в сердце. Чувство сожаления буквально душило её и даже общество Стефана, который раньше мог отвлечь её от мыслей обо всём сверхъестественном, не помогало.

Её смена длилась уже несколько часов, а Кэролайн всё никак не решалась взять себя в руки и войти в его кабинет, прекрасно зная, что он там. Вчера она смогла лишь подойти к двери, дотронуться до ручки, а затем, поддавшись своим сомнениям и нерешительности, резко отпрянуть, трусливо скрываясь в помещении для персонала.

Сделав глубокий вдох и титаническое усилие над собой, она медленно приблизилась к заветной двери, собираясь с духом. Едва она коснулась ручки, дверь резко открылась и Кэролайн поспешно сделал шаг назад, с удивлением замечая стоящую на пороге Женевьев. Девушка окинула её презрительным взглядом и, нахально улыбнувшись, вышла из кабинета, намерено задев её плечом, тем самым демонстрируя превосходство, изо всех сил стараясь скрыть подступающие к глазам слёзы от унизительного отказа со стороны Майклсона.

Кэролайн проводила рыжеволосую девушку внимательным взглядом, чувствуя, как буря ревности поднимается в её душе, заставляя более смело зайти в его кабинет. Громко захлопнув за собой дверь, она тут же привлекла к себе внимание серых глаз. Его брови слегка дернулись вверх, выдавая его удивление, губы изогнулись в кривой ухмылке, а глаза зажглись любопытством.

– Я смотрю недолго ты горевал, – скрестила руки на груди она, совершенно позабыв об изначальном мотиве своего визита.

Надменная и довольная ухмылка стриптизёрши вывела её из равновесия, услужливо подкидывая её сознанию картинки их “общения” в этом кабинете. Стоило только представить, что его руки касаются другой, как непонятно откуда взявшаяся ненависть заставила кровь в её жилах закипеть от ярости.

– Ревнуешь? – всё с той же ухмылкой на губах поинтересовался дьявол.

– Вот ещё, – хмыкнула блондинка, сжимая пальчики в кулаки, борясь со жгучей ревностью, отравляющей её мысли.

– Похоже разлука не усилила чувства, – наиграно грустно вздохнул Клаус, поднося стакан с виски к своим губам и делая несколько глотков крепкого напитка.

– Ну почему же, – протянула Кэролайн, небрежно пожав плечам, – Я стала даже больше тебя ненавидеть.

Клаус замер, услышав это, а затем резко подскочил на ноги, с силой запустив стакан с виски в стену, не сумев сдержать свои эмоции. Его поступок вынудил её испуганно вздрогнуть и почувствовать, как страх перед ним стремительно возвращается. Атмосфера накалилась до предела, в воздухе буквально полыхала ненависть, наравне с запахом виски, резко ударившим в нос. Он медленно приблизился к ней, заставляя задрожать и потупить взгляд, испытав страх перед его гневом.

– Вот она… моя Кэролайн, – вдруг широкая улыбка появилась на его лице, пока сердце предательски кричало ему прижать её к себе и, наконец, поцеловать.

– Я не твоя Кэролайн! – резко вскинула подбородок она, смотря в его глаза, изо всех сил стараясь казаться смелой.

– Разве? – он слышал как её маленькое испуганное сердечко ускорило свой ритм почти в три раза, выдавая её страх.

Дьявол невольно восхитился её смелостью, чувствуя некую гордость за это. Его взгляд медленно блуждал по её телу, заставляя ещё больше задрожать. Ему нравилось, что она принимает его превосходство, осознаёт на что он способен и тем не менее, не даёт волю своему страху, крепко удерживая его внутри себя.

– Я ненавижу тебя, – прошептала она, заставив его улыбку стать ещё шире, – Каждая клеточка моего тела тебя ненавидит.

– Ненависть — это страсть, – Клаус вплотную приблизился к ней, выдыхая слова в её губы, опаляя их горячим дыхание и вынуждая её нервно сглотнуть от такой близости. – От неё всего шаг до любви.

Его пальцы мягко коснулись её подбородка, вынудив её вновь вздрогнуть, в этот раз от неожиданности. Она боялась посмотреть в его глаза, чувствуя, как мурашки побежали по телу, от столь нежного прикосновения к её коже. Кэролайн в упор смотрела на его губы, которые были всего в сантиметре от её губ, а затем, сама от себя не ожидая подобного, резко поддалась вперёд. Обхватив его лицо руками, она соединила их губы, сминая их в яростном и столь долгожданном поцелуе.

Он несколько секунд был в замешательстве, но, быстро взяв себя в руки, властно притянул её к себе, отвечая на поцелуй со всей страстью, накопившейся в нём за этот долгий период их разлуки. Кэролайн простонала сквозь поцелуй, лихорадочно пытаясь скинуть пиджак с его тела, чувствуя, как её руки дрожат, а мозг совершенно отказывается принимать происходящее.

Подхватив её под ягодицы, Клаус вынудил обвить его торс ногами, ощущая как её тело становиться всё более податливым в его руках. Его Кэролайн сейчас с ним, осознание этого заставило его ещё сильнее прижать её к себе, боясь, что это лишь игра его воображения и она вот-вот исчезнет, оставив после себя пустоту, медленно разъедающую его изнутри, словно яд.

Не разрывая поцелуй, он усадил её на стоящий неподалеку письменный стол, замечая её сбитое дыхание и лихорадочный блеск ничем не прикрытого желания в её глазах.

Скинув, наконец, пиджак с его тела, Кэролайн с силой рванула полы рубашки в разные стороны, слыша как несколько пуговиц с глухим стуком разлетелись по полу. Её руки тут же принялись гладить его грудь, переходя на живот, а затем спустились к пряжке ремня, которую она силилась расстегнуть, пытаясь справиться с дрожащими от возбуждения пальцами.

Его губы спустились на её шею, покрывая её влажными поцелуями, вперемешку с несдержанными укусами, в то время как руки, приспустив майку и лифчик, сжали грудь, вырывая из неё очередной стон удовольствия. Её пальцы с трудом расправились с пряжкой ремня и потянулись к молнии, нетерпеливо дёргая язычок вниз.

Все их движения были резкими, быстрыми, наполненными полыхающей между ними страстью, растущей с невероятной скоростью, начисто блокирующей здравый смысл. Задрав её черную мини-юбку от униформы официантки, он сдвинул полоску трусиков в сторону и, приспустив штаны, вошёл в неё одним резким толчком, заставляя её вскрикнуть и изогнуться в пояснице.

Клаус замер на несколько секунд, вцепившись пальцами в её бёдра, не позволяя ей пошевелиться, наслаждаясь ощущениями, и давая ей привыкнуть к нему. Он неспешно начал двигаться внутри её тела, постепенно набирая темп, срывая с её губ стон за стоном, в то время как её ногти вцепились в его плечи, поощряя каждое его движение.

Стоны смешались со звуком соприкосновения их тел и сбитым дыханием. Он с силой оттянул её голову за волосы назад, открывая доступ к шее, к которой поспешил прикоснуться губами, прежде чем слегка прикусить кожу зубами и увеличить ритм проникновений до предела, наслаждаясь её стонами, которые становились громче с каждым его толчком. Их глаза встретились и Кэролайн не смогла их отвести, завороженно смотря на него, видя в нём вновь того самого Клауса, с которым просыпалась по утрам, шепча на ушко нежности и признания в любви.