Страница 49 из 67
Для Бугра это было самой сложной проблемой. Рисковать своим капиталом он не хотел и не верил в силу правоохранительных органов, в их способность защитить его груз от разграбления. Он знал множество случаев, когда потерпевшим на дороге от ограбления рэкетирами помощь милиции выражалась лишь в сочувствии или в соболезновании, если кто-то был убит. Поэтому приходилось надеяться и опираться только на собственные силы.
В одно декабрьское утро Бугор пригласил к себе в «Ультимо» Бунтыла, с которым решил обсудить возникшую проблему. С Серым на эту тему он советоваться не мог, потому что не допускал того к участию в этом виде бизнеса.
— Николай Иванович дает мне двадцатитонный трейлер для поездки за покупками в Москву, но какую с ним отправить охрану, ума не приложу, — высказался Бугор.
— Пары тачек с парнями, я думаю, вполне хватит, — предложил Бунтыл.
— Я тоже думал о таком варианте, но он мне не понравился.
— Почему?
— Таким солидным сопровождением мы всю дорожную шоблу поставим на ноги, привлечем внимание к себе. Чтобы узнать, что мы везем, и заграбастать это, она разобьется, но удовлетворит свое любопытство, и никакая охрана нас не спасет.
— Что же ты предлагаешь?
— Послать с водителем двух смертников, вооружить до зубов, и пускай они, не привлекая к себе внимания, отправляются в путь.
— А если тихой командировки не получится, тогда как?
— Пускай прорываются домой с боем.
— А если и с боем ничего не выйдет?
— Тогда не знаю! — сердито ответил Бугор. — Задавать вопросы и дурак умеет, а вот отвечать на них и умному иногда тяжело. Я пригласил тебя на беседу, надеясь, что ты мне кое-что подскажешь…
— Я тебе помочь и подсказать не отказываюсь, — улыбнулся Бунтыл.
— Если есть, что говорить, то не тяни, — подогнал его Бугор.
— Я вот что думаю. Нам терять свой товар никак нельзя…
— Конечно.
— Поэтому, если кто-то его захватит в дороге, мы должны знать, чья это работа, куда он его запрячет, чтобы потом предъявить на него свои права. Найдем авторитетов, которые нас рассудят и заставят лихачей доставить наш товар по назначению. Если прибыли не получим, то хотя бы убытка не понесем. Для этого предлагаю пустить по следу нашего трейлера тачку с парнями, которые не будут ввязываться ни в какие драки и разборки. Их обязанность — не потерять наш товар из вида и проследить весь его путь.
— Наверное, так и поступим, — подумав, согласился Бугор. — Через банк бабки за товар перегонять не будем. Черт знает, сколько времени займет этот перевод. Теперь каждый коммерческий банк, прежде чем отправить деньги по назначению, старается прокрутить их для своего навара. Поэтому бабки придется везти туда наличными. Самолетом их отправлять рискованно, придется везти только в тачке. Думаю, что ты с этой миссией справишься.
— Постараюсь.
Глава 56
Вместе с водителем трейлера, тридцатилетним парнем по имени Анатолий, в Москву поехали Кнехт, Шпала и Носатый. Проездные документы на поездку была надлежаще оформлены, автомобиль был в технически исправном состоянии, поэтому когда в Ростовской области у пункта ГАИ их трейлер остановил молоденький госавтоинспектор в звании лейтенанта, Анатолий предстоящей проверки не испугался, но все равно сделал кислую мину и предупредил своих пассажиров:
— Из машины не выходите и в мой разговор с лейтенантом не встревайте.
— Чего он вздумал тебя останавливать? — полюбопытствовал Шпала.
— Не иначе как хочет подоить, — ответил Анатолий.
Выйдя из машины, Анатолий подошел к лейтенанту с пушистыми усиками, которых, по-видимому, еще ни разу не касалась бритва. Представившись, лейтенант буднично потребовал:
— Ваши права и проездные документы.
К предъявленным ему Анатолием документам у лейтенанта никаких претензий не возникло, но вместе с тем он счел возможным начать с ним следующую беседу:
— Знаешь, почему я тебя остановил?
— Скажешь.
— Мне жить надо, а зарплата сейчас знаешь какая, не очень-то пошикуешь. Раньше у нас пропуском был червонец. На него можно было купить два килограмма сливочного масла. Кидай мне на пару килограммов масла, и в добрый путь.
— Ас чего я тебе буду кидать? Я всего лишь возчик и на масло тебе у меня нет денег.
— Тебе на солярку дали наличные деньги, поделись из них.
— Чтобы потом солярку я покупал на свои деньги? А я ведь, между прочим, как и ты, живу на зарплату.
— Как же нам тогда быть? — сокрушенно спросил лейтенант.
— Тебе надо в ночную смену работать. Чего пистолету зря пылиться в кобуре без дела? Пару дальнобойщиков завалишь, бабки, что у них есть на топливо, возьмешь — и давись тогда сливочным маслом до усрачки. Жаль, что я наш разговор с тобой не записал на магнитофон, иначе тебе масло пришлось бы хавать в другом месте. Но запомни, что есть водилы умнее меня.
— Кончай трепаться и мотай отсюда, пока машину не поставил на прикол, — сердито процедил лейтенант, несколько растерявшись от наглого нравоучения водителя, понимая, что днем, на глазах его пассажиров, ему не удастся совершить произвола.
Когда Анатолий отъехал от ГАИ, он рассказал своим пассажирам, зачем его останавливал лейтенант и какой с ними состоялся разговор. Эту тему они обсуждали минут двадцать. Закрывая ее, Анатолий сказал:
— С ментами еще можно беседовать и вот так, как сейчас, расставаться — каждый при своих интересах. Но для нас, дальнобойщиков, самый опасный и неприятный зверь — это дорожные пираты. Даже за то. что спишь на государственной стоянке в своей машине, — плати, и с перевозимого груза забирают десять процентов его стоимости…
— Ни хрена себе, вот житуха у мужиков! Если хорошую трассу перекрыть, то можно сотнями лимонов навариться, — с завистью заметил Шпала.
— Тебе с ними приходилось встречаться? — поинтересовался у водителя Кнехт.
— Десятки раз, — лихо выполняя поворот на трассе и объезжая стоящий на проезжей части трактор, сообщил Анатолий.
— Расскажи!
— Обычно рэкетиры ловят нашего брата на стоянках. Там мы, как бараны в загоне, вынуждены принимать и выполнять их требования.
— А если шофер попадется с характером или у него нет денег и он не может от этих шустряков откупиться, тогда как стороны расходятся? — продолжал пытать водителя Кнехт.
— Парни шофера не бьют и не убивают, а режут или простреливают ему в машине все скаты.
— Так это же варварство! Как потом этому бедолаге добираться до дома? — возмутился Кнехт.
Горько улыбнувшись, Анатолий продолжил:
— Скажу больше: эти скоты не разрешают другим шоферам оказывать помощь наказанному ими водителю. Если кто их запрет нарушит, того неминуемо ждет участь наказанного. Знаешь, как бывает обидно за нашего брата шофера? А ничего не попишешь. Живем по закону джунглей.
— И вы так смиренно терпите такой произвол?
— А тебе приходилось монтировать скаты на грузовом автомобиле? — вопросом на вопрос ответил Анатолий.
— На грузовом нет, а на своих «жигулях» практиковался.
— Ну и как, понравилась работенка?
— Тяжелая и неприятная процедура, а если еще дождик идет, так вообще дрянь.
— У нас на тягачах скаты не чета «жигулевским», а их количество аж до восемнадцати доходит. Вот когда ты со всеми ими наишачишься, то дорожный пират станет для тебя врагом номер один, и уже, отправляясь в командировку, ты с голыми руками не поедешь. Каждый берет, что может. Тот обрез, тот гранату, тот «дуру». И когда нас начинают останавливать крутые ребята, мы этим любителям легкой наживы дарим гостинцы. Сверху вниз ими так удобно делиться. Можно даже не оглядываться по сторонам, свидетелей такой разборки никогда не будет.
— Почему? — удивился Шпала, с интересом слушавший беседу водителя с Кнехтом.
— Тот, кто рэкетирует нас, уже позаботился, чтобы его «работа» проходила втихую и без свидетелей.
Сидя в кабине трейлера и посматривая в боковое окно вниз, на обогнавший их легковой автомобиль, Кнехт поинтересовался у Шпалы: