Страница 9 из 70
— Тебе нравится, мой тана’ле?
— Нравится, мой тана’саах.
— Теперь мы квиты?
Усмехаюсь. Значит, он всё прекрасно понял, осознал подоплеку моих действий.
— Квиты.
— Конечно, я не против, что бы меня ТАК наказывали. Но…
— Но?
— Ты меня так и не поцеловал.
Ах ты, гаденыш.
Склоняюсь над Масом и запечатываю его рот грубым поцелуем.
— Ты нарываешься.
— Готов понести заслуженную кару.
Бездна, какого демона я пробудил?
— Мальчики! Ну серьезно! Мне аж завидно, но шевелите вашими хорошенькими задницами. Посланник от Императора не та персона, которую можно заставлять ждать. Α с этого нашси станется заявиться в спальню, оно тебе надо?
Оно мне не надо. Так что пришлось оторваться от сладко-покорного Маса и заняться приведением себя в порядок, попутно пытаясь понять — что это на меня нашло и почему я совсем не чувствую угрызений совести, сомнений или ещё чего-то. Почему всё произошедшие кажется абсолютно правильным? Нет даже стыда перед Иллири. Хотя ещё буквально недавно мне казалось, что любое лишнее тело в моей кровати, или моё присутствие в чужой — это ни что иное, как предательство чувств. И, что удивительно, я до сих пор так считаю. Чему совершенно не противоречит всё проделанное с Масом. Инкубское понятие о верности во всей красе? Или всё же связь Владетеля со своим Рабом? Разве удовлетворение себя игрушкой можно считать изменой? Мысль мелькает в голове, и я невольно содрогаюсь. Нет, ужасает не то, что я назвал Маса игрушкой, но то, что это не вызывает никакого отторжения. В кого я превращаюсь? Или, вернее, в кого меня превращает этот Мир?
— Раэль, хватит рефлексировать, время.
Время. Кидаю последний взгляд на всё еще лежащего в постели дроу — он смотрит на меня долго, пристально…
— Я вернусь.
— Я пригляжу за Γерцогством.
Киваю. За эти три года высокие Севера привыкли, что рутиной занимается мой доверенный дроу. После неудавшегося покушения и открывшейся тайны наших связанных жизней, его назначение станет тем более понятным. Его примут как мою длань. Устроенная чистка выкосила всех неумных посягателей на власть, так что не найдется дурака, чтобы попробовать оспорить мои решения. Бумаги давно подготовлены, я верил в его выздоровление, остается их только подписать и передать малый перстень.
— Держи.
Мас протягивает руку, но не берёт кольцо, а лишь приглашающе растопыривает пальцы. Приходится надевать его самолично.
— Как символично.
Вот же ж…
— Не напрягайся. И Раэль…
— Да?
— Только не добавляй меня в когорту мучающих тебя сомнений, хорошо? Этой ночью ты дал мне нужное и мне достаточно знать, что когда-нибудь всё повторится, а вот твоя мнимая верность и глупые заскоки совсем не нужны. Я тана’саах, ты мой тана’ле, наша связь нерушима и ничто, совершенно ничто не сможет этого изменить.
— Это ты мне так даешь добро на измены?
Ещё одна совсем не услужливая, но зато такая искренняя ухмылка:
— Что-то вроде того. Должен же ты набраться опыта и улучшить технику.
— Мас, я тебя…
— Да-да, мне очень хочется узнать, что ты со мной сделаешь, но сейчас тебе пора. Приключения ждут.
Так, одним весенним утром я покинул Цитадель и свой возрождающийся Дом всего с одной сумкой личных вещей и ни с кем толком не попрощавшись, будто бы на пару дней. Но и я, и все оставшиеся на Севере прекрасно знали — Элисвиэль и Император меня не скоро отпустят. Пришла пора выйти из уютного кокона, что сплели для меня Льды и попробовать этот Мир на прочность.
ГЛАВА 4. Столичный холод. Ρаэль
Элисвиэль меня не впечатлил, вот вообще. Мне казалось, что столица всея Империи должна поражать своей красотой сразу, с первого вздоха. Ни с первого, ни со второго вздоха этого не произошло. Портальный зал во Дворце? Да, куча сторожевых и охранных плетений, почти полностью скрывающих под собой позолоту колонн. Чудная мозаика, покрывающая полы и коридоров, и всех комнат, через которые мы проходили? Вполне. Да и не могли не впечатлить настоящие произведения искусства — я взгляд от разворачивающейся на полу истории не мог оторвать, так и шёл с постоянно опущенной головой, как только ни в кого не врезался? Ну, ещё фрески ничего так, и потолки высокие, и окна арочные с витражными стёклами. В общем обычный себе такой помпезный дворец, ничего особо, Цитадель намного круче — чего стоят только стены из Вечного Льда!
Столица с высоты Дворцового Холма была видна как на ладони — огромная по меркам этого Мира, но я видел и побольше. Прямые лучи основных проспектов, пересекающие хорошо различимые круги трёх «городов», невысокие, максимум на пять-шесть этажей строения, относительно узкие улочки — в общем, тот же Золотой Город, только немного больше. Подозреваю, что дерьмо Нижнего города тут так же не благоухает розами. День был солнечный, лёгкий ветерок манил прогуляться по достопримечательностям, нo, во-первых, я сейчас находился в самой главной достопримечательности, а во-вторых… Не было у меня настроения. Может быть, Элисвиэль мне не особо понравился из-за чувства острого разочарования?
Встреча. Я втайне надеялся, что речь идёт о встрече с братом — раз уж я в столице, а Военкад расположился всего в нескольких километрах к западу, то, может быть… Но нет. Камаэль сразу обломал всю малину, сказав, что меня ожидает Император.
Ну как ожидает — он сейчас сильно занят, сильно государственными и сильно важными делами, но я должен быть под рукой. Как только ОН освободится, то мне надлежит тут же предстать пред его светлые очи и… А вот крэшшш его знает, что дальше. То ли запоздалый «отчёт о проделанной работе», то ли «отеческое напутствие» перед экзаменами и поступлением, то ли еще что. Вот и коротал я время перед встречей на балконе комнаты, смежной с ЕГО кабинетом.
Нет, не впечатляет столица и даже еще один глоток розе не помог — а вот закусить стоит, а то явлюсь к Императору в состоянии «плевать на весь Мир» и тогда точно жди последствий.
В кабинет меня вызвали спустя несколько часов, когда я уже успел весь известись от ожидания. Что я могу сказать про вотчину Императора? Опять же совершенно ничего особого — всё тот же помпезный дворцовый стиль, позолота, красный бархат, толстый ковёр, гобелены и картины, изображающие, судя по всему, великих мужей Империи. Зная зацикленность Айнов на самих себе — все они скорее всего Айны. Потомки Императора.
За типичным таким солидным столом сидел ОН. Свет из окна бил ему в спину, от чего черты лица не получалось толком разглядеть, зато его распущенные, золотые волосы сверкали на солнце. Скреплённые у висков заколками с драгоценными камнями, они свободной волной спускались на плечи, текли по груди, облачённой в традиционный эльфийский кафтан, и терялись где-то за границами стола. Вот уж кто не заморачивается ритуальным плетением кос…
— Εго светлейшество, йелла Раэль Вауу, Белый Вихрь, Наследник Великого Дома Вауу, Первого Дома Ледяной Цитадели, Истинный Инкуб, Посвящённое Дитя Льдов, Младший Герцог Севера. Преклони колени перед Εго Императорским Величеством, перед тобой Киайт Αйн, Путь Доброты, Властитель Пяти Пределов, Повелитель Морей и Неба, Отец всех Разумных, Источник Силы и Процветания, Верховный Хранитель Жизни.
Α Камаэль хорош, очень хорош — выговорить все эти титулы на одном дыхании, ни разу не сбившись! Сразу видна отличная практика. Вот только я не собирался «приклонять колени». Вообще. Никак. И дело не в пустой гордости, просто Вауу не перед кем не склоняются, никому не поклоняются. Точка. Это наше право, которое можно отнять только с жизнью последнего из Вауу. Так что я лишь вежливо кивнул, признавая старшинство Айна, но никак не его полную власть надо мной.
Камаэль хмыкнул, и, кажется мне, одобрительно. Лица Императора я по — прежнему не мог разглядеть, так что и реакцию его оценить не было возможности. Но прозвучавший голос был спокоен и тих:
— Камаэль, оставь нас.
«Портной» тут же покинул кабинет, а Император приглашающе махнул на кресло по другую от себя сторону стола: