Страница 16 из 57
В новогоднюю ночь он улегся на диван перед телевизором и довольствовался «Голубым огоньком». Ведущий говорил о том, что в студии собрались представители всех национальностей, проживавших еще совсем недавно на территории единой большой страны. Как будто подслащивал пилюлю. Дескать, ничего особенного не произошло, братские народы по-прежнему приезжают в столицу (правда, для них уже бывшую) и сидят все вместе за столиками бок о бок друг с другом. Но шутки выходили какие-то грустные. Вот и новую аббревиатуру Содружества юмористы обсмеяли.
Столы выглядели скромно. К бутылкам с традиционным шампанским как-то совсем сиротливо присоседились плоские тарелки со скромными горками мандаринов. Рядом с ними еще что-то зеленело: то ли виноград, то ли яблоки. На экране старенького телевизора не очень-то разберешь. Не видно, чтобы кто-то притрагивался к этим фруктам. Может они и не настоящие вовсе? Так, бутафория для интерьера.
Песни звучат совсем постно. Ни весело, ни грустно. А так, словно исполнители петь совсем не желают, но надо отработать. Где-то на заднем плане постоянно показывают искусственную елку, ничем не украшенную, с тощими ветками.
Не чувствуется праздника. Ну, совсем не чувствуется! Может во всем виноват проклятый грипп? Из-за воспалённой носоглотки звуки, издаваемые телевизором, воспринимаются совсем не так. Да и настроение никакое.
Не досмотрев «Огонек» до конца, Владимир переключил телевизор в режим монитора. Достал свой «Спектрум». С самого начала болезни он не притрагивался к компьютеру. Надо вернуться к последнему сохранению и продолжить игру. Может в этот раз повезет, и он благополучно пролетит рядом с негостеприимной планетой?
Засев за игру, молодой человек скоротал остаток ночи. Оторвался только тогда, когда глаза уже не могли смотреть на экран, и норовили закрыться от накатившейся рези. Владимир вернул телевизор в обычный режим. На экране все еще шел «Огонек». Под убаюкивающие песни юноша прямо в одежде завалился на неразложенный диван и тут же заснул.
Проснулся Владимир от яркого солнца, заглядывающего в окно, залившего всю комнату золотистыми лучами. Не выключенный с ночи торшер, казался бледным и совсем уже не нужным в этом море света. Телевизор шипел, показывая на экране серое мельтешение.
Зазвонил телефон. Сняв трубку, Владимир услышал голос отца. Поздравили друг друга с Новым годом.
Захотелось есть. Владимир прошел на кухню. Из-за болезни он ничего специально не готовил к праздничному столу. Да собственно стола никакого не устраивал. В холодильнике стояла миска с салатом, принесенным отцом накануне. В морозилке лежало несколько куриных окорочков, названными кем-то «ножками Буша». Этим названием они обязаны американскому президенту, при котором хлынула в нашу страну так называемая «гуманитарная» помощь в виде толстых замороженных окорочков. Купить их было гораздо проще, чем нашу доморощенную курицу, которая почему-то, если ее все-таки купишь, обязательно оказывалась такой худющей и жесткой, словно ее специально не кормили и подолгу гоняли по двору, прежде чем отправить на бойню.
Юноша, даже не размораживая, выложил окорочка на широкую уже разогретую сковороду, предварительно посыпав солью и приправами. Подлил воды из чайника. Накрыл сковороду крышкой.
Пока ножки шипели в закрытой сковороде, Владимир умылся и привел себя в порядок. Завтракать уселся в гордом одиночестве. Куриное мясо получилось сочным и мягким как бисквит. «Чем их интересно пичкают там?» - подумал молодой человек. Он с удовольствием уплетал «ножки Буша», заедая салатом, очень похожим на «Оливье».
Ему вдруг вспомнился тот случай с Олегом. Как же все-таки у мальчишки вышло отбросить тех двух парней? Что за сила таилась в подростке? Неужели такое вообще возможно: какой-то совсем нематериальной мыслью сдвинуть, да не просто сдвинуть, а буквально откинуть на сотню метров, два вполне материальных тела? Владимир слышал ранее про явление, называемое «телекинезом». Но абсолютно не верил в эту чушь. Тех, кто рассказывал про свои способности передвигать предметы с помощью мыслей, он считал шарлатанами. Люди просто дурачат остальных, выдавая свои хитрые фокусы за чудо. Но тут! Объяснить как-то по-другому то, что произошло в тот вечер, молодой человек никак не мог.
Но после того случая Олег больше нигде не проявлял этой необычной способности. Владимир даже начал сомневаться в том, что это именно Олег сделал. Может совпадение с каким-то еще явлением, оставшимся не замеченным? А мальчишка подумал, что от его крика «Нет» все и произошло. И своего провожатого убедил в этом.
Раздался звонок в дверь. Владимир от неожиданности чуть не поперхнулся куском курицы. Подскочил с табуретки, поспешил скорее в прихожую, на ходу вытирая жирные руки о подол футболки.
Пришли ребята из клуба. Квартира тут же наполнилась веселым детским шумом. Владимир вернулся на кухню, принялся торопливо убирать со стола остатки своего завтрака. На плиту поставил до краев наполненный чайник.
Из прихожей заглянули Милана с Алёной. У Алёны в руках торжественно белела картонная коробка, в каких обычно продавались торты.
- Володь, куда поставить?
- Несите в зал, на журнальный стол. Я сейчас.
Пока чайник нагревался на плите, Владимир поспешил в зал. Ребята уже заполнили комнату: кто расселся на диване, кто – оккупировал кресла. Николай колдовал около телевизора, щелкая каналами. По одному шел известный фильм про перепутывание квартир в новогоднюю ночь, по другому – детская сказка про Снегурочку, по третьему – какие-то мультики. Больше каналов не было.