Страница 7 из 62
— Блондин — самое сильное существо из всех, кого я встретила на экзаменах, за исключением того, — я обвела рукой поляну, — кто устроил всё это. Возможно, он не знает каких-то дзюцу, но с его океаном чакры он способен на всё.
— Зато у Саске-куна есть Шаринган! — возразила Широколобая.
Прекрасно, дура, расскажи мне об этом.
— Я не знаю, что такое Шаринган, но вряд ли какое-нибудь дзюцу важнее океана чакры. Тем более, что его всегда может выучить другой.
— Шаринган — это не какое-то жалкое дзюцу! Это одно из Великих Додзюцу, прославленный кеккей-генкай Конохагакуре! И Саске — последний член своего клана!
Вот как? И вместо того, чтобы взять кучу восторженных дурочек и наклепать им детей, чтобы восстановить своё наследие, Принц (а ведь действительно, принц!) решил глупо погибнуть на ненужных ему экзаменах?
— Додзюцу? Глаза? И чем какие-то глазки могут помочь шиноби? Нет, глаза у него, наверное, красивые, но у Блондина красивее.
Ну же, покажи, насколько глупой может быть та, что бьёт своего напарника, за то, что он тренирует великолепную технику отвлечения. То дзюцу, Ойроке, с которым можно подобраться и убить любого противника мужского пола.
— Глаза Саске могут скопировать, увидев, любую технику! Неважно, ниндзюцу, гендзюцу или тайдзюцу!
В её чакре мелькнуло сомнение — Широколобая где-то темнит. Но действительно, это настолько сильная способность, что обладать ею просто нечестно.
— Ладно-ладно, — мои ладони поднялись в примирительном жесте. — Давай договоримся. Мне нет дела до Принца и Блондина, но они мне нужны, чтобы выбраться из леса живой. Я исцеляю их, вы сопровождаете меня до Башни…
— Хорошо, я согласна!
— Погоди, ещё не всё. Блондин говорил, что ты самая умная куноичи класса. Ты мне расскажешь общеизвестные знания по основам чакры, контроля, покажешь базу по тай— и букидзюцу. Ты меня научишь всему, что я успею запомнить.
— Но ты ведь из вражеской дерев…
— Ты хочешь, чтобы твои напарники жили? Договор?
— Ладно, договор.
— Надеюсь ты хоть в этом не уступишь Блондину. Он никогда не нарушает своих обещаний.
— Я лучше Наруто! Я держу своё слово!
Я отвернулась от неё, пряча довольную усмешку. Окончательно установлено: шиноби Конохи — доверчивые глупцы. Она могла схватить меня, избить и принудить исцелить своих напарников. Пусть эта дура и слаба, но мне ни за что не справиться с подготовленной куноичи, даже несмотря на все техники, что я недавно изучила.
Осторожно используя технику Блондина, я шаткой походкой взобралась по стволу дерева и выдернула кунай, пришпиливший оранжевую куртку. Даже не пытаясь его подхватить, спрыгнула к упавшему и постанывающему телу и вложила ему в рот запястье. Прижала челюсть и дождалась, когда, наконец, уйдёт это чувство позорной слабости, сопровождающее использование моего проклятья. Блондин резко распахнул глаза.
— Помидорка-чан? Что ты здесь делаешь? Ты же должна была дождаться своей команды!
— Эй, у меня есть имя! — притворно возмутилась я.
— Ладно-ладно, Карин-чан!
Хорошо, что в минуты слабости этот идиот был настолько сговорчи… Что?
— Скажи, мне, Наруто-кун, а откуда ты знаешь, как меня зовут?
— Но ты мне сама сказала…
— Когда?
— Ну тогда, на поляне! Когда я отвёл… Что? Но как? Я же всё время был со своей командой!
Дзюцу, которому он меня научил, оказалось не просто драгоценным, как я предполагала ранее, оно было бесценным. Его можно использовать для шпионажа, кражи дзюцу и может даже…
— Скажи мне, Наруто-кун, — сладко спросила я, — а может ли Каге Буншин помочь в тренировках?
— Тренировках? — нет, он действительно идиот.
— Ну, если ты знаешь то, что знают твои клоны, то ты можешь изучить дзюцу, отработать тайдзюцу, научиться точно метать кунаи.
— Я могу тренироваться?
— Более того, ты можешь сражаться со своими клонами и чем ты становишься сильнее, тем сильней становятся они. А стоит тебе изучить какую-нибудь дальнобойную технику…
— Тогда я смогу стать Хокаге буквально завтра! — глаза Идиота загорелись огнем предвкушения.
Ну что же, я отплатила ему за всё, чему он меня научил и больше ничего не должна. Осталось исполнить вторую часть сделки. Я подошла к Принцу и протянула руку к его рту. Широколобая подозрительно ухватила своего напарника и инстинктивно попыталась заслонить его от меня.
— Не бойся. Я помню о нашем договоре. И мне нет дела до глаз твоего возлюбленного.
Сзади тихо зарычал Блондин. Я уже говорила, что в Конохе одни идиоты? Поместить в одну команду влюблённого дурака и куноичи, которая любит его напарника? Прекрасный рецепт катастрофы.
— Хотя, конечно же, я бы не отказалась от возможности скопировать любое дзюцу, — продолжала поддразнивать я её.
— Послушай, Помидорка-чан, — раздался сзади голос Блондина. — Ты же говорила, что хорошо умеешь чувствовать чакру?
— Ну да, — я не поняла, куда он ведёт, — это единственное, что у меня получается отлично.
— Ну, если ты в этом так хороша, то и без глаз придурка Саске можешь чувствовать чакру при создании дзюцу и, пусть ты запомнишь не сразу, но всё равно сможешь его повторить!
— Дурак! Не смей говорить так о Саске-куне! — тут же взъелась Широколобая.
Я же не слушала никого, погрузилась в себя, тщательно обдумывая то, что мне сказал тот, кого я, дура, посчитала идиотом. И ведь всё, что мне нужно знать, было перед глазами! Человек, изучивший из свитка технику джонина. Тот, кто сумел обучить неумелую куноичи нескольким дзюцу за день. Проницательный парень, способный на глубокие философские концепции, пусть я и не разделяла его убеждения. Скрытный маленький ублюдок, ты почти провёл меня!
— Послушай… э-э-э, Сакура! — перебила я Широколобую. — Ты хочешь, чтобы я помогла твоему напарнику? Или ты отказываешься от нашего договора?
— Договор? — удивлённо заморгал Блондин.
— Ладно, действуй! — решилась Широколобая.
Я вложила запястье в рот красавчику и кивнула его напарнице. Розовая Башка сжала челюсть Принца и вновь я почувствовала, как тело охватывает слабость.
— Ты очень добрая, Помидорка-чан, — тут же встрял Блондин.
Добрая? О чём это он? У нас ведь сделка!
— У тебя много шрамов, это значит, что ты спасла кучу народу! — пояснил он. — Ты использовала свой дар, чтобы помогать…
— Что ты знаешь? Что ты вообще знаешь? Как будто у меня был выбор, помогать этим ублюдкам или нет! — взорвалась я. — Как будто не это проклятый дар убил мою маму и вскоре убьёт меня!
— Ой! — Блондин положил руку на затылок и изумлённо уставился на меня. — Но ведь если ты не хочешь кому-то помогать, то почему бы тебе не научиться контролировать свою чакру, чтобы она исцеляла только тех, кто тебе дорог? Изучить медицинские дзюцу, чтобы обойтись без глупых укусов!
— Наруто, перестань говорить разные глупости! — вмешалась Широколобая.
Глупости? Слова Блондина были полны смысла. Чакра — это я. Я — это моя чакра. Если бы мама могла управлять своей целительной силой, она бы не умерла так бессмысленно. Мне нужны все способы контроля чакры, что знает Широколобая.
— Эй, Сакура! — решила отвлечь её. — Как там твой напарник?
Та вновь склонилась над Принцем и прислушалась к его дыханию.
— Ему гораздо лучше! Сердце бьётся ровно, он уже не хрипит. Жар почти спал! Я уверена, Саске-кун скоро очнётся.
— Хорошо. Я выполнила свою часть договора. Может теперь ты начнёшь выполнять свою?
*
Принц очнулся, когда солнце уже закатилось за горизонт. В его теле всё ещё была слабость, но глаза стали ясными и проницательными. Тем временем, пока Широколобая с неприятным тоном превосходства, рассказывала мне вещи, базовые для каждого ученика Академии, Блондин сидел рядом и внимал каждому её слову.
— Что она здесь делает? — было первым вопросом Принца.
— Эй, Саске, не будь придурком! — взорвался Блондин. — Помидорка-чан спасла тебя после укуса того мудака со змеями!