Страница 67 из 91
Вира слушала. Успокаивала. А на следующий день всё повторялось. Больше она ничего не делала. Не подсказывала, не утверждала, не поучала — молча слушала. Оказалось, это было именно то, что нужно, потому как эти разговоры — единственное, что удерживало девушку на грани здравого рассудка.
Злость на Руанна крепла. Нежное ранимое чувство покрывалось коркой. Лин училась ненавидеть.
Время медленно утекало, шли недели. Дом Руанна превращался в сон. Всего месяц прошёл, а её предыдущая жизнь теперь казалась некой сказкой. Существовала ли их общая комната, в которой они засыпали и просыпались вместе? Был ли приём?
Время утекало…
Глава восьмая
Ярмак
Ярмак отодвинул портьеру и посмотрел в окно. Садилось раскрасневшееся пузатое солнце. Мужчина прищурился. Он отвык от света. Особенно это ощущалось в последнее время, когда почти все наземные комнаты его станции отошли узурпаторам.
Он думал…
Чужих людей ему было не жаль. Совершенно. Он волновался лишь о своей станции, о детях, рождённых во времена его руководства. Вот об этих стоит позаботиться, за них он отвечает. На чужих сил не хватит.
Ярмак обернулся. С некоторым удивлением посмотрел на двух мужчин, сидящих за столом. Удивление было наигранное, но им об этом знать не нужно.
— Как?! Вы ещё здесь?
— Но, — отозвался один из них растерянно, — вы ведь не велели…
— Уйдите, — бросил равнодушно, отворачиваясь к окну. — Ах да, обратитесь к Славию. Пусть он пригласит, — мужчина презрительно скривился, — Вирославу ко мне.
Взвизгнула тяжёлая дверь. Ярмак остался один. Он оскалился, как гиена перед боем, обнажая острые белые зубы. Татуировка ящеррки стала выглядеть ещё более устрашающе.
Плевать ему на указание высших. Плевать! Девчонка мирно сидит на своей территории, не производя никаких полезных действий, и терпение его медленно сходит на нет. Содержанка ящерра может предоставить кучу полезной информации, а вместо этого Вирослава стережёт её как собака, не подпуская никого, по её скромному мнению, лишнего. И, ясное дело, первый в этом списке — он, Ярмак.
Информация ему нужна. Позарез.
Ярмак задёрнул портьеру, собственноручно, не задействуя встроенные контроллеры. Комната погрузилась в полумрак.
Сегодня у него будет шанс.
Мужчина плотоядно улыбнулся. Если эта тварь не захочет говорить добровольно — он её заставит. Ему нужна информация о судье Руанне.
***
Вира согласилась на встречу. Вежливо постучала в дверь и дождалась, пока он гаркнет: «Входите».
— Ты хотел меня видеть, Ярмак?
Полумрак изменил её облик, превращая её из взрослой женщины в девчонку, влезшую в одежду не по размеру. Какая ирония: многие из его проблем сконцентрированы в этом небольшом, с виду хрупком теле. Ему ли не знать, кто она на самом деле.
— Да, Вира, хотел. Садись.
Женщина опустилась в кресло. Ярмак выждал для виду несколько минут и приступил к волнующему его вопросу.
— Мне нужно поговорить с Венилакриме.
— Нет!
Ответ был резким. Видимо, есть в этом мире нечто, способное вывести из равновесия бесстрастную Виру.
Но и мужчина был не лыком шит. Ему не так часто говорили «нет», неспособность это принять заставила искать другие пути.
— Твоя воспитанница может ответить на многие вопросы. Она знает его дом, систему защиты. Пароли, в конце концов!
— Пароли он поменял. А даже если бы этого и не произошло, мы не сможем ворваться в самый защищённый дом Гнезда… Лин не готова к допросам, сдаст тебя и меня при одном только виде ножа.
Ярмак хотел возмутиться, но не успел.
— Мы оба знаем: ты не умеешь скрывать своих эмоций. И ты жесток, я её к тебе на пушечный выстрел не подпущу.
— Не читай мне мораль, Вирослава, — грубо оборвал мужчина, сжимая кулаки. — Мне просто нужно с ней поговорить.
Вира задумчиво склонила голову.
— Ты ведь понимаешь, что Ирас это не вернёт.
Упоминание умершей жены разозлило Ярмака ещё больше.
— Ну а ты, Вира… Каково осознавать, что твоя маленькая девочка лежала под ставленником? Что спала с ящерром, который с большого экрана читал приговор городу Мыслите?
Он бил наобум. Откуда ему знать, как относится Вира к девчонке. Её беспокойство о здоровье Венилакриме могло быть частью игры.
Но Ярмак угадал. Волновалась. Переживала. Любила. И вот теперь в глазах этой женщины горел настоящий огонь.
Уж эта — ударит, эта отомстит.
— С Лин ты говорить не будешь, — сказала Вира ровным голосом, вставая. — Никогда. Приблизишься — сделаю так, чтобы тебя не стало.
Прямая спина, равнодушный взгляд. Она ушла по-королевски, не прощаясь. А лицо Ярмака засветилось сладкой решимостью. Той, которая поддержит его в ближайшие два дня.
***
Её комната надёжно охранялась, полный доступ имела только Вирослава. В остальных местах за девушкой следили, и это были не люди Ярмака.
Но и его подчинённые не лыком шиты. Пароли были раздобыты в считаные часы. Вирослава никак не ожидала, что опасность исходит изнутри. Она укрепляла станцию снаружи, допуская мысль, что он, Ярмак, стерпит подобную наглость.
Да, ему приказали потеснить «Станцию 7» ради остатков «Станции 5». Но приказа не заходить на свою территорию — не было.
Он видел девушку несколько раз. Мельком, но неслучайно. Ярмак был вынужден признать — ему интересно. Что в ней такого особенного, раз сам Руанн заинтересовался? Ни особой красоты, ни выдержки, ни достоинства. Аморфная, сухая, до жути равнодушная. И взгляд пустой, как у побитой, ко всему привыкшей собаки. Это его раздражало больше всего — уж ей ничего плохого в жизни видеть не пришлось. Не то что Ирас…
Он с нетерпением ждал их первого разговора. Кровь бурлила.
Ярмак и сам не понимал, почему ему так хочется с ней встретиться лицом к лицу.
***
Станция уснула. Подобно красным точкам на карте, «мигали» в голове Ярмарка важные люди: заместители, племянница Тереза, осторожная Вира… Венилакриме. К последней он как раз приближался.
Мужчина застыл перед дверью. Его охрана заблокировала вход на этаж. Да и не этаж это вовсе — так, красивое название маленького коридора, сворачивающего к одной-единственной комнате.
Вспыхивали воспоминания. Он столько раз ходил здесь, и неизменно в конце, в той комнате, его ждали, жарко и радушно. И были ночи, и были разговоры, и прикосновения тоже были.
Ярмак усмехнулся. Сентиментальность, мой друг…
***
…Ей снился Руанн. Он сидел в кресле у огня, там, где они так любили отдыхать вместе. Обоим было очень и очень хорошо. Когда-то…
Лин казалось, она парит. Девушка приближалась к ящерру со спины, видя лишь часть его лица да резную спинку стула. По щеке Руанна плясали мрачные тени.
Она была уже близко, совсем близко. Вдруг Руанн обернулся. Лин застыла, а ящерр смотрел на неё, ничего не говоря. Внезапно на его лице начало проступать беспокойство. Он смотрел на Лин. Нет, не на неё… Он смотрел куда-то позади неё.
Лин стало страшно, она попыталась обернуться, но не смогла. Шея будто одеревенела. И тогда Руанн крикнул на ящеррином:
— Лин, берегись!
…Девушка вынырнула из сна. Сердце бешено колотилось, как после кошмара. Она хотела закричать — от страха, боли, потрясения, но не смогла — её рот был зажат, а тело припечатано к кровати.
На секунду Лин показалось, что это Руанн, что он её выследил и сейчас последует наказание. Но нет, ощущения не те, да и не стал бы судья вести себя столь банально. Он бы появился громко, неся разрушение и много шума.
Лин лежала на кровати, а сверху её придавил некто или нечто, и он был очень силён, потому что Венилакриме, опытный тренированный воин, не могла даже пошевелиться.
Лин зарычала и попыталась брыкнуться.
— Не кричи, — последовал совет, в ответ на который Лин ещё сильнее напряглась.
Напавший выждал несколько секунд, а затем повторил, осторожно подбирая слова: