Страница 30 из 48
— Как же здесь здорово, — с восторгом, подвела итог Мариса, оглядывая необъятную мощь Нью-Йорка с высоты птичьего полета.
— Да, но знаешь, что по настоящему здорово?
Она с интересом посмотрела в сторону Пабло, пытаясь согреть руки и сожалея о том, что не взяла с собой перчатки на продолжительную прогулку по зимнему городу.
— То, что ты здесь со мной.
— О… — протянула Мариса, — ты такой милый Бустаманте, что мне даже тошно. Перестань! — она игриво толкнула его в плечо, в ответ на ударную волну, он еще сильнее сжал девушку в своих объятиях.
— Знаешь чего-то все же не хватает… — Пабло, словно ветер, прошептал ей на ухо.
— Ты это о чем?
— Памятный момент…когда мы еще побываем на Статуе Свободы? Мужчина потянулся к карману своей куртки и достал телефон.
— Пожалуйста, не говори, что ты имел в виду селфи. Милый Пабло Бустаманте и селфи — это слишком на сегодня, — смеясь, Мариса. запротестовала.
— Что??? Я современный мужчина, — с этими словами Пабло приложился к ее щеке и они оба, улыбаясь, посмотрели в камеру. Этот снимок запечатлел момент, который каждый из них постарался продлить как можно дольше. И пусть на фото они выглядели немного несуразно со своими красными от холода носами, это был самый что ни наесть короткий миг абсолютного счастья.
По возвращению в гостиницу, они поднялись в номер Пабло и окончательно убедились в том, что оба просто физически не готовы к походу в ресторан, поскольку безумно устали, намотав за целый день неприлично высокую цифру пешего километража.
— Что скажешь насчет того, чтобы поужинать в номере?
Мариса, устало рухнувшая на убранную горничной кровать, только и смогла что поднять руку.
— Я за!
По телефону на ресепшен, Пабло сделал заказ, остановив свой выбор на морепродуктах и белом вине. Через полчаса, служащий отель постучал в дверь номера 308, засервировал стол на две персоны, и благополучно получив честно заработанные чаевые, скрылся в кулуарах коридора.
— Что-то не так? Пабло обратил внимание на то, как Мариса весьма неоднозначно осматривает изысканные закуски на столе. — Не любишь морепродукты?
— Все так, просто вспомнила, что всего через несколько часов наш рейс, а я так и не воспользовалась джакузи в ванной. Лицо Спирито в этот момент было таким, как если бы она опоздала на последний автобус на остановке.
Ее умение преподносить самые обыденные вещи как что-то невообразимо недосягаемое, всегда смешили Пабло. Даже сейчас, когда она искренне расстроилась тому, что не смогла с лихвой воспользоваться предоставленными ей отелем удобствами, вызывали на его лице неподдельную ухмылку.
Качая головой, он вдруг придумал, как исправить эту маленькую оплошность, совместив приятное с полезным. — Ну что же, тогда я думаю, нам следует обосноваться в ванной.
Сказано — сделано. Спустя пару минут джакузи стало наполняться пеной, а праздничный ужин на пару с бутылкой французского «Merlot» обосновался на маленьком столике рядом с ванной. Пабло проявил недюжие способности романтика, не поскупившись, даже на свечи, которые были расставлены по всему периметру джакузи. Атмосфера вокруг манила своей интимностью и излучала трепетную сказку первых свиданий.
Погрузившись в теплую воду, наполненную миллионами невесомых ароматных пузырьков, Пабло и Мариса устроились друг напротив друга и наполнили свои бокалы напитком богов.
— За Нью-Йорк! — Спирито взяла на себя смелость и провозгласила первый тост этого вечера. Не отрываясь друг от друга таинственными взглядами, оба медленно пригубили вина, каждый из своих хрустальных фужеров.
— Итак…
— Итак… — подначил ее Пабло и усмехнулся.
— Расскажи мне, почему решил стать редактором журнала мод. Все-таки, это скорее женская специальность.
— Ауч, ты только что задела мою сентиментальную сторону! — пошутил он, отправляя в лицо Марисы щедрую порцию брызг. — На самом деле, отец хотел, чтобы мы с Николасом пошли по его стопам и выбрали политику. Но политика это как-то совсем не мое. Мне всегда нравилось другое.
— Красивые женщины, например? Что? — смеясь над выражением лица Пабло, спросила девушка. — Модели ведь красивые!
— Ладно, пусть будет по-твоему. Но помимо красивых женщин, мне нравилось освещать жизнь красивых женщин. Знаешь, это очень интересная работа, благодаря которой я понял, почему мои сестры придают большое значение выбору платья на какой-либо из праздников.
— Значит, ты теперь что-то вроде эксперта по части женской натуры? — Мариса поднесла бокал к губам, но отпивать из него не торопилась.
— Можно сказать и так. Дождавшись от него ответа, она пригубила еще немного вина и задумалась о чем-то своем.
— О чем грустишь?
— Да, так, — Спирито обреченно вздохнула, — я могла бы просидеть здесь всю ночь, глядя на огни Нью-Йорка и звезды на небе. Ее взгляд томно устремился в окно, прямо посреди ванной комнаты.
— Завтра у нас в журнале начнутся съемки коллекции купальников, — я должен присутствовать, — этим аргументом Пабло хоть как-то попытался оправдать их ночной отъезд в Буэнос-Айрес.
— Да, я знаю с кем сплю, — Мариса пошутила, напомнив боссу его утреннюю оплошность со словами. Они оба засмеялись, и когда в ванной повисла тишина, оба сделали вид, будто не взволнованы тем фактом, что находятся сейчас в одном джакузи.
— Да… — ляпнула Спирито, пытаясь подавить сложившийся неловкий момент, — нужно возвращаться в Аргентину.
— Ты думаешь о том, что будет с нами по возвращении в Буэнос-Айрес?
— Что? Нет, я не хочу об этом сейчас говорить. Не люблю ничего загадывать наперед. Просто будем наслаждаться последними мгновениями. Мариса разгладила бархатистую пену и взяв ее на ладошку, игриво отправила в лицо Пабло.
Он быстро избавился от мыла на своем лице, сполоснув его потоком воды, и многозначительно произнес. — Но пока то мы здесь, — протянув руки вперед, Бустаманте добавил, — иди ко мне…
Девушка не стала сопротивляться и с головой окунулась в любовный водоворот, каким окружили ее согревающие объятия от Пабло. Такие мелочи, как соприкосновение рук, биение его сердца, заставляли Марису погрузиться в атмосферу умиротворения и внутреннего спокойствия.
— Мог ли я представить себе, что девушка, уничтожившая мою новую машину, будет принимать вместе со мной ванну в номере отеля в Нью-Йорке.
Взяв ее руку в свою, Пабло провернул ладонь вверх, большими пальцами поглаживая легкими круговыми движениями мягкую тонкую кожу ее запястий.
Немного отстраняясь, Мариса посмотрела на его мужественный подбородок, медленно рисуя круги по его шее.
— Ты сам виноват, я была совершенно не причем.
— Ну, конечно!
Их смех разорвал внезапный телефонный звонок, поступивший на мобильный Спирито.
— Не отвечай, — простонал Пабло, глядя на то, как она тянется к телефону.
— Это мама, если я не отвечу, она поднимет такую панику. Ты же уже с ней познакомился. Она чокнутая. Одевая халат налету, Мариса отправилась в комнату, — сейчас вернусь. — Да, мам? — она коротко поприветствовала Соню и последнее, что успела сделать, прежде чем покинуть ванную, жестом руки дала понять Бустаманте подлить ей еще немного вина в бокал.
После разговора с Соней, Мариса подошла к зеркалу, чтобы поправить спутанные волосы и обратила внимание на телефон Пабло, который зажегся от нового смс-оповещения. В ее планы не входило шпионить за его переписками, но это вышло совершенно случайно.
Я скучаю… Наш ужин с продолжением был удивительным. Я все еще жду повторить. Андреа.
— Ты же сказал, что между вами ничего не было! — Мариса ворвалась в ванную, обезумевшая от ревности и негодования.
— Что? О чем ты говоришь?
— О… вот только не надо делать такое невинное лицо, Бустаманте. Я про Андреа!
— Ничего не было!
— Да??? Смс о том, что я соскучилась говорит мне прямо об этом!
Мудак!
Мариса кинулась в спальню и принялась быстро собирать свою разбросанную по полу одежду, наспех натягивая ее на себя. Пабло все еще пребывающий в легком забвении, немедленно двинулся за ней следом, оборачивая банное полотенце вокруг бедер.