Страница 39 из 44
Люциус вдруг ясно представил, как над ребятишками склоняется дух Джеймса Поттера и со всей дурацкой мочи одаряет их способностями мастерски играть в квиддич. Тьфу! Не дай, Мерлин!
Но всё оказалось намного лучше. Из хоровода бесплотных светящихся теней вдруг выступил человек средних лет. В отличие от прозрачных духов он вдруг обрёл плотность и объём. И цвет. Высокий стройный светловолосый маг в тёмно-зелёной мантии был чем-то неуловимо похож на Люциуса.
На мантии серебром была выткана буква «S», которую обвивала золотая змея.
И Люциус и Драко, затаив дыхание, с благоговением смотрели на одного из четырёх основателей Хогвартса. Человек склонился над младенцами. Из складок его чёрной мантии показалась огромная белая змея с фиолетовыми глазами. Она поочерёдно поцеловала младенцев. Маг направил свою палочку на Скорпиуса и произнёс: «Исцеляй!». Указал на Корвуса: «Повелевай! Эспекто Дементорус!»
Драко восторженно ахнул. Один его сын получил дар целителя, а второй… С ума сойти! Корвус сможет повелевать дементорами. Конечно! Корвус практически возвратился с того света, кому же, как не ему общаться с этими смертоносными созданиями?
Маг глянул на Драко, подмигнул и улыбнулся. Яркая вспышка поглотила и фигуру мага и остальных духов. Рана на руке Гарри закрылась сама собой. Он прислонился к стене спиной. У него кружилась голова от потери крови.
- А этот…со змеёй… Это кто? – слабым голосом спросил он.
Драко смотрел на него, как на полного придурка.
- А это, мистер Поттер, был лично Салазар Слизерин, - любезно ответил Люциус. – А ведь среди ваших чистокровных предков не числилось основателей Хогвартса. Вероятно, это предок вашей матери.
- Но она же маглорожденная…
- Салазар был тот ещё бабник, - усмехнулся Люциус. – У него женщин было немерено. И ведьм, и полукровок, и простых магл.
Люциус ловко завернул младенцев в одеяла. Драко подхватил под руку Гарри.
- Пойдём, - ласково говорил он. – Тебе сейчас надо лечь.
Плохо, что Гарри нельзя сейчас напоить кроветворным зельем. Отворотное средство нельзя смешивать с другими зельями. Драко твёрдо намерен выполнить магическую клятву, данную крёстному. Иначе сам он лишится магии.
Малфой довёл Гарри до его собственной спальни, заставил выпить горячего сладкого чая и съесть большую шоколадку. А потом поднёс к его рту флакон с отворотным зельем.
- Что это, Хорёк? – скривился Поттер.
- Это кроветворное зелье. Так, а теперь выпей вот это, - он напоил уже сонного Гарри приворотом. – Умница! А теперь спи.
Вот и всё! Драко сидел возле уснувшего мужа. Ему хотелось плакать. Он тихо, боясь разбудить, погладил растрёпанные густые волосы, провёл ладонью по смуглой щеке, нежно поцеловал яркие пухлые губы, встал и вышел из комнаты.
«Прощай, мой любимый! Прощай, мой Гарри! Бывший враг и теперь уже бывший любовник. Завтра ты начнёшь раздражаться от одного моего вида, а потом я стану так ненавистен тебе, что ты предпочтёшь сбежать от меня. Прощай…» - Драко сидел на полу под дверью спальни Поттера и беззвучно плакал. К нему подошла Астория, уселась рядом, обняла и принялась бережно укачивать.
- Почему ты не сварил отворота для себя? – ласково спросила она.
Но Драко только покачал головой. Он хотел запомнить свою такую короткую и яркую любовь и не омрачать её собственным отвращением к Гарри, вызванным зельем. Астория позвала его к себе, но ему хотелось побыть одному. Он долго ворочался в своей ставшей такой неуютной постели, а потом заснул, прижав к себе второю подушку, пахнущую ванилью и молоком.
Ливень, шедший ночью, утром перешёл в нудный дождь. Резко похолодало. Надо бы встать и разжечь камин, но лень шевелиться. Драко старается закутаться в одеяло, потом придвигается поближе к чьему-то тёплому боку. Он ещё какое-то время дремлет, потом в ужасе вскакивает – у него под боком мирно спит Гарри. Лохматый, голый и даже очки не снял. Чёрт!
Почему отворот не подействовал? Что, Северус неправильно его сварил? Какая чушь! Драко лихорадочно вспоминает, как действует отворотное зелье. Сначала человека начинают раздражать какие-то мелочи в его партнёре – например, сопит во время еды, громко прихлёбывает чай, часто повторяет одни и те же словечки. Раздражение стремительно переходит в отвращение, и любовники расстаются. Причём, тот, кто выпил отворот, чувствует эйфорию потому, что ушёл от ненавистного партнёра. Надо чем-нибудь разозлить Поттера.
- Потти, я тебя не звал в свою постель! – Драко грубо трясёт мужа за плечо.
- А я сам пришёл, без приглашения, - зелёный глазища сияют, на лице детская улыбка.
Гарри потягивается и впивается поцелуем в шею Драко.
- Да отвяжись ты от меня! Надоел! – зло говорит Драко, с силой отталкивая его.
Он молча одевается и выскакивает из комнаты, оставив недоумевающего Гарри в своей кровати.
За завтраком он нарочито недовольно разглядывает очкарика, который, как всегда, размазывает овсянку по всей тарелке.
- Поттер, ты полгода живёшь у нас, а вести себя за столом так и не научился. Ты не понимаешь, что на твою размазню противно смотреть? – резко говорит он. – Ты ешь, как свинья… как Уизелл…
- А? – испуганно вскидывается очкарик. – Извини, это у меня со школы осталось. Помнишь, там всегда овсянка была такая невкусная.
Люциус, прищурившись, наблюдает за сыном. Всё понятно, Драко платит по счетам. Нет, ни Северус, ни сын ничего не рассказывали о заключённом соглашении, но и дураку понятно, что мог потребовать жёсткий и мстительный зельевар у попавшего в безвыходную ситуацию Драко.
А Драко не понимает, почему не может разозлить Гарри, который после завтрака что-то хочет спросить у него. Он убегает в лабораторию и начинает остервенело растирать когти венгерской хвостороги. Зачем он это делает, он и сам не знает. Вон в шкафу полная банка растёртых когтей.
- Драко, давай я тебе помогу, - Гарри стоит в дверях и наблюдает за его усилиями. – Эти когти такие твёрдые, ты себе руки повредишь. Ты же Мастер зелий, тебе негоже заниматься черновой работой.
- Поттер, мне не нужны твои указания, что я должен делать. Я сказал, оставь меня в покое!
- Драко, ты сердишься на меня? За что?
Малфой не отвечает. Он достаёт котел, наливает в него воду и заклинанием включает горелку. Потом высыпает в него толчёные когти. Что он хочет сварить? Когти всегда во все зелья добавляются в самом конце.
- Драко? Ты не хочешь со мной разговаривать? Что я сделал? – шёпотом спрашивает Гарри.
Малфой не выдерживает этой пытки. Давай, Драко, будь вредным, как в школе!
- Поттер, тебе не кажется, что ты злоупотребляешь моим гостеприимством? - холодно говорит он. - У тебя же есть Поттер-хаус. Или ты так привык быть нищим, что не можешь вспомнить о своей собственности? Хотя, ты же сын грязнокровки, привык жить в чулане, где уж тебе быть домовладельцем.
- Драко…
- Что Драко? Да, ты мне был нужен только для ритуала крещения. У тебя же огромная магическая сила, да и в предках сам Слизерин. А теперь я тебя больше не держу, ты мешаешь нам с Асторией! Можешь убираться на все четыре стороны!
- Хорошо, я уйду. Не злись так, - упавшим голосом говорит Поттер.
- И не хлопай дверью по своей дурацкой привычке! – вдогонку орёт Малфой.
Гарри поворачивается и выходит, очень осторожно закрывая за собой дверь. А Драко, стиснув зубы, суёт в кипящий котёл руку, чтобы физической болью хоть немного затмить отчаяние и пустоту в душе, которые останутся надолго.
Северус сидел возле камина и пил кофе, просматривая «Ежедневный пророк». Гарри опубликовал статью, в которой высказывал удивление, откуда у маглорожденного Иеремии Готфрида, нынешнего руководителя департамента по имуществу, появился новенький особняк в четыре этажа. Это при его зарплате и притом, что никакого наследства у него нет. Конечно, это не сам Гарри, это Люциус пишет все эти острые разоблачительные статейки под именем Поттера.