Лезвие ножа

В этот раз он решил побить все рекорды! Медленно-медленно его член входил в меня, а затем замирал, чтобы затем выйти полностью на долю секунды, а после повторить свою пытку. Снова, снова и снова…

— Прошу… — дергаясь под ним, как уж, прошептала я.

Он резко повел бедрами и впечатался в меня с более примирительной скоростью. Я застонала, а он довольно хмыкнул и прорычал:

— Убеди меня, малыш. Скажи, что я должен сделать?

— Возьми… меня… грубее… — собрать мысли в кучу никак не выходило, но мужчину это, по-моему забавляло только сильнее. Макс замер внутри меня и ведя бедрами по кругу, как не в чем не бывало, уточнил:

— Нет. Не так. Полным предложением, с четким обращением и указанием к действию.

Я распахнула глаза и попыталась передать взглядом все негодование. Это же нужно было так заумно попросить сказать меня следующее:

— Дорогой мой и любимый муж, не соизволишь ли ты трахнуть свою жену чуть грубее, пока она не родила раньше на пол срока?!

— Нет. — равнодушно выдал он, за что получил мой рык. Тем не менее, нагнулся и почти накрыв мои губы своими, прошептал: — Я не трахаю тебя, девочка. Я занимаюсь любовь и получаю удовольствие. — Он сделала пару резких толчков, ловя мои жалобные стоны поцелуями. Наши руки были скрепленные у меня над головой, а толчки сопровождались его редки комментариями: — Вот так… Какая же ты сладкая… Моя карамелька… Такая, черт побери, узкая… Когда родишь, придется удвоить норму супружеских обязанностей…

— А есть какая-то норма? — ощущая, как губы мужчины накрыли мои соски и сильно закусили, поняла, что разрядка близко. Макс тоже ускорился и я почувствовала, как его орган внутри меня пульсирует, едва сдерживаясь от оргазма.

— Да. Стереть нахрен член мужа! — в последний момент отчеканил он, а затем кончил, закусив мою нижнюю губу.

Не знаю, столько мы пробыли в таком состоянии. Но отпуск и правда вышел медовый…

— Ты снимаешь? — еще раз уточнила я мужа, держа маленькую Олю за хрупкие ручки.

Макс стоял на коленях с телефоном. За ним прыгал от счастья Артем и выкрикивал подбадривания в стиле «давай!», «у тебя все получится!», «ты сможешь!». Малышка с интересом моргала своими серыми глазками и трусила черными косами в разные стороны. Ее розовое платье смешно оттопыривались на попке, где был увесистый подгузник, но упертый ребенок был настроен решительно. Ее не остановили бы даже кандалы на ногах!

Еще вчера я заметила, как малышка перестала передвигаться по стеночке и начала осторожно бороздить просторы дома одна. Теперь же все мы ждали первых самостоятельных шагов дочки и сестрички.

— С богом, — выдохнула я, отпуская девочку. Мы с Максом замерли. Я видела, как напряглись его мышцы под рубашкой, я и сама натянулась, как струна.

Оля замерла лишь на секунду, опробывая новое хобби — «ходьба» на вкус. Видимо, малышке оно пришлось по вкусу, потому что в следующую секунду она кинулась бежать вперед, пыталась выхватить у Варла телефон.

— Па-па! Од-дяй! — почти четко прокричала она и шлепнулась к нему на руки. Мужчина откинул в сторону телефон, который подхватила я, продолжая снимать.

Макс подкидывал девочку, а люди вокруг радостно смеялись и аплодировали, выдохнув наконец от страха и напряжения. Сегодня был день рождения Артема. Макс решил возместить ему когда-то пропущенный из-за взрыва день и пригласил всех друзей из школы и даже родных с родины.

Лидия, которая была паршивой мамой, но оказалась прирожденной бабушкой, порхала вкруг ребенка, как сумасшедшая. Иногда меня даже пугала ее гипер опека. А вот папе нравилось — у него был прекрасный повод лишний раз приехать во Францию и бесплатно питаться в лучших ресторанах города бесплатно. Зять все таки…

Внезапно голова закружилась, но приступ тошноты пересилил все. Пришлось подорваться с места и пулей полететь в ванну. Ну, как полететь? По стеночке, по стеночке…

Варл что-то кричал мне в спину, но я его не слышала. И только снова освободив желудок и почистив зубы пустила его в ванную. Уже неделю я не могла нормально работать в кафе. Хоть мой график босс-муж и сделал свободным, но работать я хотела. Мне было двадцать один, а отвлечься от постоянных пеленок и пампасов — сам бог велел.

Конечно, Варл был против, но особо не спорил. Никто не страдал: ни дети, ни муж. Да и готовила я так редко, что это больше походило на хобби, а не настоящую деятельность. И вот когда я хотела поговорить с мужем о нормальном графике и няне, узнаю, что…

— Может вызвать доктора? — серьезно спросил мужчина, осматривая меня строгим и серьезным видом. Сейчас Макс предпочитал сбривать растительность на лице под ноль. Когда он улыбался, то казался похожим на мальчика, но сейчас проблески старого Варла из «прошлой жизни» заставили поежиться. — Лина, что ты от меня скрываешь? Не заставляй вести тебя в больницу за руку.

Что же. Рано или поздно это бы произошло! Выдохнув спокойно последний раз, я потянулась в косметичке и вытянулась от туда целую кучу продолговатых палочек, и после недолгих раздумий, протянула их мужу.

Он непонимающе пялился на них целую минуту, вгоняя меня в краску. Затем проблески истины таки появились в его глазах, а сам муж начал судорожно пересматривать каждую палочку снова и снова, словно удостоверяясь, что ему не показалось.

И все же, когда он спросил, неуверенность так и сквозила из каждого слова:

— Ты беременна?

— Ну, если пятнадцать тестов врут, то этот мир просто сговорился против меня! — выпалила я прежде чем подумала.

Варл резко откинул палки в мусорный бак и посадив меня на столик около раковины, устроился между ног.

— Ты ведь родишь мне еще одного цыпленка, да? — оживленно пробормотал мужчина, осыпая поцелуями мое лицо. — Черт, я знаю, что ты слишком молодая для статуса многодетной матери, но…

— …Ты снова сделал все возможное, чтобы я ею стала! — закончила я за него предложения, начиная медленно плавится под напористыми прикосновениями. — Боги, ну конечно у нас будет еще ребенок! Я просто… Не хотела портить день рождения Артема такой новостью. Да и мама… Лучше бы ей уехать, а то мне страшно от такой ее инициативности!

Варл слегка отстранился и посмотрел мне в глаза:

— Ты дурочка. Лучше новости и быть не могло. Артем постоянно просит у нас братика. Я бы не отказался от обоих. Оля так пахнет, ммм… Мне нужно много детей, про запас. Чтобы я мог кого-то из них съесть.

Я расхохоталась, хотя на глазах появились слезы. Как же я боялась говорить мужчине о ребенке… Как вообще могла подумать, что он будет не рад?! Плевать на работу, не это цель моей жизни! А эти моменты: то, ради чего стоит жить.

— Эй, — Макс осторожно поднял мое лицо вверх до того, как я успела спрятать слезы. — Цыпленок, это токсикоз, да? Даже если ты попросишь копченую рыбу среди ночи, как прошлый раз — плевать. Только не плачь. Скажи, что тебе нужно?

— Я тебя люблю, — в очередной раз напомнила я, притягивая мужа за рубашку к себе. Какой бы нежный не был момент, его никогда не испортит жесткий секс!

— Я знаю, малыш! — прошептал он, кусая за мочку уха и стягивая лиф. — Потому что я тоже. Охренеть, как!

Я не вспоминала о прошлом, принимая настоящее таким, каким оно есть. Мир не изменился за два года, не стал видится мне в розовом цвете. И Макс не стал добряком, а продолжал холодно расширять свой бизнес, пока не добрался до открытия собственной компании, занимающейся бензиновыми заправками. Но у нас была семья, другая жизнь, покой и любовь. Именно последнее и определяет все. Сильные эмоции, простая физика, чудо — называйте это, как хотите. Но даже ради пяти минут чего-то подобного стоит жить.