Лезвие ножа

Глава 32

По ту сторону мне было тепло. Помню, как стояла в цветущем саду, повсюду пели всевозможные птицы, где-то неподалеку журчал ручей, ступни обдавала легкой прохладой зеленая трава, а солнце делало все сказочно ярким. Но жаловаться было грех. Все казалось… идеальным. Никаких мыслей, идей, проблем… Полный всепоглощающий покой!

— Эй, — кто-то сзади одернул меня и я словно очнулась от летаргического сна. Сколько прошло времени? Как долго я уже стою на одном месте? Где нахожусь? Что происходит?..

Обернувшись на знакомый голос, тут же отступила назад. Там, в черной куртке и теплых штанах, стоял Кирилл. Он казался варваром в своей зимней одежде посреди весеннего цветущего сада. Парень внимательно смотрел на меня, словно видел в первый или… последний раз, а затем так знакомо протянул:

— Блондиночка, кажется, я все-таки обложался…

Я усмехнулась, ведь он был прав. Кир любил влазить во всякие мутные истории, но дружба с Сашей затмила все.

— Ты никогда не сможешь меня понять, потому что я и сам не понимаю, почему поступил так, а не иначе, — снова заговорил он, а затем похлопал рукой по тому месту, откуда сочилась кровь после встречи с Сашей в морозильнике… Морозильнике?! Последние события очень медленно возвращались в память короткими вспышками, заставляя осуждать свой недавний покой. — Но мне жаль, Лина. Просто знай это, если… когда вернешься.

— О чем ты говоришь?! — внезапно происходящие прояснилось… Рядом Кирилл, эта пустота вокруг… — Я что… умерла? Боже…

— Не знаю, — честно ответил он. Тело пронзил холод и я поежилась. Так странно… Еще секунду назад было очень тепло, а сейчас ноги и руки буквально покрылись инеем. Кирилл заметил это и тут же затараторил: — Времени совсем мало. Слушай: у меня в куртке, во внутреннем кармане, есть две пластины. Это современные грелки. Нажми на железную монетку внутри и держи в руках, чтобы разморозить пальцы. На руке браслет. Похож на обычный шнурок, но если нажмешь на кнопку, то куртка начнет греть. Не надолго, по типу той же грелки, но времени хватит, чтобы…

— Ты ведь знал… — с ужасом осознала я, прерывая монолог парня, — знал, зачем она ведет тебя в морозильник. Так подготовился…

Он коротко кивнул и пояснил:

— Я понял, во что вляпался еще в гостинице, после встречи с Варлом. А когда Саша без проблем вытянула меня из тюрьмы, стало ясно — это конец. Правда, думал, что она просто запрет нас на холоде, но… Судьба, блондиночка, есть судьба!

Я усмехнулась и сделала первый шаг к нему. Он тут же переменился в лице и так громко заорал, что каждая клеточка тела прочувствовала этот ультразвук:

— ПОРА ВСТАВАТЬ!!!

…В морозильной камере по-прежнему стоял обжигающий холод. Радовало лишь то, что, просыпаясь и подскакивая на месте, я помнила то, что… приснилось? Что это вообще было?

Собрав все остатки мужества, жажды жить и резервы сил в кулак, принялась ползти к Кириллу. Парень лежал совсем близко, но добраться до него оказалось настоящей проблемой: ноги пришлось волочить, а руками отталкиваться. Кожа царапалась от любой неровности на полу, ногти ломались, но это все я лишь наблюдала, а не чувствовала.

Наконец, Кирилл был рядом. Рукой дотянуться до куртки оказалось не проблемой, а вот расстегнуть мелкий внутренний карман — настоящий ад. Пальцы были в конец расцарапаны, когда я-таки открыла замок и двумя пальцами вытащила едва ощутимую первую пластину.

Она была там на самом деле!

Не думая о «вещем» сне, тут же нажала на монетку. Медленно-медленно прозрачная жидкость внутри сгущалась и становилась теплой. Спустя минут пять я отогрела пальцы до привычного состояния и, достав вторую грелку, начала стягивать с Кирилла куртку.

Она была дутая и стянутая на запястьях резинками. Стараясь орудовать, как холоднокровный хирург, почти не замечала, что парень под ней не совсем в нормальном состоянии. Да, черт, он был мертв! Но стань я хоть на долю сентиментальнее — тоже отправлюсь к нему. А я, возможно, отвечаю уже не только за себя…

Но вот куртка оказалась у меня в руках. Не без труда натянув ее на себя поверх моей куртки, тут же ощутила тепло. Осталось нажать на браслет Кирилла и… отпустить его. Попрощаться, простить, осознать, что его больше нет…

В тот момент, когда я ощутила руки достаточно хорошо, решила закрыть другу глаза. Мутные, пустые, безжизненные… Было так горько видеть, как добрая часть прошлого уходит в лету: детство, первая любовь, дружба, разочарование… Наверное, только в тот момент пришло осознание, что все произошедшее со мной действительно реальность, а не сон. Простреленная нога все больше ныла по мере того, как я согревалась, а мысли о том, что я побывала на том свете вместе с Кириллом, пугала все сильнее… Ведь, если я на самом деле беременна, то ребенок мог и не вернуться!

В конце концов я убедила себя, что мое подсознание просто спроектировало то, что я и так знала… Все детство Кирилл носил зимой в школу мини-грелки в куртке, потому что был очень худым и мерз от любого сквозняка. Мама придумала этот фокус, чем избавила мальчика от постоянной простуды. Видимо, давние воспоминания взяли свое.

Ну, а куртка… Когда я выбирала курсы в интернете, то наткнулась на нечто подобное и запомнила только потому, что стоила вещь баснословные деньги. Вот и вся разгадка! Наверное…

Тело быстро согрелось, как и руки с головой. Ноги я подогнула под себя и те начали возвращаться к нормальному функционированию, если адскую боль можно так назвать. Я не была доктором и не знала, связано ли это с пулевым ранением или дело в обморожении. Мысль о том, что мне придется их ампутировать пугала, так сильно, что слезы невольно скатывались по щекам, заставляя снова мерзнуть.

Но решение проблемы с обморожением ног было: снять куртку и закутать в нее ноги на какое-то время… Только вот… Я никогда бы не сделала этого! Никогда! Не знаю, играла ли Саша на моих страхах или действительно знала правду, но своим ребенком я не стану рисковать, даже поставив на весы свою возможность ходить!

И тут перед глазам возник Варл… Боги, нежели мне нужно было услышать о беременности, чтобы понять его мотивацию и простить?.. Ведь, поставив себя на его место, вдруг осознала, что поступила бы так же. Сделала бы все ради ребенка! Артему угрожала реальная опасность и вдруг появляюсь я, в которой Макс видит возможное решение проблемы. Насколько плохим отцом нужно быть, чтобы не воспользоваться этой ситуацией?

И потом… Если заново промотать все события, то становится понятным, что Варл обеспечивал мне и ребенку очень достойную защиту, кто же мог подумать, что его жена решится на подрыв машины и теракт в школе?! Кажется, сразу после этого он переписал на меня все имущество, оформил брак, запер в доме в лесу и затаился там со мной. Потому что больше не хотел так рисковать…

И потому что любил? Любил! Возможно, не так, как любят обычные люди. Пусть наша история не походила на романтичный рассказ, который стоит рассказывать детям. Но… Если я бы и хотела от кого-то родить ребенка в свои девятнадцать, то только от Максима Варламовского.

Я и не заметила, как слезы сменились рыданиями. Хватаясь за живот, я пыталась утихомирить внутреннее чувство безысходности. Он не придет. Не спасет возможного нашего ребенка и Артемку. Он не найдет нас. А все из-за меня! Я была слишком глупа, чтобы остановиться и подумать. Чтобы не бежать, а поговорить. Он не мог вечно доказывать мне логичность своих действий, но делал это. Изо дня в день. Он был моей первой и последней опорой. А теперь конец близко, куртка греет все меньше, а я так и не успею сказать ему главное…