Страница 18 из 57
И вот появилось Рождество. Оно конечно и раньше было. Но в советские годы его отмечать было не принято. А если кто и делал это, то так, чтобы никто и не заметил. Лишь старики, помнившие еще царские времена, пытались поддержать традицию. А теперь об этом великом христианском празднике даже по телевизору вовсю заговорили. Православное Рождество отмечалось 7 января, уже после Нового года, в то время как остальной христианский мир праздновал этот день 25 декабря. Такое хитросплетение дат случилось из-за смены календаря после революции, когда страна перешла на так называемый новый стиль, а попросту приняла календарь, по которому жили другие цивилизованные страны. Но православная церковь осталась верна старому календарю. Вот и получилось, что у нас череда новогодних праздников начинается с католического Рождества, плавно переходя в Новый год, затем – наше православное Рождество, ну и в заключение – самый загадочный в мире праздник – Старый Новый год.
Вместе с Рождеством вспомнили и о древних обычаях: святках и гаданиях. Только перемешали их, с чем только смогли. К традиционным русским гаданиям приплели и спиритизм, имевший особую популярность в Англии, где христианские религиозные течения смешались с местными суевериями. Но для людей, живших долгие годы в эпоху атеизма, все это казалось каким-то чудом из чудес. Новомодным, если хотите. Будоражило умы. Особенно еще не окрепшие.
Идею провести спиритический сеанс высказала Арина, когда ребята очередной раз собрались в опустевшей на время каникул школе. Алёна корпела над заголовком стенгазеты, разукрашивая гуашью крупные буквы, из которых слагалось слово «Койво». Пацаны сидели рядом, разложив на столе фотографии с КВНа, выбирая из них – какие разместить в газете.
Илья с удивлением посмотрел на Арину.
- И где же мы будем духов вызывать?
- Можно у меня дома. В прошлом году мы с подружками ночью собирались, мама с папой разрешили. И в эту ночь тоже разрешат.
- Что, прямо ночью? – не верил Илья.
- Ну а когда же? Не днем же вызывать духов? – Арина даже обозлилась на непонятливого одноклассника.
Идею подхватили все собравшиеся. Только Владимир морщил нос. Ему единственному не нравилась эта затея. Он глубоко сомневался, что какой-то дух может водить по столу блюдце, которое держат несколько человек. Но видя, как загорелись ребята, не стал им отказывать, и пообещал тоже прийти.
У Арины собрались часам к одиннадцати вечера. Ее родители почему-то не стали возражать против такого ночного сборища. Они удалились в свою комнату, предоставив гостям зал.
Владимир пришел последним. На большом столе, выдвинутом в центр зала, во всю площадь постелен белый лист ватмана. На нем молодой человек увидел неровно нарисованную окружность, вдоль которой – все тридцать три буквы алфавита и десять цифр разного размера, написаны черным фломастером явно второпях. Внутри круга выведены слова «Да» и «Нет». По центру лежит перевернутое кверху дном белое фарфоровое блюдце.
Когда часы, висевшие на стене зала, показали двенадцать, ребята и их Командор уселись вокруг стола. Для создания таинственной атмосферы зажгли пару свечей и выключили свет. Арина открыла форточку, чтобы духи могли свободно залетать в дом (как будто стены и окна для них – преграда).
Все прикоснулись кончиками пальцев к блюдцу.
- Кого вызывать будем?
- Обычно вызывают дух кого-нибудь из великих.
- Может писателя?
- Давайте Пушкина.
- Нет. Пушкина, наверное, все вызывают. Давайте лучше Достоевского.
- Достоевский мрачноват.
- Тогда, может, Толстого?
- Какого из них?
- Льва конечно. Он любил длинно писать. Значит, и поговорить любил.
Роль медиума взяла на себя Арина. Она закатила глаза, уставившись в потолок, и произнесла нарочито низким голосом:
- Лев Николаевич, придите к нам.
Наступила тишина. Только слышалось сопение ребят. Все замерли в ожидании.
Блюдце двинулось.
- Лев Николаевич, вы здесь? – спросила Арина.
Блюдце медленно поползло в сторону слова «Да».
Зазвучал одобрительный невнятный гул.
- Здравствуйте, - проговорила Арина, вновь обращаясь к потолку.
Блюдце поползло в сторону буквы «П», на мгновение там замерло. Чуть сдвинулось к «Р» и резко потянулось к «И». Дальше оно посетило «В», «Е» и «Т».
- Привет, - озвучил получившееся слово Илья.
Дети оживились и зашептали: «Он здесь. Поздоровался с нами».
Дальше пошли задавать вопросы, кто во что горазд. И про школу, и про любовь, и про дружбу. Ребят интересовало, что их ждет в будущем. А еще они спрашивали писателя о его отношении к другим видным людям. Блюдце, водимое руками ребят, исправно показывало ответы. Некоторые вызывали даже всеобщий смех. И чем дальше, тем веселее становилось собравшимся. Словно дух Льва Толстого превратился в закадычного друга.
Но тут Олег воскликнул:
- Все это ерунда! Мы сами водим блюдце, и поэтому оно показывает то, что мы хотим услышать.
Ребята неодобрительно воззрились в его сторону. Так было весело, а он все испортил.
- Не хочешь, не верь, - высказался Илья.