Страница 7 из 81
Неутихающую полемику относительно происхождения термина «Русь» ведут исследователи истории Восточной Европы, начиная с XVIII ст. 1749 г., в день именин царицы Елизаветы, официальный императорский историограф Герхард Фридрих Миллер выступил с докладом «Origines gentis et nominis Russorum» («Происхождение племени и имени российского»). Именно поэтому в 1749 г. вопрос о происхождении Руси сделался для ученых загадкой [68]. Вслед за предыдущим императорским историографом, тоже немцем, Готлибом Зигфридом Байером, академик Миллер выдвинул теорию норманского происхождения русского государства, а самое название «Русь» выводил из шведского языка. Миллер твердил, что название Русь происходит от варяжского племени Русов, которое во главе со своими князьями Рюриком, Синеусом и Трувором пришло в 862 году из Швеции в Восточную Славянщину и дало название «русскому» народу и «положило начало Русскому государству»[69]. Так была официально обнародована норманская теория, которая базируется на предположении, что «русью» финны называли одно из племен шведов, а затем от финнов название перешло к славянам. Норманская теория опирается, главным образом, на начальную летопись «Повесть временных лет». Нестор-Летописец там пишет, что «Русь» — это варяжское племя, приведенное Рюриком на призыв самых славян. Под 862 годом Нестор сообщает: «Ізгнаша (славяне) Варяги за море, и не даша им данные, и почаша сами в себе владеть, и не бі у них правды, и воста род на род; и биша уособиці у них, и воевати сами на сия почаша: ркоша: поїщем сами в себе князя, іже бы володія нами и ряды по ряду. — I доша за море к Варягам, к Руси, аще потому что звахуть те Варяги Русь, яко сие друзії носят название Свее (Шведы), друзії же Урмани (Норвежйце), Англане, инії: Гот, тако и сии ркоша Руси Чудь, Словени, Кривиче и все: земля наша большая и обильна, а наряда у нее ніт; да пойдете княжит и володіть нами. И зібрашася три брать с роды своими и пояша по себе всю Русь и придоша к словенам первіє, и срубиша огород Ладогу и сіде старійший в Ладоге Рюрик, а второй Синеус на Білоозері, а третий Трувор в Ізборьсці. И вот тіх Варяг прозвася Руская Земля»[70].
Так, согласно летописцу Нестору, состоялось призвание заморских варягов. Искать генеалогические корни господствующих династий где-то «за морем» являлось, как известно, средневековой летописной традицией[71]. Пусть там как, но с первых шагов научных исследований сказ Нестора об истоках Русского государства многими российскими историками «принят просто как догма, тем более что научные исследования начали немецкие ученые»[72]. Уместно здесь сказать, что неславянское происхождение названия Русь отнюдь не следует расценивать как принципиальное пренебрежение национальной честью. Я. Дашкевич справедливо считает, что не следует делать объектом национального престижа события, которым свыше тысячи лет. «Норманские государственные образования занимают соответствующее место в истории Англии, Франции, Италии — и целиком не мешают национальному престижу соответствующих наций»[73].
Общеизвестно, например, иноязычное происхождение названий ряда европейских стран и народов. Так, римская Галлия и ее население получили свое новое имя Франция (французы) от германского племени франков, Англия и англичане — от германского племени англов, славянская Болгария и болгары — от племени тюркского происхождения — булгар. Но в специфических условиях царской империи вопрос о происхождении термина Русь приобрел сразу вненаучную политическую окраску.
«Так называемая норманская теория происхождения Руси с самого начала не была простой теоретической проблемой, а была знаменем воинствующих немецких придворных кругов и служила исключительно политическим целям»[74]. После упомянутого выступления Миллера сразу вспыхнул острый идеологический спор. По настоянию Ломоносова, доклад Миллера был конфискован и уничтожен. Так началась борьба «норманистов» с «антинорманистами», которая длится до сих пор. Норманисты, доказывая, что слово Русь является древним этническим определением шведов, делали из этого политический вывод, что так называемые восточные славяне не способны к самостоятельной исторической деятельности. Вот почему этот вопрос имеет четко выраженный политический характер[75].
Как взгляды норманистов, даже в смягченной форме, приобретают антиславянский привкус, видно из такой цитаты: «Три главных водных стока — Балту и северного Белого моря, Каспия и Черного моря — вот пути торговли и культурных связей, на которых общие повелители северогерманского происхождения — своей проворностью, крепкой выносливостью и грозным мужеством — положили основу государственной организации народов, соединенных в восточнославянской языковой группе»[76].
Тезис норманистов переводил вопрос о происхождении Руси «с области истории славянщины в сферу истории скандинавских народов. Для славян оставалась роль инертной массы, почвы для исторической активности норманских захожих»[77].
Как уже было сказано, со времени произнесения академической речи Миллера историки поделились на два антагонистических лагеря. Одни из них (Байер, Миллер, Шлецер, Куник, Томсен, Мягисте и др.), а за ними почти все российские историки (Татищев, Карамзин, Соловьев, Ключевский, Погодин и др.) признают, что термин «Русь» скандинавского происхождения. Другие, в том числе ряд выдающихся украинских историков (Максимович, Костомаров, Антонович, Грушевский, Багалий, Чубатый и др.), считают, что название Киевского государства и его народа — местного, автохтонного происхождения.
Лучше всего взгляды антинорманистов высказал патриарх украинской историографии Михаил Грушевский: «Очевидно „Русь“ было специальное имя Киевской окраины, Полянской земли, и как все попытки вывести русское имя от других чужих народов, северных и южных, не удаются до сих пор, то приходится считать его просто туземным извечным именем Киевской окраины»[78].
Существуют разнообразные компромиссные версии. Например, Р. Смаль-Стоцкий, Г. Вернадский, Г. Пашкевич доказывают двойное (скандинавское и поднепровское) происхождение названия «Русь». Согласно их версиям, название связано одновременно с норманами и со славянами Поднепровья. По мнению Смаль-Стоцького, заимствованное у финнов имя шведских викингов (варягов) «Ruotsi» в славянизированной форме «Русь» после завоевания норманами Поднепровья встретилось здесь, в славянской среде, с местным словом «русь», которое возникло от цвета волос — «русый». С ним согласен Г. Пашкевич, который досказывает, что термин «Русь» возник как определение цвета «красный», «рыжий». Норманы были, думают, большей частью рыжими. А потому основанное норманами государство получило название Русь. О русых волосах первых славянских поселенцев на Поднепровье, а оттуда — названии Руси, писал еще в XVIII ст. украинский историк Я. Маркович[79].
Г. Вернадский предполагает, что в середине VIII ст. со Швеции в приазовскую степь прибыла ватага норманов, которая создала собственное русское государство. Позднее, в IX ст., из Дании на территории Поднепровья прибыла новая волна варягов. Северная (датская) и южная (шведская) «русь» слились в одно государство с тем же названием.
Концепция норманистов, несмотря на ее антипатриотизм для самых россиян, приобрела в российской историографии XVIII–XIX ст. характер официальной версии происхождения Русского государства. Г. Карамзин усматривал даже какие-то особые достоинства славян в том, что они якобы добровольно выбрали монархический образ правления, призвав чужеземных норманских правителей. На протяжении всего дореволюционного периода норманисты занимали в российской науке господствующее положение[80]. Такая нескрываемая, как-никак антипатриотическая, позиция российских историков имела свои внеисторические политические причины. Как известно, вскоре после Петра I на царском троне засели подряд одни чужеземцы[81]. Династия Романовых в прямом мужском поколении прекратила свое существование со смертью Петра II, в женском — со смертью Елизаветы Петровны. С 1761 года вплоть до марта 1917 года, то есть к отречению Николая II, Российской империей правила немецкая по своему происхождению династия Гольштайн-Готторн. С помощью генеалогической эквилибристики ее продолжали официально называть династией Романовых, однако истина никогда не была тайной для исследователей.
68
Прицак О. И. Происхождение названия Rus/Rus’ // Вопросы языкознания. — 1991.— № 6.— С. 115.
69
Подільський А. Найновіші погляди на походження національних назв «Русь» і «Україна» // Нова Зоря. — 1939.— Ч. 26.
70
Полное собрание русских летописей, издаваемое гос. Археографическою Комиссиею РАН (далі — ПСРЛ). — Изд. 3-є.— Петроград, 1923.— Т. 2, вып. 1.— С. 15 (текст подано сучасною транскрипцією).
71
Мавродин В. Происхождение названий «Русь», «русский», «Россия». — Л., 1958.— С. 7.
72
Грушевський М. Історія України-Руси: У 12 т. — К.: Наук. думка, 1991.— Т. I. — С. 602.
73
Дашкевич Я. Українські історичні традиції: нація і держава // Український час. — 1997.— № 1.— С. 4.
74
Тихомиров М. Русская историография XVIII века // Вопросы истории. — 1948.— № 2.— С. 95.
75
Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Название «Русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства // Вопросы истории. — 1989.— № 8.— С. 24.
76
Свєнціцкий І. Назва «Русь» в історичному розвитку до ХIII-го віку. — Жовква, 1936.— С. 18.
77
Брайчевський М. Ю. Походження Русі.— К.: Наук. думка, 1968.— С. 7.
78
Грушевський М. Історія України-Руси: У 12 т. — К.: Наук. думка, 1991.— Т. I. — С. 192.
79
Маркович Я. Записки о Малороссии, ее жителях и произведениях. — СПб., 1798.—С. 7, 11.
80
Довженок В. И. Об этнической принадлежности населения Черняховской культуры // Древние славяне и Киевская Русь. — К.: Наук. думка, 1989.— С. 7.
81
Чухонская династия. — Нагасаки, 1906.— С. 5.