Страница 14 из 18
Я даже рот раскрыла.
– Подземники? Гномы что ли?
Ангел покачал головой и ответил:
– Нет. Гномы вообще в другой, гм… В другой параллели. А эти… они… В общем… Они подземники.
– Ерунда какая-то, – бросила я.
Асмодей оживленно посмотрел на меня, глаза сверкнули, из волос снова показались небольшие рога. Он положил ладонь на столешницу и пробарабанил пальцами.
– Напомни потом сводить тебя к русалкам, – сообщил он.
Я хотела спросить, неужели и это правда, но белобрысый не дал раскрыть рта.
– Не забивай ей голову лишним, – наставительно произнес он. – Запомни, Варвара, главное для тебя сейчас пройти инициацию, выбрать сторону. И, разумеется, не столкнуться с инквизиторами. Но об этом должны позаботиться мы.
Такая таинственность начала раздражать, а страх стал медленно сменяться негодованием. В голове оформилась мысль о том, что эти двое ворвались в мою жизнь, перевернули все с ног на голову.
Я нервно сглотнула и схватила стакан с соком, который пить не хочется, но другого нет. Потом спросила:
– Кто такие эти инквизиторы? Каркуратор о них тоже предупреждал, но объяснить не потрудился. И что значит, «выбирать сторону»? Почему я должна выбирать?
Когда отхлебнула, глотку ободрало, словно наждачкой, а язык скрутился в рулон. Апельсиновый сок оказался кислее незрелого лайма.
Я зажмурилась. Несколько секунд судорожно глотала, стараясь быстрей протолкнуть кислятину, но вкус все не хочет уходить. Когда уже готова была протереть язык подолом платья, неожиданно полегчало, а в голове прояснилось.
Открыв глаза, обнаружила, что оба смотрят на меня с сочувствием.
Я проговорила сдавленно:
– Вообще-то кислое люблю. Но это настоящий «вырви глаз».
– Давай все по порядку, – произнес Кафриэль невозмутимо. -Инквизиторы, как ты могла догадаться, главные враги ведьм.
Я хмыкнула и сложила руки на груди.
– Они что, сжигают их на костре?
– Всякое бывало, – согласился ангел. – От них нужно держаться подальше.
Лоб зачесался, мысли запрыгали, как разбуженные лягушки. Я попыталась собрать их в кучу, но они рассыпаются и совсем не хотят держаться вместе.
– А как получилось, что добро и зло сотрудничают? – попыталась разобраться я.
– Это кто тут зло? – удивился демон.
– Ну, – протянула я в замешательстве. – Ты зло. Ты же демон. А ангел – добро.
Кафриэль и Асмодей переглянулись, на лицах мелькнули загадочные улыбки.
Рыжая девица, которая отчаянно виляет задом, пытаясь вернуть внимание Асмодея, послала мне полный ревности взгляд. Еще несколько мгновений она извивалась вокруг шеста. Когда музыка закончилась, она спрыгнула с помоста и приблизилась к нам.
Презрительно оглядев меня сверху вниз, насколько это позволяет стол, она положила ладонь на столешницу и призывно прогнулась.
Демон успел убрать рога, как она только слезла с рабочего места, и теперь выглядит как обычный харизматичный кобель.
Он хищно улыбнулся танцовщице и проговорил, вставая:
– Я оставлю вас. У меня дела. Необходимо подарить обещанное наслаждение. Смотри, не усыпи юную ведьму своими проповедями.
– Мое наслаждение куда больше греет душу, – значительно произнес ангел.
Асмодей усмехнулся.
– Ты бесполый, – сообщил он и вышел из-за стола и, обхватив девицу за талию.
Они неспешно направился к двери, за которой скрылись официантки.
Глава 5
Мы остались за столиком и некоторое время молчали, а я в тайне радовалась, что удалось на время избавиться от Асмодея, в присутствии которого язык прилипает к небу, а в голову лезут дурные мысли.
Когда на смену быстрым композициям пришли медленные, Кафриэля прорвало. Он рассказал о важности инициации, хотя смутно, и я ничего не поняла. О важности выбора стороны, о необходимости благодетельства и каких-то церемониях, которые хорошо сказываются на душевном покое и карме. Похвастался шабашами.
Я смотрела, как он непринужденно пьет мой кислющий сок и даже бровью не ведет.
Оказалось, молодые ведьмы появляются редко. Бывает ни одной за пять лет, но случаются и урожайные периоды, когда удается разыскать десяток за год. С чем это связано – никто не знает, но охранники трясутся над каждой, и радеют, чтобы вносили имена в базу данных.
Когда спросила, зачем это надо, белобрысый с важным видом ответил:
– Так Круг знает, где и когда искать нужную ведьму. В жизни бывает всякое и нужно быть готовым.
О значении инициации Кафриэль тоже говорил много, но подробностей не рассказал. Лишь твердил о том, как это нужно и важно. Смогла понять лишь, что после нее ведьма открывает полную силу и принимает сторону.
Пока Кафриэль вещал, я глазела по сторонам, потому, что смотреть на идеально чистого ангела почему-то неловко. Костюм настолько белоснежный, словно пылинки сами от него отскакивают. При всей белокурости, он не альбинос и весьма даже ничего, если забыть слова демона о его бесполости.
– Значит, – решила уточнить я, – ведьма может и не обрести силу?
– Может, – согласился ангел. – Точнее, сила у нее останется, но не полная, а как бы в зачатке. Для раскрытия требуется инициация.
Я покачала головой, вздыхая.
– Говоришь, будто эта инициация самое важное в жизни ведьмы.
– И это не преувеличение, – проговорил Кафриэль значительно. – Но не стоит забывать, что выбор стороны определить ресурс, которым будешь пользоваться, а также дальнейшие взаимодействия с союзниками. Поэтому сто раз взвесь, прежде чем определиться.
– Тьма или свет? – уточнила я.
– Именно.
– Как-то не густо.
Брови Кафриэля приподнялись, он спросил:
– Что ты имеешь ввиду?
– Не люблю, когда загоняют в рамки и ставят перед фактом, – пояснила я.
– Гм… Неожиданно.
Он немного помолчал, словно переваривал услышанное, потом перешел к рассказу о предыдущей подопечной.
Я заметила незнакомца у бара. Он облокотился на стойку и поглядывает в стороны, словно кого-то выискивает. Невысокий, лет тридцати, с хитрым лицом и красным шрамом под глазом. Одет в кожаную куртку, через голову перекинута сумка, которая плохо сочетается с остальным образом.
Он посмотрел в нашу сторону, и у меня пробежали мурашки по спине. Уже готова была отбиваться метлой, если окажется очередным демоном, но игра теней сыграла на руку. Незнакомец нас не заметил и отвернулся.
Мне стало душно, будто в кабинке закончился кислород. Попробовала глубоко вдохнуть, но перед глазами поплыли круги, повело в сторону.
– Мне надо на воздух, – проговорила я.
Белобрысый посмотрел на меня и сказал:
– Отец небесный! Да ты совсем бледная!
Он взял мои вещи, попытался помочь с метлой. Но я, помня взгляд Асмодея, когда пыталась оставить метлу в гардеробе, решила не отдавать.
Выбравшись из-за стола, Кафриэль повел меня в противоположную от выхода сторону, стараясь держатся в тени.
Я подозрительно взглянула на белобрысого, тот виновато улыбнулся и сказал:
– Там второй выход. Не стоит толкаться с народом, который ломится в клуб.
Решив, что это вполне обосновано, я успокоилась. Проходя мимо бара, бросила короткий взгляд на незнакомца. Тот крутит в пальцах стакан с виски и делает вид, что разглядывает лед. Но страх завертелся в груди, как волчок.
– Ты тут часто бываешь? – спросила я ангела, пока продвигались к выходу.
– По долгу службы, – произнес он важно.
– И знаешь всех завсегдатаев?
Он покосился на меня и произнес:
– Бог с тобой. В мире около семи с половиной миллиардов людей. Я не знаю всех лиц. Только голоса, если позовут. Почему ты спрашиваешь?
Тряхнув головой и пытаясь выгнать тревожные мысли, я произнесла:
– Да так. Нервы расшалились. Пришел мужик в бар после работы, расслабляется, пьет виски. В этом нет ничего криминального. А я напридумала себе страхов.
Лицо Кафриэля осталось невозмутимым, но заметила, как напрягся. Голова быстро завертелась, я тоже оглянулась, но незнакомец на баре исчез.