Страница 31 из 62
Еще в тот год, когда Крис дал Кеннету добро на создание траста по предложенной юристом модели, ему сразу удалось установить доверительные и в какой-то степени даже приятельские отношения со старшим менеджером банка, который выступал в роли профессионального управляющего активами траста. Крис предпочитал общаться с менеджером напрямую, не привлекая Кеннета, да и сам Кеннет не очень-то и хотел посвящать себя в сведения о состоянии друга. «Я не займу у тебя много времени, — сказал Крис в телефонную трубку менеджеру банка, выходя из дома Макса, — но разговор не телефонный, поэтому завтра прилечу к тебе. Это о том моменте, который мы с тобой обсуждали в нашу последнюю встречу».
Вернувшись из поездки, Крис наконец-то появился у себя в офисе. Первое, что он заметил, встретившись с коллегами, это что мир не рухнул за время его отсутствия, бизнес не испарился. Запущенная им когда-то машина работала. Может быть, не так активно, как при его ежедневном постоянном участии, но клиенты обслуживались, прибыль генерировалась, зарплаты платились, разработка программных продуктов продолжалась. Собрав ключевых сотрудников, Крис вкратце рассказал им о том, о чем они, конечно же, уже и так знали — о возбужденном в отношении него уголовном деле. Он сказал им, что решил взять небольшой тайм-аут, чтобы сконцентрироваться на решении возникших у него проблем, и разделил свой функционал — управленческий и программный — между Федерикой и Айвеном соответственно. Занимая позицию финансового директора в «Visorable Ltd» уже не первый год, Федерика прекрасно знала финансовые, юридические, кадровые и маркетинговые особенности компании и могла их подхватить на время отсутствия Криса. А талантливый Айвен, который еще сопляком помогал Крису в разработке их первого софта, к настоящему моменту выполнял роль главы разработки в компании, и Крис спокойно мог доверить ему дальнейшее руководство процессом созданияпродуктов «Visorable Ltd». Обсуждать финансовую сторону вопроса долго не пришлось — Крис попросил Федерику прекратить начислять ему зарплату директора и разделить эту сумму между ней и Айвеном. Денег, которые он получал от распределения прибыли как собственник бизнеса, ему было вполне достаточно, чтобы позволить себе не получать зарплату. При этом он пообещал коллегам продолжать держать руку на пульсе и подключаться в случае острой необходимости к решению особо сложных задач.
— Мальчик мой, — Мария взяла в руки ладони сына, когда Крис заехал к ним с отцом, — я себе места не нахожу! Сердце болит за тебя!
— Мам, я справлюсь.
— Что адвокаты говорят? Марта что говорит?
— Адвокаты уверены, что дело до суда не дойдет. Но че-то не знаю я, мам. Судя по допросам, на которых я был, детектив нацелен засадить меня.
Мария тихо затряслась в слезах. Крис обнял ее, прижал к себе и шепнул:
— Мама, не надо. От того, что ты ревешь, мне легче не станет.
— Да я понимаю, — продолжала всхлипывать мать, — но как представлю! Тюрьма! Да как же это можно-то! Невиновного человека!
— Не я первый. Но тюрьмы не будет.
— Сын, ты так уверен в своих адвокатах? Ты вообще доверяешь им? Это же они тебе ту схему разработали, из-за которой сейчас столько бед?
— Ее разрабатывал не тот адвокат, кто меня защищает. Ее разрабатывала другая часть их команды.
— И в ней был Кеннет. Да?
— Да, мам. И он переживает не меньше моего.
— И что с ним будет, если в итоге тебя….
— Признают виновным?
— Да, — тихо сказала Мария.
— Не знаю. Формально это моя ответственность. Я эту схему одобрил и внедрил. А разрабатывал ее не Кеннет в одиночку — он был в составе группы юристов, у них там был партнер, который эту схему одобрил. Поэтому не думаю, что с Кеннетом что-то будет. Ладно, мам, мне бежать надо. Хотел с адвокатом еще встретиться.
— Крис, сынок, если тебе что-то понадобится… Деньги, например… То ты скажи! Могу себе представить, сколько хорошие адвокаты стоят!
— Все нормально с деньгами, — успокоил ее Крис и улыбнулся. — Не за пять же центов столько лет вкалывал. Есть приличные сбережения. Так что не переживай.
— Но ты имей в виду! Договорились?
— Договорились.
— И не забывайте нас! Не помню, когда вы к нам с Мией в последний раз приезжали!
— Приедем, приедем.
— У вас с Амирой все хорошо?
— А почему ты спрашиваешь? — насторожился Крис.
— Лора на днях приходила к вам домой, и Мия ей на голубом глазу рассказала, что давно не видела папу и что мама сейчас одна.
— Ничего удивительного, — попытался оправдаться Крис, — ведь я целыми днями то в поездках, то в работе! Подумаешь, несколько раз дома не ночевал!
— Сын, я не буду лезть с расспросами. Ты просто такой измотанный, такой исхудавший стал, бледный! На тебя навалилось все разом, а я даже помочь ничем не могу! В таких ситуациях жена и семья — твоя главная опора! Что бы там у вас ни было — держитесь друг за друга! Амира с тобой с самого детства! Она любит тебя и никогда не даст в обиду, всегда придет тебе на помощь и не предаст. Помни об этом.
Крис предпочел оставить Марию в неведении — хуже не придумаешь ситуации, чем когда родители узнают о передрягах в семьях своих детей, начинают вмешиваться, и единственное, к чему это приводит — еще большее разрастание конфликта, который, подобно пожару, перебрасываемому ветром на соседние дома, начинает без разбору пожирать все, что годами строилось с таким трудом. Крис крепко обнял маму на прощание, поцеловал в щеку и попросил передать привет отцу, после чего поехал на аэродром доводить до конца свой план.
Он долго стоял в тени крыла, которое спасало его от палящего солнца. Опершись спиной о фюзеляж своей «Цессны», Крис завороженно смотрел на взлетно-посадочную полосу, проходящую сквозь поле и похожую на узкую быструю речку, окаймленную пологими зелеными берегами. Аэродром был крошечный и очень аккуратный, и когда Крис подлетал к нему на своем самолете, то всегда ловил себя на мысли, что сверху аэродром похож на картонный макет.
— Долгий полет предстоит? — хриплым голосом спросил его Падди, пожилой техник аэродромной службы, который подошел к парню и подал ему бутылку ледяной воды.
— Спасибо, — Крис кивнул на бутылку, взял ее в руки, открыл и сделал несколько глотков. — Нет. Этот полет точно не будет долгим.
— Сегодня жара так прямо и разошлась, ты гляди, — укрываясь ладонью от солнца, техник окинул взглядом территорию аэродрома. — Еще немного, и взлетно-посадочная плавиться начнет. На море б сейчас…
— Это точно, — согласился Крис, все еще смотря вдаль.
— По бизнесу летишь? Или так, кишки растрясти?
Крис улыбнулся, похлопал старика по плечу, но ничего не ответил. «Счастливо», — единственное, что бросил Крис ему перед тем, как захлопнуть за собой дверь самолета.
— Потому что это не относится к области специальных научных познаний! — решительно возразила Марта, поднося ко рту чашку с чаем.
— Как же не относится? — парировал профессор. — А как вы будете устанавливать заимствование? Вы что, профессиональный музыкант?
Остальные сотрудники кафедры, притихнув, с интересом наблюдали за тем, как Марта и ее коллега не могут прийти к общему знаменателю. Когда спорят судья и ученый, когда безжалостная практика сталкивается с выверенной теорией, а наука пытается положить на лопатки прецедент, впору запасаться попкорном.
— Вовсе не обязательно быть профессиональным музыкантом, чтобы узнать «Merry Christmas», — была непреклонна Марта. — Песни же не для профессиональных музыкантов пишутся, а для простых слушателей, для обычной публики!
— Да, — не унимался профессор, — но бывают спорные ситуации, когда доля предполагаемого заимствования так ничтожна, что без специалиста не разобраться!
— И что? Если произведения не похожи, а мне специалист говорит, что есть заимствование, это что, по-вашему, меня обязывает признать плагиат? И наоборот, если я прекрасно слышу, что песни идентичные, но какой-то там специалист со ссылкой на теорию музыки уверяет меня, что формально тут нет заимствования, я должна отказать в иске?