Страница 3 из 18
Причем в отличие от социальной работы, где клиент имеет различные ролевые позиции, ранняя технология помощи, базируясь на христианских идеологемах, поддержку оказывала в основном бедным, что и определяло как их ролевые позиции, так и позиции помощников, которые строились на основе директивных взаимодействий.
Принципы «индивидуальной работы» со случаем М. Ричмонд формировались на патерналистских христианских основаниях, где существует безусловная главенствующая роль отца как гаранта обеспеченности и социальной стабильности семьи. В связи с этим характерен первый принцип, которым должны руководствоваться «дружеские визитеры» при работе с клиентом.
«Первый принцип облегчения заключается в том, что помощь должна быть предоставлена индивидуально и конфиденциально в доме и что глава семьи должен нести ответственность по всем вопросам облегчения».
Здесь закладывается и технология работы с клиентом, которая найдет отражение в последующие годы, в отличие от других помогающих профессий, когда клиент приходит к профессионалу, социальный работник, как и «дружеский визитер», как и священник, непосредственно приходит к нуждающемуся прихожанину. Этот принцип иллюстрирует еще более древние благотворительные принципы помощи, принятые в западной цивилизации, когда помощь оказывалась в учреждениях (закрытая модель помощи) и когда поддержка осуществлялась непосредственно на дому (открытая модель помощи).
Второй принцип связан с источниками помощи. В связи с этим тот принцип, который будет доминирующим в медицинской модели индивидуальной работы, «среда – личность», здесь существует в следующей интерпретации: «Второй принцип облегчения раскрывается в том, что мы должны искать самые естественные и наименее официальные источники помощи, имея в виду родственные связи, дружбу и добрые отношения с соседями, но при этом мы должны избегать расширения источников помощи».
Третий принцип работы с нуждающимся «в том, что помощь должна быть реализована исходя из ослабления настоящего страдания, но содействовать… будущему благополучию». С одной стороны, здесь заложен древний медицинский принцип «noli nocere» – не навреди, а с другой – в ранних принципах М. Ричмонд закалывается технологический подход в индивидуальной работе со случаем, связанный с прогнозом развития ситуации, который станет нормативным требованием в медицинской модели социальной работы и частью технологического процесса.
Четвертый принцип связан с объемом помощи бедным: поддержка не должна противодействовать активности и самостоятельности бедного, не должна противодействовать социальной инициативе человека. Помощь должна иметь определенную меру, чтобы, как это было в истории христианской помощи, не формировать иждивенческие установки у бедного человека. «Четвертый принцип облегчения состоит в том, что лучше давать немного, чем очень много, помощь должна быть адекватной».
Пятый принцип работы с бедными основывался на том, как писала М. Ричмонд, что «мы должны помочь бедным понять правильные отношения вещей, что наши причины предоставления облегчения требуют с их стороны сердечного сотрудничества и усилий, способствующих улучшению». Здесь эмпирическим путем М. Ричмонд выходит на принципы рабочего альянса между терапевтом и пациентом, который будет сформирован позднее в практической психотерапии. С другой стороны, эмпирическим путем добровольные помощники приходят к пониманию, что пассивная позиция нуждающегося не способствует решению его проблем.
Шестой принцип работы с беднейшими слоями населения исходил из «теории потребностей»: «мы должны найти такую форму помощи, которая будет наилучшим образом соответствовать конкретной потребности». Реальные социальные потребности человека постепенно расширяют доктрины христианского милосердия, они уже не укладываются в концепты «милостей духовных и телесных», что дает импульс для развития новых моделей помощи.
Рис. 1.1. Принципы индивидуальной работы со случаем
Интерес представляет описание технологии помощи бедным. Эмпирическая практика «дружеских визитов» ставила перед помощниками задачи адресной поддержки социально уязвимым группам населения, которую обозначил еще Х.Л. Вивес.
Однако адресная помощь требовала исследования потребностей человека или семьи, поэтому М. Ричмонд предлагает использовать диагностическую методику, помогающую сформировать целостное представление о потребностях семьи или отдельного человека. Методика исследования, предложенная ей, основана на описании ряда аспектов жизнедеятельности нуждающегося, в ней М. Ричмонд выделяет несколько уровней «историй бедного», что позволяет с различных сторон описать его ситуацию.
М. Ричмонд анализирует ситуацию бедного человека через его «социальную историю», «физическую историю», «рабочую историю», «финансовую историю», именно эти «истории» позволяли воссоздавать объективную картину бедности. В дальнейшем методика «истории клиента» станет основой как диагноза, так и оценки ведущих методик исследования ситуации клиента в целостном технологическом процессе социальной работы.
«Социальная история» предполагала сбор следующих данных о бедном: возраст, место рождения, семейное положение (брак), место жительство (количество помещений, занимаемых семьей), образование; имена, адреса и состояние родственников и друзей, принадлежность к Церкви, информация о предыдущих организациях, оказывающих помощь.
«Физическая история»: описание здоровья каждого члена семьи, вредные привычки, контакты лечащего врача.
«Производственная история»: род деятельности, адреса бывших и сегодняшних работодателей, трудоспособность работника, как долго находится без работы, в какое время года занят человек, как долго.
«Финансовая история»: наличие долгов, в том числе и наличие страховки, членство в профсоюзах, сбережения, доход, средства к существованию кроме заработанной платы, пенсии, источники и объем помощи от благотворительных обществ.
Помимо получения непосредственной информации от нуждающегося, эмпирическим путем «дружеские визитеры» приходят к пониманию того, что предоставленная информация должна быть проверена. Так, в теории социальной работы зарождаются методы триангуляции, верифицирующие полученные данные, которые в дальнейшем будут использоваться в качестве обязательного компонента исследования проблемы клиента.
Рис. 1.2. Описание ситуации бедного человека
М. Ричмонд предлагает уточнять полученную информацию у друзей, родственников, учителей воскресных школ, пастора, лечащего доктора, работодателей и «других милосердно заинтересованных лиц». Можно отметить, что в данных подходах начинают формироваться диагностические подходы к пониманию проблем клиента.
И еще одно замечание по поводу влияния теологических концептов на формирование теоретической парадигмы социальной работы. Парадоксальность заключается в том, что исследования проблемы клиента осуществлялись в дискурсах экономики и свободного рынка, но объяснения его поступков и мотивов – в логике теологических дискурсов. Человек в донаучных концептах представлял собой образ не «жертвы рыночных отношений», а создания, сотворенного по образу и подобию Божьему. Возможно, и этот факт явился основополагающим, когда с изменением филантропической парадигмы помощи на профессиональную доминатами понимания духовного начала человека становятся психологические дискурсы, а не экономические и политические, которые так и останутся в теории социальной работы только контекстом проблемы клиента.
Современные теологические дискурсы в профессиональной социальной работе
Секуляризация теологических идей в западной теории социальной работы наблюдается до конца Второй мировой войны. Однако со второй половины ХХ в. теологические дискурсы в теории социальной работы с начала в западной цивилизации, а затем и в восточной приобретают свои новые контуры. Расширение теории социальной работы за счет духовно-ориентированных и теологических дискурсов было связано прежде всего с тем фактом, что конфессиональная социальная работа становится самостоятельным направлением помогающей практики в социальных государствах.