Страница 11 из 13
-Эта, кажись, от головы, - пробормотал он и сунул в рот то, что держал в руке. Остальное доктор Кессар вернул хозяину. Тот еще раз приподнял шляпу и скрылся в коридоре. Посуды, чтоб запить, у них не было, как не было и воды. Доктор Кессар сходил в крошечную каморку санузла и принес сырой воды из-под крана в двух горстях. Ассистент, придерживая свободной рукой волосы (локтем второй он опирался о подушку) жадно напился. Потом они закурили. Вик принюхивался, ожидая удушливого никотинового запаха, но тот все не торопился наполнять комнату. А потом он обнаружил перед собой протянутый портсигар. Тогда он еще удивился совпадению – эти предметы, и высокая шляпа, и портсигар, как он помнил, совсем вышли из моды. Сигареты хранили просто в картонных коробках, в каких их и покупали. А портсигар и выглядел старинным, видавшим виды и знававшим лучшие времена. Вик думал было пояснить, что он не курит, даже не знает как, но мысли были неповоротливы и медлительны. К тому моменту, как он додумал самую первую, над кончиком его сигареты доктор Кессар уже щелкнул пальцами, и к двум тлеющим в сумраке огонькам присоединился еще один.
… Перед выходом из номера они сходили по очереди в душ (Вик первым), а потом ассистент отдал Кессару вместо загубленной рубашки свой черный гольф, сам оставшись в старой полинявшей футболке с какой-то непонятной надписью. Буквы Вику были известны, а вот слово – нет, и он постеснялся спрашивать. Из душа стрелок вернулся посвежевший и выбритый и в считанные секунды вернул себе обличье доктора Г.Ю. Кессара, хотя гольф был ему несколько не по размеру. Молча, они спустились вниз, отдали ключи особе за стойкой (другой, не той, что вчера) и оставили «Лос-Анджелес» за спиной. Вик не удержался, обернулся на него через плечо. Теперь, когда он не был таинственным и зловещим силуэтом в ночи, от прежнего мистического флера ничего не осталось. Запустение и убожество – вот как охарактеризовал бы Вик этот вид. Скособоченный кирпичный домишко с черной пожарной лестницей и потеками от дождя на стенах. Вывеска поутру потухла и казалась росписью грязью поперек стены.
-Повезло с этими таблетками – буркнул ассистент, ожидая пока его товарищ снимет белую «ланчию» с сигнализации – Прямо очень кстати пришлось
-А я думал это ваш знакомый по вашей просьбе принес, – вырвалось поневоле у Вика при этих словах. Ассистент полез в карман, достал новую палочку сунул ее в зубы. Вик подумал, что, кажется, ни разу еще не видел его без какой-нибудь штуковины во рту: без этой вот палочки или странной сигареты… И внезапно его осенило. То ли голова с утра соображала лучше, то ли память зашевелилась: он сообразил, что палочка пронзительно пахнет корицей. Но запах у нее не такой, как у маминых булочек, вот он и не сразу сориентировался.
-Этот наш… знакомый всегда появляется там, где не ждешь, – хмыкнул Кессар. – Садитесь, не маячьте…
-Я теперь что буду, как вы?.. – поинтересовался Вик, когда они погрузились в машину. Ассистент, уже успевший сунуть в рот очередную палочку своей пахучей дряни, обернулся на голос.
-Что значит: «как мы»? - поднял он брови. – Видящим ты был и прежде.
-Я после школы думал поступать в политехнический, - пояснил Вик. – Но теперь мне ведь нельзя? Мне надо тоже…
Ассистент покачал головой.
-Никто никого не неволит. Мы делаем то, что делаем, потому что не можем не делать. Но это выбор каждого.
-Мне кажется, я тоже не смогу… Не делать. Эта тварь бродила вокруг моего дома, моего и моих друзей! Да чего далеко ходить – она немного потопталась по нам, а потом до утра все в себя приходили… Я даже не сообразил, что она такое!
-В лесу есть лешие, - вздохнул Кессар. - В воде - водяные. А в городах… Это вот. Человек осваивает новые пространства – и получает все новые и новые приветы от матери-природы.
-Вы – какая-то организация? Орден, ложа или что-то такое?
-Мы – это я и этот парень? – ассистент невежливо ткнул большим пальцем в сторону водителя. – Или в более широком смысле?
-Во всех.
- Организаций, всяких и на любой вкус, хватает. Хватает и одиночек. Это не мировой заговор. Просто все не очень афишируют свою деятельность. Нас можно сравнить с… э… заводом металлоконструкций. Мало кто о нас задумывается, еще меньше - кто может вычленить нашу работу, местонахождение у нас смутное, а что творится за забором неведомо, да и не очень интересно. В газетах о нас если и пишут, то обычно эти заметки все пропускают, ибо скучно, а кто на заводе работает сам, тот знает и без заметки.
-А вы двое?
-Мы нигде не состоим, - отрезал внезапно резко доктор Кессар. Подумал и добавил – Теперь.
-Это было: «Расспроси же меня, юный падаван, дабы я мог поведать тебе о своих подвигах», – перевел его ассистент. Вернее, как Вик подозревал, вовсе не ассистент, а скорее напарник. Он повернулся к водителю и добавил:
- И смотри, не забудь отдать его матери справку, чтоб не было как в прошлый раз!
-Не забуду. Позвони мелкому, пусть закажет еще, у нас блок на исходе.
-В такую рань? – пренебрежительно оттопырил губу ассистент. – Этот медведюндель спит, свернувшись закукурышем, я тебе гарантирую.
Вик не знал, что такое этот медведюндель, да и закукурыш оставался тайной за семью печатями. Но к непонятностям он уже привык.
-А что написано в моей справке?
-Что-то умное и безопасное, - зевнул доктор Кессар. – Я в человеческих болезнях не очень шарю.
-Он имеет в виду, что учился на ветеринара, - добавил ассистент, видя, что глаза у Вика округлились.
-Вы оставите мне телефон или что-то еще, чтобы мы могли связываться?
-Зачем? – ассистент флегматично грыз свою палочку.
-Если что-то опять…
-Тебя найдут.
-А если я сам захочу?
-Виктор, тебе еще нет полных шестнадцати, - заметил ему желчный ассистент. – Твое видение тебе ничем не мешает и не угрожает. Ты не глушишь людей телепатией, не превращаешься по ночам в хищника и не плавишь своей волей бетон, как некоторые мои знакомые.
-Это было давно.
-Зато правда.
-Ты мне это долго поминать будешь?!
-Да. Иначе ты забудешь и забудешься, - ассистент поджал губы и отвернулся. - Мы бы с радостью и вчера обошлись без тебя, Виктор, но Большая может выйти только к своему биофагному объекту, так что пришлось рискнуть. Мы подстраховались, как могли, конечно…
Вик снова покрутил на пальце сердоликовое кольцо. Никто у него не требовал побрякушку обратно, и он был за это глубоко благодарен.
-Куда теперь? – поинтересовался водитель, поглядывая в зеркало заднего вида – для, надо понимать, профилактики. Ассистент задумчиво пожевал свою остро и пряно пахнущую палочку, почесал нос, раздумывая – было видно, что вопрос ему задан не из легких.
-Давай знаешь что… - протянул он. – Давай предупредим кое-кого?
Это прозвучало, как вопрос, тем не менее, водитель отвечать не стал. А только вывернул руль, сворачивая на боковую улочку. Вик вертел головой, оглядывая незнакомые места. Он даже представить себе не мог, кого собрались предупреждать его новые знакомые, однако спрашивать не торопился. Зачем бы? Все и само всплывет, когда они прибудут на место.
Местом, к слову сказать, оказался не какой-нибудь оккультный магазинчик, как себе Вик успел вообразить, а высотный панельный дом, стены которого вплоть до окон были расписаны из баллончика. Доктор Кессар знал код, и пользоваться домофоном не понадобилось. В молчании они подождали лифта – Вик вертел головой и тут, ожидая встретить подсказки в настенных надписях. За его спиной гряда покореженных временем и вандалами почтовых ящиков ощетинилась цветными корешками бесплатной рекламы. Сквозняк шевелил их, заставлял дребезжать ящики, посвистывал в щелях, давая психиатру повод нырять рукой под пиджак, где, как Вик знал, припрятан странного вида пистолет, хоть и без патронов. Ассистент доктора каждый раз только морщился, как от внезапной зубной боли и крепче сжимал челюсть. Наконец откуда-то из стратосферы, грохоча и взвывая, прибыл лифт и распахнул гостеприимно дверцы. Вик нырнул в него первым, и вжался в самый угол – он всегда переживал, что может причинить кому-то дискомфорт, не имея навыка «правильной лифтовой езды». Лола по этому поводу всегда вздыхала и махала на него пухлой ладошкой – дескать, что с тебя взять-то… Спутники Вика зашли следом, практически в ногу, и встали друг напротив друга в зеркальных позах. Со стороны это напоминало статичную сцену из плохого кино – казалось, что вот-вот они обнимутся или что-то вроде того.