Страница 38 из 56
Галь, как только мог её успокаивал, десятки раз на день звонил и справлялся о её самочувствии, ведь он собирался присутствовать при родах первенца, но всё произошло вне его ведения и созерцания.
Уже несколько дней Вере казалось, что момент родов наступил, да, и все врачебные сроки вышли.
Её тревоги и волнения оказывались ложными, как и начинающиеся ложные схватки.
Одиннадцатого июня она с утра чувствовала себя вполне сносно для её положения и поэтому решила поделать, не спеша домашние работы - приготовила обед, поменяла постельное бельё, выстирала и повесила его сушить.
После обеда съездила в супермаркет, прикупила необходимые молочные продукты и, когда уже поднималась сними на лифте в свою квартиру, вдруг почувствовала жуткую резь в низу живота.
Стиснув зубы от боли, она добралась до своей квартиры, не разбирая пакетов, засунула их в холодильник и набрала номер телефона мужа... ответа не было.
Она прилегла на диван и включила телевизор, ей даже вначале показалось, что резь внизу живота несколько отступила, но вдруг... страшная опоясывающая боль прорезала тело от поясницы до низа живота.
Вера вскочила на ноги и заметалась по квартире.
Раз за разом набирала мобильный и рабочий телефон мужа, но они молчали.
Тут, она окончательно поняла, что ждать больше нечего и, более того, уже опасно, схватила, заранее приготовленный пакет и ключи от машины, насколько ей позволяло состояние устремилась к лифту.
Спустившись на подземную стоянку, Вера с трудом села в машину и, стиснув от боли зубы, поспешно, двинулась в сторону больницы.
Находясь уже на трассе, пришла к запоздавшему мнению, что зря она не вызвала скорую из квартиры.
Время было около шести вечера, закончился рабочий день и на дорогах было целое столпотворение.
Её машина продвигалась к цели в час по чайной ложке, а у неё начались постоянные схватки, казалось бы, выкручивающие тело наизнанку.
От жуткой боли Вера выла в голос на весь салон автомобиля, но никто её не слышал.
Вдруг она почувствовала, что у неё отходят воды и её охватила паника.
На зелёном свете светофора, Вера не сдвинулась с места, а упала лицом на руль, и жалобно скуля от боли и страха, обратилась к богу, надавив лбом на клаксон.
Вокруг её машины на дороге раздавалась какофония из ревущих на все лады клаксонов и ругань раздосадованных и нетерпеливых водителей мимо проезжавших автомобилей.
Вдруг дверь с водительской стороны резко распахнулась.
Вера подняла мутные заплаканные глаза и увидела перед собой перекошенное от злости лицо полицейского и почти беззвучно прошептала:
- Помогите, я умираю, у меня начались роды...
Дальше Вере уже всё виделось, как в густом тумане - не растерявшийся полицейский быстро среагировал на происходящее, будто такое с ним случается каждый день.
Он ловко перевёл сиденье автомобиля в лежачее положение, удобно устроил ноги рожающей женщины на руле и тут же вызвал по рации вертолёт медицинской службы.
Из затормозивших на дороге машин по просьбе того же полицейского, подбежали несколько человек, имеющих непосредственное отношение к медицине и начали готовить молодую женщину к родам.
В этот момент прямо на кишащую транспортом трассу опустился вертолёт, двое сноровистых парней уложили Веру на каталку и быстренько завезли в салон летающего аппарата, где её приняли под свою опеку специалисты - гинеколог и акушерка.
Никто роженицу не уговаривал тужиться, ребёнок сам рвался на волю, и Вера родила прямо в салоне вертолёта, чуть успевшего подняться в воздух.
Зычный крик ребёнка молодая мать услышала даже сквозь шум громко работающего мотора и стрекочущих лопастей:
- Ого, какой гевер!
И улыбающаяся акушерка положила на грудь матери только что родившегося малыша.
глава 20
Во время скоротечных родов на борту вертолёта и сейчас, когда новоиспеченная мать приходила в себя после всей этой суматохи, связанной с рождением ребёнка, ей и всем присутствующим постоянно было слышно, как в сумочке Веры разрывается от звонков мобильный телефон.
Она легко догадывалась, что звонит Галь, встревоженный её частыми звонками, на которые он по каким-то ему только известным причинам в нужное время не отвечал, а теперь, в свою очередь, был обеспокоен необъяснимым молчанием жены.
Понятное дело, ей какое-то время по конкретным причинам было не до того, чтобы отвечать на бесконечные звонки мужа.
Роженица разомкнула потрескавшиеся от недавно перенесённых страданий губы:
- Ответьте, пожалуйста, на телефонный звонок, аппарат находится в моей сумочке, это звонит мой муж, он очень беспокоится обо мне.
- Беспокоится, беспокоится...
Акушерка ворчливо несколько раз повторила последнее слово Веры, занимаясь в это время только что появившимся на свет ребёнком.
- Равиталь, ответь ты уже этому мужу, сообщи ему, наконец, радостную весть.
Хотя, не надо, подай сюда трубочку, пусть мамочка сама сообщает папочке о появление на свет его гевера.
Вера приняла в дрожащие руки аппарат и нажала кнопочку приёма:
- Галь, я жива и, наверное, теперь буду здорова...
- Веруш, что случилось, где ты, что с тобой?
Вопросы мужа сыпались, как горох из дырявого мешка.
- Дорогой, я сейчас нахожусь в вертолёте, только что на его борту родила тебе гевера.
- Как в вертолёте, почему в вертолёте, почему гевера?
- Гевера, потому, что так теперь будем звать нашего мальчика, Галь и Вера, получается Гевер, если бы только сейчас увидел, какой он гевер!
И, Вера счастливо рассмеялась, передавая трубку улыбающейся ей Равиталь.
- Будьте добры, объясните мужу, как и почему я оказалась в вертолёте и в какую больницу мы прибываем.
Несмотря на всю экстравагантность родов, а точнее, места, где они происходили, Вера и малыш чувствовали себя прекрасно и уже на третий день их выписали из больницы.
Роды и выписка были настолько скоротечными, что многие даже не успели её навестить в родильной палате, в том числе и родители с сестрой, поэтому они все прибыли в квартиру Веры в ближайшую пятницу, перед выходным, на этот день было назначено обрезание мальчика.
Галь радушно принимал гостей, врученные ему подарки и предлагал всем прибывшим напитки и перекуску со столика, стоящего посреди салона.
Вера в этот момент в закрытой спальне кормила грудью малыша и Галь попросил пока её не беспокоить.
Мама Веры тут же возмутилась:
- Что за номер, почему это я не могу зайти в комнату к своей дочери и посмотреть на новорождённого внука?
Люба перевела вопрос Галю, потому что он не всё понял из ворчания тёщи, хотя уже сносно говорил на русском языке, на котором много упражнялся так же на работе.
- Прошу прощения, но я не могу выполнить ваше требование, сожалею, но так распорядилась Вера.
Буквально парочку минуточек подождёте, и она выйдет к вам, а пока удобно располагайтесь, если хотите, могу кофе для вас приготовить?