Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 34 из 85

Так Шимма защищается и защищает тех, кого любит. Но свою способность она не контролирует. То есть, произвольно вызвать пламя не может. На моей памяти это произошло всего в третий раз.

— Так это настоящий пирокинез? Я читал про такое...

— Пирокинез? Ну и термины у тебя, Пол. Следует полагать, ты действительно родом не из Мира.

— А почему Шимма сейчас в таком состоянии? И когда шли...

— В момент, когда она насылает пламя, это вытягивает из нее очень много сил. Я сам до конца не разобрался, как это происходит. Такое ощущение, что внутри Шиммы живет маленький человечек, который просыпается в момент большой опасности и только и умеет, что жечь все вокруг, забирая у своего... хозяина, жизненную силу, что ли.

— Слушайте, вы такие странные все... кроме Викула. А я еще спрошу про Шимму? Почему она красит волосы в такой цвет? Я как-то задал ей вопрос, а она обиделась и рассердилась, и я... В общем, вот у вас хочу спросить. По секрету только, если можно.

Лицо Доктора опечалилось, он некоторое время смотрел в ночную темноту, затем вздохнул и ответил:

— Это не краска, Пол. Это седина. Когда стареют акраимцы, волосы у них становятся белыми. У алтанцев — желтоватыми, а у горцев — голубыми. Шимма родом с Красных Зубов, она горец. И она совершенно седой ребенок.

Полу стало до того неловко, что он отвернулся от Доктора и стал бессмысленно подбрасывать в костер мелкие сухие прутики и пучки прошлогодней травы.

— Я не знал... Надо попросить прощения.

— Не надо. Она уже забыла. У девочки доброе сердце, хоть она и бывает упряма, как десять ослов...

С Шиммой, если коротко, история такая. Ее родители держали постоялый двор на полпути от Тёса до Стрелковых заимок. По понятиям их соплеменников, они были отступниками, изгоями, поскольку оставили родину и родню. Почему отец и мать Шиммы покинули свой клан, у нас никто не знал. Они избегали разговоров на эту тему.

Я останавливался у них пару раз. Мельком видел ребенка, но даже не разобрал, мальчик это или девочка. Бесед с хозяевами не вел — они были не расположены. Скрытно жили, тихо.

Около десяти лет назад горцы совершили свой последний набег на земли королевства — как раз в этой местности. Тогда случилась большая драка на Стрелковых заимках и еще в двух или трех деревнях. Разграблено в тех краях было всё. Многие оказались убитыми.

Затем на пути горцев попался и этот самый постоялый двор... Родителей Шиммы, к несчастью, тоже убили. Вероятно, как отступников. Но до Тёса горцы не дошли. И судя по всему, им помешала как раз дочь погибших хозяев.

Тогдашний Голова, серьезно отнесшийся к слухам о набеге, очень вовремя отправил отряд ополчения навстречу горцам. И на месте постоялого двора он обнаружил свежее пепелище, на котором копошилась девочка лет четырех с голубыми волосами.

Говорят, она сидела внутри нетронутого огнем круга. В нем сохранилась часть дощатого пола, какие-то сундуки, половина шкафа с остатками еды, немного посуды и игрушек. Как ни странно, рядом с девочкой обнаружили меч, который, видимо, принадлежал ее отцу. Кстати, меч алтанский, не краснозубский. Это потом Викул определил. Он же его облегчил и чуть-чуть подогнал под руку Шиммы, когда она подросла.

Но главное, что нашли ополченцы — это больше сотни обгоревших трупов. Выходит, Шимма, даже будучи маленьким несмышленышем, сожгла почти весь отряд горцев. Видимо, поэтому оставшиеся в живых не пошли дальше на Тёс, а повернули назад, в горы.

Но тогда никто и подумать не мог, что набег прекратился из-за маленькой девочки, оставшейся сиротой. Ополченцы не могли понять, что произошло на Постоялом дворе. И для них этот случай навсегда остался загадкой и лишним поводом почесать языки за элем в траттории. Девочку же забрали с собой и привезли в Тёс.

Я к тому времени жил в городке уже около года. Понемногу лечил народ. Сироту ко мне и привели — мол, может она ранена, или еще что. Оказалось, не ранена, но... совершенно неспособна к разговору. Могла сказать только «мама и «Шимма». А ведь в этом возрасте большинство детей нелегко заставить молчать...

Так получилось, что девочка осталась жить у меня. Никто в Тёсе не пожелал принять в семью странного горского ребенка.

Молчала она еще где-то год. А потом как прорвало — заговорила. Выяснилось, что о случившемся на постоялом дворе Шимма ничего не помнит, кроме ощущения огромного ужаса. Она помнила маму и папу, помнила акраимский язык и немного слов из наречия своего горского клана. Сам клан назвать не могла.

С тех пор воспитываю ее я. Ну, то есть, как воспитываю?.. Как могу. Года два назад новый Голова Тёса выделил Шимме заброшенный дом, и нам удалось его немного восстановить. Там она живет, когда тепло. Поздней осенью перебирается ко мне, в Башню. В Башню... — нахмурившись, повторил старик, — Башни-то уж больше нет...

Пол слушал Хтония, открыв рот, и постепенно понимал, каких трудов стоило Доктору, превратить Шимму в добрую, веселую и открытую людям юную девушку после того, что с ней произошло:

— Ясно. Теперь кое-что мне ясно. А что такое с Анит?

Доктор рассеянно ответил:

— Шок. Умственное перенапряжение... — потом он вдруг словно очнулся, строго посмотрел на Пола и заявил:

— Уймись, мальчик. Тебе пора спать. От быстрого усвоения знаний, знаешь ли, бывает похмелье. Если не хочешь завтра весь день мучиться головной болью, следует позволить себе заснуть. Всему, что ты получил сегодня, нужно уложиться у тебя в голове. Так что подкинь-ка дров в костер, а я пока принесу плащи и одеяла...

Когда они устроились на ночлег чуть поодаль от огня, Полу казалось, что он нипочем не уснет. Он смотрел на луну и в который раз отмечал, что она не такая, как в его прошлой жизни — слишком большая, красноватая и как бы ровная. На ней не были видны темные «моря», как на той — земной.