Страница 8 из 43
Денис тем временем красиво улыбался, чирикал правильно, и задушевно смотрел мне в глаза, вырывая из жути моей жизни и напоминая, что я, вообще-то, в недалёком прошлом слыла в универе неприступной красавицей, по которой исходило слюнями половина института.
И я почти в это поверила, пока не бросила взгляд поверх плеча Дениса и не поперхнулась на полуслове, рассказывая какая я самодостаточная и успешная. Метров за пятьдесят от нас шел Богданов. И морда у него, не спускающего с меня взгляда и быстро сокращающего расстояние, была отнюдь не радостная.
Я закатила глаза, горестно застонав.
Денис обернулся, проследив траекторию моего взгляда, и вид Богданова, целенаправленно топающего к нам и пускающего пар из ушей от злости, его не впечатлил. Богданов остановился перед нашим столиком, сунув руки в карманы пальто, и чуть склонив голову, змеей поинтересовался у меня:
- Скажи мне, тебе жить что ли надоело? Сколько раз я тебе звонил?
Я снова закатила глаза, выказывая максимальное презрение к нему и его словам, демонстративно достала телефон из кармана, и снимая блокировку экрана, лениво его оповестила:
- Ну, семь. И что?
Богданов нехорошо так взбледнул, и прежде чем я успела хоть как-то отреагировать, выхватил телефон из моих пальцев и с силой бросил его об пол. Мой совсем новенький смартфон, который я купила в прошлом месяце пару раз подскочил от силы удара, явив миру разлетевшийся вдребезги экран и пошедшую множественными трещинами заднюю панель.
Я замерла, шокированная сим поворотом.
- Э, мужик… - Денис только начал подниматься со своего стула, когда Богданов, молниеносно повернулся и одним ударом в челюсть усадил его на место.
Я испуганно посмотрела на этого психа, уже принявшего прежнюю позу, то бишь повернувшись ко мне, и только тут начала осознавать масштаб пиздеца. Денис согнулся на стуле, держась за лицо. Из его глаз непроизвольно выступили слезы. А я, глядя на него, почувствовала, как испуг сметает ярость.
- Ты что творишь, сволочь? – прорычала я, выскакивая из-за стола.
Денис проследовал моему примеру, но правда аккуратно отступил назад на шаг, чтобы в случае чего, Богданов не смог бы до него сразу дотянуться.
- Ты кто такой? – стараясь, чтобы голос звучал грозно спросил Денис у спины Богданова.
Того передернуло, и он, повернув голову в профиль, негромко, но крайне упреждающими интонациями, произнес:
- А ты кто такой, чтобы мне такие вопросы задавать?
- Я… - Денис растерялся, все еще держась рукой за челюсть. – Человек.
- Ну и иди погуляй, человек. – Сквозь зубы посоветовал Богданов, и повернувшись ко мне, сцапал за локоть мертвой хваткой. – А ты со мной погуляешь.
Я попыталась сопротивляться, и призвать на помощь толпу, но Богданов так сжал мой локоть, что рука прострелила болью. Я взвизгнула, и ухватилась за его кисть свободной левой рукой, вонзая в его кожу нарощенные ногти.
Богданов, выругавшись, выпустив мою руку, рывком повернул к себе. И замахнулся. Я инстинктивно сжалась в ожидании удара. Но бить он не стал. Даже позволил схватить сумочку с пакетами и меховое манто.
И это видели десятки человек, прохаживающиеся по торговому центру. Но не один, сука, не один! не спросил, что случилось. Все провожали снова взятую в тиски меня удивленными, заинтересованными, шокированными взглядами. Но никто не пожелал хотя бы просто поинтересоваться, что происходит. Зато вечером, в пабликах города, обязательно опишут, как один мужик вдарил другому на фудкорте торгового центра, а потом увел сопротивляющуюся бабу.
Выйдя из здания, я зябко поежилась. Но Богданов внимания не обратил, протащив меня на буксире к припаркованному неподалеку тахо. Открыл заднюю дверь и зашвырнул меня на сиденье. Я, не успев на каблуках взять высокий порог, больно приложилась коленями и глухо вскрикнула. Богданов злобно подпихнул меня коленом под зад, а скорее пнул. Я, понимая, что в таком состоянии, от него никаких человечных реакций не добьюсь, торопливо заползла внутрь и сжалась на сидении.
Амбал за рулем не повернул головы на мое деланно смелое: «здрасьте». Вообще никак не среагировал. Пока Богданов обойдя машине не сел рядом со мной и не велел ему ехать.
Мир сошел с ума просто. Куда мужики подевались все? Консьерж ни слова сатане не сказал, когда я картину заносила, хотя видел, что мне неудобно, а Богданов, будь он проклят, идет вообще с пустыми руками. Сейчас, в торговом центре видно же было, что этот козел меня насильно уводит, и там была куча людей, в том числе мужиков. Но всем все равно. И сейчас, когда он зашвыривал меня в машину, дядька за рулем не среагировал. Ну этому хотя бы Богданов платит. Здесь все понятно. Хотя мог бы хотя бы вид не одобряющий сделать.
Я покосилась на хищный профиль Богданова. Он в ответ вперил в меня раздраженный взгляд.
- Еще раз подобное выкинешь, я тебе башку сверну. – Хрипло предупредил он.
- Ну, рискни. Давай, рискни, урод! – разваливаясь на сидении поджав губы с вызовом сказала я. – Ты знаешь, предел есть всему. Я тебе не рабыня, чтобы круглосуточно по стойке смирно стоять в ожидании приказа! Я из-за твоей гребанной садистской натуры водку чуть ли не стаканами стала по вечерам хлестать! Я с людьми разучилась разговаривать! Только настаюсь и настаюсь по твоим указам! Что ты, блядь, трубку я не взяла! Примчался, разбушевался, человека покалечил вообще ни за что! Ты кто, мать твою, такой, чтобы себя так вести! Тебе кто вообще такое право дал?!
По мере моего распаляющего рассказа, когда бешенство сжигало мне вены и обволакивало разум яростью, Богданов наоборот успокаивался. И вот он снова с привычной высокомерной полуулыбкой взирает на меня.
- Ты дала такое право. – С усмешкой протянул он. – Когда решила поиграть во взрослые игры не желая подчиняться правилам. Хотя в твоих же интересах как можно быстрее и качественнее выполнять мои, как ты назвала?.. Приказы?.. Просто нужно быть послушной девочкой, только и всего. Но ты же сама затягиваешь столь неприятный для тебя процесс, детка.
Последнее предложение он выдал с такой ехидцей, что у меня крышу сорвало от злости. Я, не отдавая себе отчета, кинулась на него с кулаками. Но он без труда перехватил мои руки, как-то ловко завел и скрестил их за моей спиной и в следующий момент я обнаружила себя лежащей на спине на сидении, с зажатыми в тиски на пояснице руками и прижатой сверху усмехающимся Богдановым.
- Алексей Николаевич? – несколько обеспокоенно позвал бугай за рулем.
- Все нормально. – Ответил Богданов, нависая надо мной и с силой вжимая мои руки в сидение до отчетливой боли.
Я охнула и он прильнул к моим раскрывшимся губам в наглом, требовательном поцелуе. Меня это настолько поразило, что я так и замерла, почувствовав как его язык скользнул по моей нижней губе, а потом он аккуратно прикусил ее зубами, чуть оттянув и лукаво глядя мне в глаза.