Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 116 из 134

– Но ведь ЛАС – государственное учреждение. Почему вас кто-то спонсирует?

Корт чуть ослабил захват, хмурясь.

– Да. Ну то есть та организация, которая спонсирует ЛАС, находится в правительственном ведении.

– Что это значит?

– У нас все законно, – чуть обиженно ответил служащий, как будто Корт с Ютой были из налоговой службы. Корт закатил глаза.

– Рад за вас. Кто это? Что это за люди, которые выписывают чеки и решают, какую информацию можно раскрывать, а какую – нет? 

Мужчина снова растерялся, и Юта поняла, что он рассказал все, что знает.

– Я не знаю, правда. Финансирование осуществляется на высшем, государственном уровне. Этим занимается бухгалтерия, а сотрудники вроде меня ничего об этом не знают. Мы получаем деньги на наши исследования, а что еще нужно знать?

- И то верно. Больше тебе ничего знать не нужно. Юта, поищи-ка в шкафах скотч.

Бедный служащий аж побелел, поняв, что отпускать его не собираются. Он попытался возражать, но Корт шепнул что-то ему на ухо, и сменив оттенок кожи на зеленый, мужчина захлопнул рот.

Юта отыскала скотч, и, замотав его, как мумию, Корт запихнул служащегося в довольно приличный по размерам платяной шкаф. Юте не нравилась мысль засовывать в шкаф ни в чем не повинного человека, но она не решилась спорить с Кортом при нем, чтобы еще больше не осложнять и без того непростую ситуацию.

- Ну вот, все попытки остаться незамеченными коту под хвост. Утром, когда этого парня найдут, он расскажет о нас. И я не сомневаюсь, что эта информация найдет, кого нужно. Так что теперь наши жизни в опасности, в особенности твоя, – закончив с ассистентом, заговорил Корт. Он смотрел на Юту.

Она хотела что-то возразить и открыла было рот, но промолчала, сообразив: и правда, это ведь ее, а не Корта разыскивают убийцы мэра. И это её лицо видел сегодня служащий.

- Нам пора уходить из города, – закончил Корт веско.

- Но мы не можем! Мы еще ничего не выяснили ни о моем кулоне, ни о матери. Не решили, что делать с информацией о планете, о буре, о том, что нового Вечного Города нет!

Корт не стал спорить, как будто именно такой реакции и ожидал. Он устало опустился в кресло.

- И что ты предлагаешь? У нас есть время только до утра.

Юта села в кресло напротив Корта, но на этот раз они поменялись местами – она оказалась за компьютером.

- Не знаю. Но должно же что-то быть, какие-то ниточки, которые помогут найти ответы.

Она рассеянно водила мышкой по коврику, бессмысленно глядя в монитор. Неожиданная мысль озарила ясно, как вспышка молнии, прорезающая чернильно-синее небо.

- Корт, можешь повторить, как звучат слова, вырезанные на шкатулке моей матери?

- «Ат ла раним – санум реглат, ат ла атлурн – санум ассари». «Удел мужчин – проливать кровь, удел женщин – проливать слезы», – машинально произнес Корт. - Зачем тебе?

- Пока не знаю, просто догадка.

Юта вбила слова в строку поисковика и нажала «Энтер».

Она не слишком рассчитывала на результат, но неожиданная догадка вдруг обернулась интуитивным прозрением, когда в самом низу страницы Юта с изумлением обнаружила вязь символов наури.

- Корт, - позвала она растерянно. – Кажется, я кое-что нашла.

Корт поднялся из кресла и встал у Юты за плечом, глядя на экран. Он казался растерянным. Они с Ютой переглянулись.

- Это стоит проверить, – сказал Корт. – Но сперва нам надо увидеться с Кирли.

***

 

         Они сидели в закрытой с трех сторон кабинке полуподвального кафе-бара. Неяркий свет низко висящих желтоватых ламп бросал блики на полированные ширмы, разгораживающие небольшое уютное помещение. В такое время тут было немноголюдно. А немногие посетители не обращали внимания на остальных, - сюда приходили люди, как и Корт с Ютой ценившие тишину и уединение.

Это малоизвестное место предложила Кирли. Она встречалась здесь со своими источниками, не желавшими публичной огласки.

         Корт сидел на одном диване с Ютой, глядя в узкое окошко под потолком. В него он видел серый асфальт и ноги редких прохожих. Юта меланхолично крутила в тонких пальцах большую кружку черного кофе, время от времени поднося ее ко рту, чтобы вдохнуть крепкий, горьковатый аромат, и печально вздыхала.

         Искоса наблюдая за девушкой, Корт отметил, что ее лицо больше не было фарфорово-бледным. Несмотря на то, что при выходе в пустыню она всегда носила хилт, все же ее кожа слегка загорела. Особенно это было заметно сейчас, в темноте кафе, когда казалось, что ее лицо и руки покрылись шоколадно-бронзовой пыльцой.