Страница 5 из 6
— Почему все дороги приводят меня к сранному морю?
Вопрос скорее в никуда, чем осмысленный и вот уже пальцы умело вскрывают ампулы, вводят в шприц прозрачную жидкость и с легким шипением Нейтан вводит в побледневшую вздувшуюся вену желанную жижу. Наркотик отравляюще растекается по сети вен, артерий, сильно действуя на предельно работающий мозг и медленно расслабляет его.
Прескотт, приятно покачиваясь, не с первой попытке вставил в уши наушники и щурясь, всё же включил любимые песни для таких спокойных в его жизни мест. В голову нарастающее отдавали глубокие тоны самых больших животных морских глубин, а парень, окончательно расслабившись, мутноватыми глазами лениво следил за поднимавшимися волнами. В бессознательном уме возникали образы той же ненавистной ему Макс, а он совершенно наплевал на все прочитанные легенды.
Незаметно прошло несколько часов, прежде чем Нейтан вдруг очнулся от сладкой дремы, подняв голову. В ушах все еще играли затяжные песни китов, которые он про себя называл скорее мольбой, а в горле, про которое он успел позабыть, вновь с силой запершило. Парень только раздраженно выдохнул, поднимаясь на некрепкие ноги и чувствуя вновь нарастающую пустоту внутри.
Действие приятного наркотика подходило к концу.
Еще укол в вену и напряженное ожидание спокойствия не прошло. Нейтан перепутал успокоительную жидкость с эфедроном. Мелькнула поздняя мысль: не вколоть ли вдобавок то, что он хотел изначально? Но он тут же отмел её, явно беспокоясь. Амфетамин уже достиг головного мозга, и теперь в теле парня чувствовался явный подъем сил. Не смотря на то, что ему это совершенно было не нужно, Прескотт только коротко хмыкнул, пряча остальные сокровища для организма в карман.
Раз так получилось, надо ведь таким воспользоваться, да? Он, криво ухмыляясь, завел машину и с шумом выехал на трассу. Руки уверенно сжимали обитый кожей руль, занося авто на поворотах. Пальцы потянулись к переключателю и вскоре оглушительная музыка кислотой въелась под бледную кожу взвинченного парня.
Переключить скорость, дернуть вверх.
Быстрее, жестче.
Нейтан гнал по безлюдным дорогам Аркадии, не заботясь о себе. Наркотик затуманивал инстинкты самосохранения, заставляя выжимать педаль газа до упора. Сердце отбивало сто семьдесят ударов в минуту, но Нейтану казалось, что все триста. Ему серьезно казалось: быстрее скорость и все проблемы улетят позади. Он уверенно вывернул руль, чуть было не вылетев за ограждения и хрипло расхохотался, минуя опасный участок.
Ты точно свихнулся.
Нейтан вернулся в маленький прибрежный город почти на следующем рассвете. Успешно переночевал в кабине машины около соседнего крупного города, вновь уже специально укололся будоражующим кровь эфедроном, разминая затекшие кости.
Он влетел на стоянку, заглушая двигатель. Хлопнул дверцей как можно сильнее, наслаждаясь дребезжанием стекол. В желудке было пусто третий день, отчего он натянулся тетивой, но обманутый мозг глушил рецепторы. Нейтан захлопнул дверь комнаты с завидным упорством и собирался позвонить Чейз, как внезапно знакомо согнулся пополам.
Прескотт беззастенчего много думал о Колфилд, забывая о табу.
Незаметно забыв о своей проблеме, он упустил из виду количество отпущенного ему времени.
Он не знал точно об этом, но из прочитанного накануне догадывался, что того самого времени у него осталось совсем мало. Парень схватился рукой за косяк двери, содрогаясь в приступе очередного кашля, мысленно умоляя небо, чтобы это закончилось. На вновь подставленную ладонь густо брызнули, помимо привычных лепестков, темные капли крови. Парень в ужасе уставился на окровавленную руку, слабо соображая.
Измученные, выпотрошенные легкие горели адским огнем, а не на шутку напуганный Нейтан быстро выбежал из мужского крыла, вытирая рукавом бомбера окровавленные губы. В голове горела теперь единственная, казавшаяся верная мысль, которая невероятным образом воздействовала на мозг.
Добраться до Колфилд
Дверь женского общежития оказалась крепко заперта. Хватило беглого взгляда на наручные часы, чтобы понять: дверь откроют не менее чем через час. Целый час. У него же элементарно нет столько времени.
Теперь руки Нейтана дрожали не от ломки, а от желания вцепится в Макс и не отпускать её хрупкое тело, пока всё это не закончится.
Когда ты перестал её ненавидеть?
Он не знал. Он правда не знал этого, но этот твердый факт был пугающе резким. Резким, как сам парень. Может, так и должно быть? Может, он это заслужил? Нейтан судорожно заозирался, бегая глазами по окнам кирпичного здания.
Бинго.
Окно в комнату главного хипстера было слегка приоткрыто. Дерево, много лет растущее рядом, существенно облегчило парню нелегкую задачу. Сбросив тянущий вниз красный бомбер в сторону, он подтянулся на ветке, закидывая ногу. Несколько телодвижений и Нейтан уже вглядывается в темноту окна. Неуверенно прикоснувшись к раме, он одернул себя и сильным рывком распахнул окно. Из комнаты не раздалось оглушающего крика, что было хорошим знаком.
Теперь Нейтан твердо стоял на ворсовом ковре, никак не ориентируясь без включенного света. Он шагнул, неожиданно почувствовав под ногами что-то липкое и мокрое. Сердце сделало переворот в груди, задев ребра. Парень нащупал на стене выключатель и щелкнул, на секунду зажмуриваясь от хлынущего света. И через секунду с трудом вытолкнул из легких выдох, полный ужаса.
На кровати, слабо вздымая грудь, полулежала шатенка, также щурясь от света и прикрывая ладонью, испачканной в чем-то темном, рот. Заметив наконец стоявшего в ступоре парня, она попыталась улыбнутся, тут же заходясь в надрывном кашле.
— Ты пришел, ха, — она мучительно зажала рот, после отводя руку назад. Ладонь была испачкана в крови. — Я поняла, что ты не хочешь ничего иметь со мной, — она с трудом скользнула взглядом по его напряженному лицу. — Можешь не стараться, я не боюсь умереть.
В груди Нейтана оглушительно громко билось сердце, в легких он действительно чувствовал, как цветы начинают прорывать мягкие ткани. Он подошел чуть ближе, не удержавшись падая на колени. Глаза Макс, так сильно напоминавшие ему сейчас бездонные глаза океана, покраснели и заполнились нежеланными слезами. Прескотт неуверенно протянул руку вперед, застывая на месте.
— Макс…
Его голос разорвал давящую тишину на тысячи осколков, Кофлилд медленно моргнула, стараясь совладать с раздирающей болью в груди. Её щека была перепачкана темной кровью: Нейтан дрожащими пальцами мазнул по ней, стирая потеки и задевая её нос.
В ту секунду, когда он прикоснулся к ней, в его груди стремительно быстро наросла отрезвляющая боль, он отпрянул от уже некрепко сидевшей Колфилд, задыхаясь.
Это конец, правда, Нейтан?
Единственное, что он успел увидеть угасающем сознанием, это такие большие, испуганные и красивые глаза Макс. Нейтан вдруг понял, что совершенно точно не хочет видеть их в последний раз.
Он не понимал, сколько времени находился в этой всепоглощающей темноте. Но когда он распахнул веки, тут же тихо зашипев от яркого солнечного света, то услышал чей-то мелодичный смех. С трудом повернув голову набок, он с удивлением рассмотрел сидящую около себя Макс. Она, прикрыв чистой ладонью рот, смеялась, посматривая на него. Нейтан на миг хотел поддаться порыву нелепой злости, но ту же почувствовал, что на его грудь больше ничего не давит. Легкие были чисты, и только горло немного побаливало. Он помотал головой, вновь поворачивая ее к уже молчавшей Колфилд.
— Привет, - её голос был теперь не хриплым, как тогда, когда он только пришел сюда, а совершенно нормальным. - Всё вышло, представляешь? Смотри, что получилось из нас, - она вновь широко улыбнулась, махнув рукой в сторону, Прескотт скосил глаза, заметив на подоконнике, освещенном солнцем резную цветочную вазу: в ней буйно разрастившись тянулись вверх колючая роза и нежные ромашки, так ужасно нелепо сплетаясь вместе.
Нейтан перевел осмысленный взгляд на веселящуюся девушку, несколько секунд еще внимательно смотрел на неё, а после за мгновением встал, делая стремительные шаги к Колфилд. Она замерла на полувыдохе, не зная чего ожидать от только что очнувшегося парня. Прескотт, сильно закусив губу, вытянул руки вперед, не на что серьезно не надеясь взамен от шатенки.