Страница 12 из 20
Пока гостиничный мальчишка бегал в соседний трактир за чаем и бубликами, детективная компания разделась, развесив мокрые пальто на круглой старинной вешалке в углу коридорчика. Прошли в комнату и расположились вокруг стола возле небольших окошек, прижавшихся так близко, что стол закрывал подход к обоим. Через несколько минут вошел мальчик со стаканами чая и связкой бубликов на шее, а следом Савва, несущий маленький тульский самоварчик. Трактирщик выказывал уважение московским гостям, приглашая утром к себе на завтрак и выделив вечерний самовар. Что ж, очень мило с его стороны!
Рябичкин расплатился с посыльным, пообещав утром зайти. Урядник проводил мальчишку, выглянул на лестничную клетку и проговорил, плотно закрыв дверь:
- Ну, рассказывайте, рассказывайте...
Родион посмотрел на извозчика, словно ожидая одобрения, и повторил:
- Все, как Вы говорили. Прямо в девятку. Ой, извините... В общем мы пролетку в переулке рядом с домом Карнаухова поставили, так чтобы нас от крыльца не видно за деревьями было, а мы все видели. Как обеденный час наступил, то ждали недолго - через полчаса пришел. Зашел в дом, слышно было, как с женой разговаривает, но минут через пять вышел. Уже без формы, одет в гражданский костюм и картуз, глянул по сторонам и пошел по улице, прямо рядом с нами. Мы затаились, время выждали и потихоньку следом поехали, на приличном расстоянии, чтоб не заметил. Так за ним до того трактира и доехали.
- Какого - того? - переспросил Купавин. - Трактиров здесь полно.
- До того, в который Хавацкий ходил, рядом с которым меня ограбить хотели.
- Так и говори, Родион. Вы же у нас теперь на должности филеров работаете, а тут точность нужна.
- Понятно. Ну, так вот, Рядом с трактиром "Минуточка" стали, среди других пролеток, и я к окошку подошел - посмотреть куда он дальше двинется. Вошел, что-то сказал "половому" и к дальнему столу у окна пошел, за ширму. Это у них вместо отдельного кабинета получается.
- Ясно. И что "половой"?
- К тому самому столу подошел, где в карты играют, и куда Аркадий подсаживался. Поговорил с их главным и ушел, а тот поднялся и тоже за ширму пошел. Минут двадцать они с Карнауховым разговаривали. Я сначала войти в трактир хотел, разговор подслушать, но увидел за их столом Жука, это один из тех, что на меня напали в переулке. Я его хорошо запомнил, да и он меня, наверно, тоже. Нос то я ему, похоже, сломал: синячино под обоими глазами будь здоров, цвета вороньего крыла, поэтому пришлось на улице оставаться.
- Правильно, - одобрил Алексей. - Лишнего риска не нужно. Да и права у Вас такого нет, это наше с Митрофаном Васильевичем дело.
- Ну и ... - торопил урядник, наконец появлялась возможность реальных действий.
- Потом главарь за свой стол вернулся, а через несколько минут Карнаухов вышел из трактира и на извозчике домой поехал. Мы с Саввой его до калитки сопровождали.
- Та-а-а-к... - протянул Купавин, - Хорошенькое дело получается. Квартальный ореховской полиции связан с уголовниками, подозреваемыми в убийстве. Представляю, что газеты напишут. Скандал!..
До сих пор молчавший Савва сказал:
- Дык ведь это еще доказать надоть. Мало ли чего они разговаривали, может они дальние родственники или еще чего.
- Вы, Савва, молодец, правильно рассуждаете, - похвалил помощник пристава. - Действительно - это еще не доказательство. Надо что-то посерьезней.
- Это для суда доказательства нужны, а журналистам и этого достаточно, - сказал Купавин. - Впрочем, доказательства добывать - наша работа. Найдем!
Родион с восхищением посмотрел на урядника. Вот он - настоящий полицейский. Ах, если бы он знал, как часто погружен в сомнения Митрофан Васильевич, как перепроверяет порой факты.
- Может быть, нам завтра снова следить за Карнауховым? - футболист был готов довести матч до победы.
- Я думаю, не стоит, - Рябичкин сложил губы куриной попкой, размышляя. - Давайте так: отправляйтесь домой, отдыхайте, а завтра, если будете нужны, пришлю посыльного с запиской. Договорились?
Блеск в глазах защитника новогиреевской команды сразу потух, но недавний опыт собственного расследования говорил, что помощник пристава прав. В таких делах торопиться не стоит.
- Договорились, - слегка вздохнул он.
- И конечно о наших совместных делах никому ни слова - тайна следствия. А ваши услуги, я думаю, нам обязательно понадобятся: не так много людей в Орехово, кому мы можем доверять.
Ну, Алексей Яковлевич, - ну педагог. Весенин вновь ожил, да и Савва удовлетворительно закрякал, теребя лохматую бороду. Что-то в них было общее, что роднило и сплачивало, создавая команду.
За чаем разговор перешел на футбольные темы, и о квартальном больше не вспоминали. Время пролетело незаметно - вскоре добровольные помощники полиции засобирались домой. Дождь за окнами, растратив силы, затих, и ночь расстелила покрывало звезд над Орехово. Какой-то будет новый день?..
Купавин умолк, крутил папиросу в руках, постукивая гильзой по столу, отчего крошки табака рассыпались. Он подбирал их, прижимая пальцем к столешнице, и подолгу разглядывал. Потом все-таки достал спички и закурил. Сизый дымок потянулся к форточке, попадая в глаза уряднику, отчего он забавно морщился, отклоняя голову и пытаясь отогнать назойливую субстанцию рукой.
С улицы раздался стук копыт, и Ягодка увезла новоиспеченных филеров на честно заработанный отдых.
9.
Как-так?.. Как-так?.. Как-так?..
Ходики на стене, скосив широко открытые глаза цифр, невольно принимали участие в расследовании, бесконечно возмущаясь коварству квартального. Точному механизму, привыкшему годами выполнять свою работу, было невдомек, как можно пренебречь своими обязанностями. Изменить порядок вещей в мире?!.. Немыслимо!.. И достойно сурового наказания.
Самовар совсем остыл, но детективы не ложились. Воск наполовину оплывшей свечи бесшумно капал на скатерть, создавая сталактиты сказочных пещер, все выше поднимающиеся над столом. Отсвет пламени выхватывал из темноты лишь отдельные черты лиц Алексея и Митрофана, играл ими, пытался изменить, смешать, поменять местами, но так и не смог разрушить целеустремленность взглядов и строгость линий. Намерения у полицейских были серьезные.
- Итак, что же мы имеем? - спросил Рябичкин больше самого себя, чем урядника. - Круг действующих лиц постепенно определяется.
Купавин затушил очередную папиросу.
- Основными подозреваемыми теперь становятся блатные и Карнаухов, - сказал он. - Чего бы иначе квартальный побежал быстрей предупреждать их. Карты и записи партий в результате все равно привели бы нас к местам, где собираются игроки. Не так уж их много в Орехово.
- Однозначно. Вопрос в том: связан ли с ними Черный человек?
- Как бы там ни было, но у него стопроцентное алиби - в момент убийства он был на глазах у Родиона. В конце концов, может убийство вообще не связано с Кубком Фульды?
- Не исключено, - Алексей Яковлевич откинулся на стуле, и лицо его совсем исчезло во тьме. - Хотя сомнительно. Больно уж все по времени совпадает. Скорее связь есть, но более сложная. Мы не знаем каких-то деталей преступления.
- Но делать все равно что-то надо? И потом, зачем им Кубок? Ведь материальная ценность его не большая. Понятно, что Хавацкий для них мелкая сошка, но просто так на мокрое дело все равно никто не пойдет. У них свои законы.
Купавин шумно вдохнул носом воздух, пламя свечи потянулось к нему, и блики забегали по лицу. В ночной тишине звук показался особенно сильным, отчего сам он невольно улыбнулся.
- Начинается новый этап, - сказал Рябичкин. - Теперь, чтобы добыть информацию надо что-то придумывать самим: метод прямого сбора улик исчерпан. Мы побывали на местах преступлений, кое-что нашли, пора действовать активно. Предположим, что Черный человек сам по себе и что Кубок Фульды сейчас у него, может, он обвел вокруг пальца и Хавацкого и уголовников. Как мы можем вынудить их раскрыться?