Страница 47 из 142
Вот кому-кому, а Кэрису действия Викулечки не понравились совсем. Да так, что его совсем ничего отделяло от трансформации в боевую форму зверя. Приподняв верхнюю губу и отрастив клыки, он сжал руки в кулаки. Приглушенно рыкнув на жреца, он пытался вырвать того из забвения.
––Приходи в себя, придурок! Разрешаю отбыть на корабль. Не сделаешь это сейчас, через полчаса ритуал начнет своё действие, и ты будешь обручен с землянкой. Отменить ритуал, будет слишком проблематично! Решать нужно сейчас, либо решат за тебя!
У Любавы от такого несправедливого обвинения все сновидения вылетели в форточку, и тоже отнюдь не улыбка расцвела на лице. Если бы можно было отрасти у неё клыки, то от злости они были бы раза в два длиннее, чем у Кэриса.
–– С чего это ты вдруг решил бороться за чужое счастье? Это их личное дело! И им решать, быть им женатыми или нет! И чем тебе скажи, не угодили землянки? Тем более, Викулечка? Ей нравится жрец, ну и бог им в помощь! Завелся! Он, не ты! Это только ты у нас такой грозный! Что даже захотел свернуть мне шею, за совершенно невинные завитушки! Что плохо в том, что она его трогает? Да пусть хоть на зуб пробует! Какая тебе разница?
Кэрис, судорожно глотнув, возмущенно прошипел.
––На что попробовать?!
––На зуб, – невозмутимо повторила Любава, а Викулечка интенсивно закивала головой.
––Но, так неправильно! Не может женщина, без согласия мужчины, создавать из него всё, что ей в голову взбредёт. А его желания? Ваша жестокость не знает границ. Вот сейчас, мой брат Тедис, на экскурсии по Земле. И я не уверен в безопасности его статуса!
Как говориться, «а Васька слушает, да ест». Вот и сейчас, ещё немного и зверь Кэриса не выдержит такого издевательства над сородичем, и сорвётся на более жесткие меры. Но только Викулечке в роли Васи, на это было глубоко начхать. Она продолжала всё более пристально рассматривать тело жреца. И переживания Кэриса по этому поводу, её ничуть не затронули.
–– Если вам ещё непонятно, – рык Кэриса разнесся по всей квартире,– повторяю, твоя подруга без согласия жреца, сейчас совершает брачный ритуал. И зверь жреца, как и мой несколько лет тому назад, позволяет это делать! Никогда не подозревал его в подобном мазохизме. В дурости "ДА", но в болезности ума "НЕТ". Видно, зря.
Подруга, наконец ,удовлетворенно вздохнула. Похлопав по груди жреца, вернее по тому, что на ней висело, она с блестящими от счастья глазами почти пропела.
–– Ну, все моё! Прямо-таки, мой размерчик... Никому не отдам. Моё! Просьба, отойти всем подальше, и руками не трогать!
Высказав всё в категоричной форме, она деловито прошлась по гостиной, вслух размышляя о дальнейшей судьбе жреца. А если уж быть совсем точным, поставила всех в известность о его новом статусе. Статус жрец получил, самый что ни на есть высший,– её возлюбленный, а потому становился личностью неприкосновенной. Ни ДЛЯ КОГО. Чем дальше Викулечка говорила о своих планах, тем сильнее бледнел Кэрис, и тем быстрее обесценивалась её жизнь. И вот, когда её жизнь была практически ниже прожиточного минимума, произошло сразу два события.
Две стазисные статуи решили выйти из спасительной нирваны в реальность, и стали совершать еле заметные движения. Вот только двигаться они начали в разные стороны. Один держал ориентир ближе к дверям на выход, другой следовал по пятам за Викулечкой, причем, чуть ли не впечатываясь в нее.
Разом ослепший прорицатель, мелко семеня ногами, резво двигался прочь из квартиры, причём ни разу ни на что не наткнувшись. Как у него это получалось, не зная расположения комнат и предметов? Никто так и не понял. Судя по озадаченному выражению лица, это была загадка и для самого прорицателя.
Жрец же, наоборот, подставлял все свои части тела поближе к ручкам Викусечки, а хвостом пытался оглаживать её бедра и ноги.
Кэрис завыл. Надрывно, с чувством!
Любава слишком поздно поняла, что для него, всё происходящее не пустой звук и отнюдь не развлечение, а боль и оскорбление. В яростном порыве свернуть жрецу шею, Кэрис был уже на полпути к нему, когда случилось нечто. Брутальный брюнет в одно мгновение превратился в страшного монстра, по мощи и силе превосходящий зверя Кэриса. Звери бросились друг на друга. Два кота поражающие своей злобой и яростью вгрызались друг в друга, слышался треск разрываемой плоти и хруст костей. Рык, вой и опять схватка. Звери слились в один сплошной кровавый ком.
Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Все в крови коты стояли друг против друга, тяжело дыша, подвывая и скаля клыкастые пасти.
––Не смей, оскорблять мою женщину, – гортанно, плохо проговаривая в рыке слова, потребовал жрец. – Либо я разорву тебя. Она моя!