Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 131 из 134

 

Южная Промзона была местом скопления заводов и складских помещений, тянувшихся длинными ровными рядами вдоль узких безлюдных улиц. Здесь совсем не было жилых домов, магазинов или офисных зданий. После окончания рабочего дня вся огромная территория вымирала, становясь похожа на призрак оставленного людьми города.

Корт и Юта крались вдоль высоких заборов и неприветливых кирпичных стен, без конца оборачиваясь. Последний автобус отсюда уже ушел, и им пришлось идти пешком несколько километров, холодея от ощущения, что погоня вот-вот настигнет.

Юта несколько раз бывала в этом районе, в том числе и совсем недавно, когда ходила на стену, чтобы проверить уровень песка. Но еще никогда его низкие угрюмые здания и узкие, темные переулки не казались ей такими мрачными и зловещими. В каждом грязном, заросшем сорной травой углу копошились уродливые тени. Обшарпанные заводские постройки провожали мутными глазками грязных окон, и за каждым глухим поворотом подстерегали безымянные страхи.

Корт часто менял направление движения, надеясь сбить преследователей со следа, и Юта уже заблудилась бы, если бы не серая громада стены, нависавшая над ними, куда бы они ни шли. Она высилась над ними, словно безмолвный судья, решавший их судьбу. И Юта вдруг отчетливо поняла, почему атлурги называют высотные строения Лиатраса «Колоссами», считая их богами народа, живущего за стеной. Суровыми и жестокими богами, не выпускающими свой народ за ограждение, держащими их в полной своей власти.

Юте казалось, что сейчас, именно в этот момент, эти боги готовы вынести им приговор: решить, выпустить ли их из города и позволить спастись или же дать преследователям встретить их на одной из пустынных заброшенных улиц с тем, чтобы они навсегда остались в этих стенах.

Но в этот момент бесконечно тянущиеся ряды серых заборов вдруг оборвались, и Корт с Ютой вывалились на открытое, абсолютно голое пространство перед стеной. Она протянулась с востока на запад насколько хватало глаз. Увидеть ее верх отсюда можно было, только задрав голову. Массивный, тяжелый низ стены, вросший в асфальт бетонными корнями, истончался кверху, впиваясь в небо бритвенно острым краем.

Из-за того, что Корт сильно петлял, они вышли не там, где Юта рассчитывала. Строительный кран, по которому она уже несколько раз взбиралась наверх, высился в стороне. Огромный и тяжелый, похожий на остов древнего исполинского зверя, истлевший столетия назад, он протягивал к слепому небу железные пальцы, будто грозя, а может, желая дотянуться до чего-то, видимого только ему.

Корт подтолкнул Юту, и они побежали к крану, спасительной лестницей в небо маячившему впереди.

Поднявшись наверх, Юта практически рухнула на холодный бетон, абсолютно выбившись из сил. Она запыхалась, пот градом катился по лицу и спине под одеждой. Но зато они наконец-то добрались до края города. Наконец-то они были в безопасности.

 

***

 

         Лэнс стоял в тени длинного ангара. Его глаза были устремлены на узкую лестницу, тянущуюся вдоль мощного остова высотного крана. Где-то под самым верхом он видел две точки человеческих тел. Скоро они достигнут верха, и он навсегда их потеряет.

         Лэнс проследил Корта с Ютой до этого самого места, но дальше действовать не мог. Он был связан приказом шефа - следовать за ними, не выпуская из виду, и ждать подкрепления. Но подкрепления все нет, а стоит промедлить еще немного – и добыча уйдет.

         Лэнс наблюдал за тем, как две фигурки приближаются к верху. Казалось, они хотят добраться до самого неба и вскарабкаться на него. Лэнс в бессилии сжимал и разжимал кулаки. Он никогда не смел перечить или хотя бы сомневаться в приказах шефа. Но сейчас ему было очевидно, что на этот раз они упустят свою цель. Стоит промешкать еще минуту – и они уйдут.

         И Лэнс решился впервые в жизни ослушаться приказа. Он уговаривал себя в том, что действует в лучших интересах шефа. Но в глубине души, скрываясь под твердыми доводами разума, жило и отравляло его желание отомстить. Отомстить за гибель и увечья своих людей, за выговор от босса, за сорванную операцию. Но больше всего – за уязвленное самолюбие. За смертельное оскорбление, нанесенное ему этим скотом.

         Лэнс стиснул зубы и ринулся к маячившей впереди лестнице. Только бы успеть.

 

Корт поднялся вслед за Ютой, впервые оказавшись наверху стены. Отсюда она больше не казалась узкой серой полоской. Это была лента бетона в несколько метров шириной. И ее противоположный край обрывался в звенящую пустотой раскаленную бездну.

Корт посмотрел на Юту. От быстрого и утомительного подъема она совершенно выбилась из сил. Девушка лежала прямо на холодном бетоне, раскинув руки и тяжело дыша. Корт решил, что может дать ей немного времени на отдых. Он раскрыл сумку и стал перебирать содержимое – то немногое, что им с Ютой удалось купить по дороге на стену. Пару накидок, которые были призваны защитить их от солнц, наподобие хилтов, несколько складных ножей, солнцезащитный крем, который пользуется в Лиатрасе популярностью, несмотря на то, что город, словно куполом, накрыт полиуретановыми навесами. Все остальное место в сумке занимали бутылки воды. Корт начал пересчитывать их, когда со стороны, где лежала Юта, раздался сдавленный вскрик.