Страница 40 из 51
Попробовали. Самим понравилось, включили в меню. Договорились с учителями, что они и дети будут заказывать эти десерты. Пять процентов от такого заказа получали учителя. Мало кто отказывался. Популярность заведения росла. Только мне от этого легче не становилось. Особо ценная информация, раскрывающая часть замысла противника в отношении безопасности Российской Федерации лежала у меня мёртвым грузом. Да, спрятана надёжно, квартиру надо разобрать полностью, чтобы добраться. Но во время обыска логова грязного шпиона, кто будет сильно церемониться? Вот поэтому и нужно переправить её в Центр.
На шестой день поздно ночью поехал домой. В тёмное позднее время хорошо отслеживать ведётся ли за тобой слежка.
В этот раз дважды мелькнули фары. Первая "Пежо", Вторая "Хонда". Вроде и ничего, но уж больно грамотно они выставились, как будто передавали меня. Ничего страшного, ты ждал этого. Ожидал, что за тобой будет "хвост". Не зря тебя вывели из игры. Сиди. Кури. Жди.
Поставил машину. По привычке бросил взгляд на окна своей квартиры. Там был свет.
Нет. Ноги не подкосились. Закурил. Стою, думаю. Обыск? Отчего я до сих пор не арестован? Или решили сначала всё вывернуть, а уже потом, по итогам обыска, решать, арестовывать меня или нет?
Стараюсь не озираться, вряд ли мне дадут далеко уйти. И так? Что в сухом остатке? Немного. Вдох-выдох. Затяжка - выдох. Конечно, можно позвонить в полицию, заявить, что в моей квартире неизвестные, а потом посмотреть, как полиция разбирается с контрразведкой, а потом наоборот. Под шум, гам попытаться незаметно покинуть авансцену, перенести действие на несколько этажей вверх. А затем? Что ты получишь помимо морального удовлетворения в виде маленькой мести? Злость на себя. А дальше? Уходить? Уйду. Трое суток отлежаться, тогда накал поисков спадёт. Вынуть из тайника запасной комплект документов и уйти в Германию, оттуда морским маршрутом покинуть Европу. Почему морем? Проще. По привычке, по инерции мышления, перекрывают аэропорты, железную дорогу, конечно. автодороги. На морское судно совершенно не обязательно попадать через трап, проходя таможенное оформление. Достаточно залезть в контейнер перед погрузкой. Немного неудобно, нет комфорта первого класса, но потерпеть сутки можно. Потом покинуть. Деньги творят чудеса. Сто тысяч евро хранится в другом тайнике на непредвиденный случай. Будь то эвакуация, покупка чрезвычайно важной информации или на "особый период". Попробовать удрать? Достал телефон, кручу в руках, думаю, взвешиваю. Мой побег - лучшее доказательство, что я шпион. Тогда начнут отрабатывать все мои контакты, в том числе и фокус с фотографиями. Я очень гордился тем, как всё придумал и провернул. Вздохнул. Гордыня - грех.
Много людей видело, как я тогда общался с Таммом. Известна им явочная квартира? Не исключено. Но проверить поездки Тамма не составит труда. Вспомнят опять же Анну - девицу с пониженной социальной ответственностью. Кто познакомил? Я. На месте контрразведки, я бы подполковника взял бы в оборот. Тем паче, что включили его в секретную группу. Загонят его на полиграф, и всё будет ясно. Тамм - агент русской разведки. И это всё из-за моего побега. А если я останусь? Арест. Передадут французам. Т.е. сами меня увезут от Тамма. Скотобойня?
Ну, скотобойня, так скотобойня. Там нет прямой связи с русской разведкой. Нет, конечно, какой палец ни уколи, а всё равно больно. Но в этом случае получаем минимальные потери. Центр тоже не будет стоять в стороне, молча наблюдая за происходящим. Будут предприниматься попытки для вызволения.
Когда проводил мероприятие по мясокомбинату, то, конечно, была выстроена легенда. Не очень толковая, но есть. Нужно ещё послушать, что они мне предъявят.
Отчего-то представилось, как металлические браслеты защёлкиваются на запястьях. Холодные, ледяные, как будто из морозилки. Невольно покрутил кистями рук. Медленно пошёл в сторону подъезда.
Психологи рекомендовали в Центре, что нужно настраивать себя на ситуацию, на драку. Для этого прокручивать в голове какую-то соответствующую песню. Но голова была забита мыслями, и не мог вспомнить ничего подходящего. И только сама всплыла пошлая песенка " У самовара я и моя Маша". Может, и слышал её только раз в жизни, и то мимоходом:
"У самовара я и моя Маша,
А на дворе совсем уже темно.
Как в самоваре, так кипит страсть наша!
Смеётся месяц весело в окно..."
Всё как по тексту песенки. И на дворе уже темно. Ночь глубокая. И в мозгу мысли кипят как в самоваре вода. Смеётся месяц весело в небе. Вон как сияет в небе. А Маша? Ну, сейчас познакомимся. Глядишь, будет там и какая-то Маша, да не наша. Эх.
Странно устроено наше сознание. В голове выскакивают приказы, инструкции, как вести себя во время задержания, ареста. Беседы с бывалыми, провалившимися разведчиками, как они себя вели, какие методы применяли к ним. Всё из глубин памяти как поплавки выскакивали мгновенно. Сознание перерабатывало, в соответствии с обстановкой и предполагаемым развитием сценария, выдавало рекомендации. Чувства обострены.
И тут же откуда-то лезем чушь, отвлекая от важности, судьбоносности момента.
Если бы это шпионский фильм, то я должен быть рвануть ворот рубашки и разгрызть ампулу с ядом, зашитой в угол воротника. Или же разломать пломбу у зубе, под ней тоже ампула с ядом. И принять яд, чтобы не достаться врагам.
Но яда нет. Или финансирование обрезали по этой статье, или фондов для меня не хватило. Яда нет. Буду бороться без него.
Из темноты позади раздались быстрые шаги. Плечи вперёд, сгруппировался, готовый к удару в спину. А ну, вас, ребята, на хрен! Пляшем!
Развернул плечи. Они же не представляются, сначала стреножат, а потом документы показывают. А до этого можно и душу пару раз отвести. Я же драчливый француз, чёрт побери!
Молодой мужчина обогнал меня, немного повозился с замком на входе, открыл дверь, обернулся ко мне, и на хорошем французском, с небольшими особенностями, обратился ко мне:
-- Проходите, мсье. Я жду. - нетерпеливые нотки слышаться.
Раз приглашают вежливо, значит, тоже неплохо.
Небольшой акцент, пожалуй, это из-за местности, где он проживал длительное время. Если не ошибаюсь то это Лангедок. Времени у нас много, присмотрюсь, поговорим. Прохожу мимо. Молодой, тридцати пяти ещё нет. Видно, что регулярно посещает спортзал. На лице видно, что нос картошкой - сминали не раз. Уши поломаны, Запястья у кистей рук, что моя лодыжка. Наверное, мёртвой хваткой обладает. Ничего, гортань не имеет мышечного корсета. Короткая куртка. Если пистолет есть, то в наплечной кобуре, сзади не спрячешь. Мелькает шальная мысль затеять драку. Но тут же гоню её.
Сзади топот ног бегущего. Оборачиваюсь уже в подъезде. Догоняет тоже молодой, примерно таких лет, что и первый. В костюме. Ночью встретить человека в костюме в Брюсселе? Бизнесмены спят уже. Значит, государственный чиновник. Хотя у них мало кто соблюдает дресс-код. Тоже любитель физкультуры, но более гибкий. Широкие плечи, костяшки кулаков сбиты. Крепкие многолетние мозоли.
Если, тот, что меня встречал поход на боксёра или борца, то вбежавший - на мастера рукопашного боя. Оба видно, что закалённые бойцы. Ну, что же... Русские не сдаются, мать вашу! Выдох. Готов!
Первый:
-- Чего так долго?
Второй. Явно местный:
-- Так. Надо было кое-что сделать. Потом расскажу. Пошли.
И они потопали за мной. Понятно. Один француз, второй местный. Чук и Гек. Два друга - Метель, да, Вьюга. Я первый стоял у лифта, вызвал.
Один подошёл ближе к двери, второй за спиной. Конвой или грабители? На районную гопоту явно не похожи. Скорее уж конвой.
Пришёл лифт, распахнулись двери. Я жестом показал "французу" пройти вперёд, не отталкивать же его. Потом вошёл сам. "Голландец" за мной.
"Француз" мне:
-- Мсье, чего вы ждёте? Нажимайте на свой этаж.
Послушно нажал. Ладони предательски вспотели.