Страница 8 из 32
На лоб приземлился небольшой листок. Я смахнула его, не прерывая чтения. Сегодня у нас в программе была поэзия тихков. Сначала Серебряный немного удивился стихотворным строкам, но потом проникся. Ценитель!
Мы сидели под высоким деревом на холме недалеко от конюшен. Справа от нас уже начинался лес. Понятно, что никто не позволил бы нам по нему прогуляться, но даже здесь, появлялось легкое ощущение свободы, будто никто за тобой не следит и можно дышать полной грудью.
Нагретый на солнце ствол дерева приятно согревал и одновременно колол спину своей шершавостью. Мой голос терялся в пушистой кроне.
Сзади скрипнула ветка под чьей-то ногой. Наверно, Бъен позовет обратно, в замок. Но кнарк приподнял голову и нехорошо прищурился. Я оглянулась:
- Ваше Величество?
Сюрприз.
Внезапно появившийся король встал в паре шагов о нас с драконом.
- Чем обусловлен ваш выбор данной книги? - вдруг спросил он.
Я немного растерялась, хлопнув обложкой и разглядывая узор на ней:
- Это действительно хорошие стихи, вот и все.
Кахир помолчал.
- Несмотря на то, что это поэзия тихков?
- Да, - я согласилась, - несмотря на это.
Подняла глаза на короля, но поняла, что меня уже не слушают.
Король и Серебряный пристально смотрели друг на друга. Было похоже, что их взгляды схлестнулись, словно шпаги. Кто окажется сильнее? Фиолетовая глубина или черные серпы? Немое противостояние. Но, видимо, оба противника были равны. Удостоверившись в этом и не проявляя симпатии, но уважение, они расцепили взгляды.
- Я пришел сообщить, - повернулся ко мне король, - что завтра к нам прибудут мои кузены. Принц Севил и принц Льен. И вы будете представлены друг другу.
Я подумала о том, что необязательно было говорить мне об этом лично, но только спросила:
- Вы с ними близки?
Кахир немного удивился постановке вопроса, поэтому я уточнила:
- Они ваши друзья или родственники, которых вы терпите?
Его Величество задумался:
- В детстве мы некоторое время жили вместе после того, как их родители погибли от чумы. Льен был тогда слишком маленьким, а с Севилом мы стали друзьями.
Я улыбнулась:
- Понятно. Буду очень рада с ними познакомиться.
Король в ответ чуть заметно кивнул и удалился. Я рассеянно смотрела ему в спину.
Интересно, долго ли он слушал, как я читала?
На следующий день, предполагая, что, официальный прием, скорее всего, состоитсятолько вечером, я, снова надев простую рубашку и узкие брючки, отправилась к Серебряному. Бъен продолжал везде следовать за мной, но теперь он держался на расстоянии и довольно незаметно.
Вытащив сонного кнарка на улицу, я вооружилась большой щеткой на длинной ручке, чтобы хорошенько начистить его бока. Погода была прекрасная, время летело незаметно.
Я так увлеклась процессом, что не сразу поняла, что шум за спиной на самом деле был стуком копыт. Затем резко заржала лошадь, с силой дернутая за поводья и звонкий мальчишечий голос воскликнул:
- Ого, ничего! Какой кнарк!
Я оглянулась. Передо мной гарцевал на черном тонконогом коне юный тихк светло-салатового цвета. По человеческим меркам я бы дала ему не больше 15-16 лет. Неуклюжий, угловатый. Но вот его внешний вид...
На худых пальцах блестели крупные перстни с цветными камнями, на шее болталось многоярусное золотое ожерелье. Черные удлиненные волосы намазаны маслом и уложены ото лба в блестящую волну. А лицо избалованного мальчишки.
Да... противненько.
Неподалеку виднелся второй всадник, перед которым в этот момент Бъен склонился в учтивом поклоне.
Я вежливо поздоровалась:
- Добрый день.
На меня даже не взглянули. Принц Льен не отрывал сверкающих глаз от дракона.
- Теперь я знаю, что попрошу в подарок у братишки. - сказал он с каким-то едким смешком.
Я напряглась:
- Боюсь, это невозможно.
Юный принц, наконец, на меня посмотрел.
- Почему? Ты его хозяйка, что ли?- спросил он и громко рассмеялся над своей шуткой.
- Нет, - я все еще была терпелива, - не хозяйка, но друг.
Дракон повернул ко мне голову.
- Да мне плевать! - закричал Льен. - Раз я сказал, значит так и будет! А ты чего уставился?
Обратился он уже к Серебряному, который выпрямился во всю длину и устрашающе смотрел на нас вниз.
Бъен и всадник услышали шум и направились в нашу сторону.
- Будешь у меня по струночке ходить, понял! - не унимался мальчишка.
Кнарк вытянул вперед шею и злобно оскалился, показав все ряды острых клыков. Принц отшатнулся, но сразу же с гневом закричал и замахнулся плетью с несколькими хвостами на конце.
- Нет! - закричала уже я и прикрыла собой голову дракона.
Следом раздался резкий хлест рассекаемого воздуха и мой непроизвольный болезненный вскрик.
- Королева! - голос Бъена был полон отчаяния.
Левую руку обожгло содранной кожей.
- Королева? - переспросил Льен побледнев, и истерично рассмеявшись. - Она?! Да, в жизни не поверю!
Ах, вот как...
Моя боль сменилась белой яростью. Зажав правой ладонью рану, я вплотную подошла к коню принца и практически прошипела:
- Не веришшь? Тогда почему тебе сейчас так страашшно?...Беегии...
Льен широко раскрыл глаза, и, заставляя пятиться коня назад, развернулся, чтобы с топотом ускакать.
На прибежавшего мечника было страшно смотреть, казалось, он готов был себя убить на месте.
- Зачем, зачем? - повторял он. - Кнарк бы даже ничего не почувствовал!
- Это не так. - ответила я и повернувшись к изумленному дракону, хлопнула его по носу.
- А ты куда полез, дурачок! Не видишь что ли, ребенок, глупый, испуганный. Зачем клыки выставил?
Бъен в отчаянии обхватил себя за голову.
Спешившись, принц Севил быстро к нам подошел и склонился в низком поклоне. В отличие от своего брата, его вьющиеся волосы были цвета выбеленного льна и доставали до плеч.
- Простите! Я не могу выразить, как мне жаль! Простите! Но сейчас я должен догнать моего глупого брата, пока он не натворил еще бед.
Я только успела сказать "конечно", как Севил вскочил обратно на коня и умчался вслед за Льеном.
- Принцесса, ваша рука! - умоляющее начал Бъен. - Пройдемте скорее в замок.
Я с удивлением посмотрела на левую руку: по ней тонкими алыми ручейками стекала кровь и густыми каплями падала с пальцев вниз. Резко нахлынула вернувшаяся боль.
- Да, да, пойдемте.
9.
Когда мы дошли до особняка, Бъен усадил меня на стул на летней открытой террасе, а сам побежал за лекарем. Вся левая рука пульсировала расходящимися горячими волнами. Разорванный рукав был пропитан кровью. Меня бил озноб.
Вскоре показался Бъен с незнакомым мне тихком в закрытой черной одежде, а следом громко охающий Дор, который нес на серебряном подносе горячую чашку с поднимающимся вверх паром.
- Вот, вот! Несу, несу! - его животик смешно подпрыгивал во время бега. - Горячий чаек... Ох, запыхался...с сахарочком!
Но мечник вовремя успел перехватить разволновавшегося повара, испугавшись, что тот точно обварит меня кипятком, выскользнувшим из трясущихся рук.
- Дор, пожалуйста, успокойтесь. - увещевал солдат. - Сначала надо перевязать рану, хорошо?
- Да, да, я понимаю... - все равно пытался прорваться повар из-за спины Бъена, - но ведь с сахарочком!
Я не выдержала и рассмеялась:
- Я в порядке, спасибо.
Но, недоговорив, шикнула, когда лекарь стал смазывать промытую рану желтоватой мазью. А точнее две жуткие красные рваные полосы. Ну и вид!
Нет, лучше не смотреть.
В тот самый момент, когда руку уже заканчивала бинтовать, а Дор, наконец, получил доступ к моему телу с причитаниями и восклицаниями о "бедной девочке", в дверном проеме показался его Величество.