Страница 38 из 52
Глава 22.
Рассказ бывшего члена секты
Еще совсем маленьким ребенком я отличался самостоятельностью и независимостью суждений. Мне хотелось стать писателем или поэтом. Заканчивая школу, я мечтал о профессии, которая приносила бы мне солидный доход и одновременно позволяла творчески реализовать мечты. Я испытывал глубокий внутренний конфликт и запоем читал книги по философии и психологии. Познакомившись с книгами Г. И. Гурджиева и П. Д. Успенского, я понял, что мы не живем, а существуем, как роботы, совершая набор механических действий. Этот «сон разума» скрывает от нас истинную реальность, и чтобы «пробудиться» и расширить границы сознания, нужно найти духовного Учителя или школу, которые помогут достичь высших уровней сознания. Искатель должен не замыкаться в себе, а примкнуть к какой-нибудь школе духовного знания.
Поступив в институт, я окончательно понял, что не смогу заниматься бизнесом в погоне за финансовой состоятельностью. Мне не терпелось решать глобальные проблемы. Я жаждал получить ответы на главные вопросы: Есть ли Бог? И если да, то почему он допускает страдания людей? Зачем я пришел в эту жизнь? С какой целью? Что я могу сделать, чтобы изменить существующий порядок вещей и уменьшить страдания человечества? Я был одержим мыслью спасти человечество, мне хотелось внести посильный вклад в процесс упорядочения хаоса и обретения миром гармонии. Войны, межрелигиозные конфликты, олигархи, продажные СМИ, страдания людей, расслоение в обществе, коррупция в политике, экологические проблемы. Что я могу сделать, чтобы изменить мир? В каком направлении двигаться? С чего начать?
И вот однажды, когда я сидел в студенческой столовой, ко мне приблизились три симпатичные девушки азиатской внешности и парень, явно студенты. Они вежливо поинтересовались, могут ли присесть за мой столик, и уже через несколько минут мы непринужденно беседовали. Выяснилось, что эти ребята, такие же студенты, как и я, входят в землячество иностранных студентов, куда пригласили и меня. Они мне понравились, и вечером после лекций я поехал к ним. Когда я вошел, то увидел веселую компанию, состоявшую из тридцати человек, среди которых действительно было много иностранцев. Я сразу же поинтересовался, не религиозная ли это группа.
– О, нет, – рассмеялись ребята и объяснили, что называют себя участниками движения «Всемирный крестовый поход», которое ставит перед собой задачу постепенно стереть различия между людьми разных культур и решить глобальные социальные проблемы. Это были именно те проблемы, которые не давали мне покоя!
«Единый мир, в котором все и каждый относятся друг к другу с любовью и уважением, – подумал тогда я. – Наивные идеалисты!»
Я испытывал наслаждение от интеллектуальных разговоров, они были близки мне по духу, стимулировали воображение, давали энергетический заряд. Я ощущал большой прилив сил. Мне очень нравилась царившая здесь атмосфера творчества и поиска. Эти люди относились друг к другу как братья и сестры, как члены большой и дружной семьи. Они общались легко, уважительно и непринужденно. После апатии, подавленности и разочарования, которые я испытывал весь последний месяц, я почувствовал, как забурлила моя кровь. Я шел домой в состоянии, близком к эйфорическому, и весь вечер находился в приподнятом настроении, мысленно радуясь встрече с этими прекрасными людьми.
На следующий день я столкнулся с парнем из столовой.
– Как тебе вчерашний вечер? – поинтересовался он с улыбкой. – Понравился?
Я ответил, что очень.
– Сегодня у нас будет интересная лекция. Если хочешь, приходи.
Вечером я сидел на лекции. Лектор говорил о знакомых мне вещах, иногда расплывчато, иногда слишком упрощенно, но в целом мне понравилось. Моя душа ликовала. Я радовался, что нашел единомышленников. Я полностью разделял их мысли. При всем моем восторге я не совсем понимал, почему все эти люди в группе выглядят такими счастливыми. Я был заинтригован и сгорал от любопытства.
На следующий день я снова помчался к ним. На этот раз с лекцией выступал другой человек. Он рассказывал о происхождении всех проблем человечества, и лекция носила явно религиозную направленность. Речь шла о согрешивших Адаме и Еве, которые не устояли перед искушением в Эдемскои саду. Тогда я не обращал особого внимания, что ни на один мой вопрос никто ни разу не ответил. Я даже не догадывался, что меня искусно подталкивают и направляют, а я всеми силами им в этом помогаю. Но через некоторое время я почувствовал что-то неладное, и даже сказал, что больше не приду.
Тут же все члены группы страшно напряглись. В воздухе повисла звенящая тишина. Я вышел на улицу. Дело было зимой, и стоял сильный мороз. Человек пятнадцать выскочило за мной прямо в носках, так как по традиции в этом доме уличную обувь снимали в коридоре. Они окружили меня плотным кольцом и начали упрашивать остаться. Они сказали, что не отпустят меня, пока я не пообещаю, что завтра вечером снова приеду.
«Вот чудаки, – подумал я. – Стоят раздетые, в одних носках на таком холоде. Неужели я им так понравился?»
Я не хотел, чтобы из-за меня кто-то простудился, и поэтому пообещал вернуться. Но в глубине души мне не хотелось возвращаться в этот дом. Впрочем, нарушить данное слово я не мог.
Когда я приехал к ним в четверг, меня окружили всеобщим вниманием, мне говорили добрые слова, мне льстили, я был центром вселенной. Со временем я узнал, что эта практика называется «бомбардировка любовью». Мне снова и снова повторяли, какой я хороший человек, как я умен, проницателен, энергичен, интеллектуально развит. Раз пятьдесят я услышал приглашение прокатиться с ними в ближайшие выходные за город, подальше от городского шума и сутолоки, чтобы немного отдохнуть на природе и восстановить силы в уютном загородном доме. Раз пятьдесят я повторил, что у меня много дел, что по выходным я подрабатываю официантом в ресторанчике и не могу так просто взять и уехать. Но когда я уходил, меня опять заставили пообещать, что если я буду свободен, то непременно поеду с ними. За последние полтора года у меня ни разу не было свободных выходных, поэтому я со спокойной совестью дал им такое обещание.
Когда на следующий день я позвонил шефу, чтобы узнать расписание работы на ближайшие выходные, он неожиданно ответил, что я могу не приходить, потому что сейчас мало клиентов.
Я был поражен. Неужели это знак? Неужели я должен поехать с ними? Я спросил себя, как в такой ситуации повел бы себя Успенский или Гурджиев. Ведь они провели долгие годы в поисках истинного Знания… Я снял трубку телефона и позвонил. Этим же вечером мы поехали за город.
Когда мы проезжали через высокие, обитые кованым железом ворота огромного особняка, кто-то шепнул мне на ухо: «Тут проводятся учебные семинары Церкви Объединения».
Я был поражен. В голове закружился вихрь вопросов: «Церковь? Что здесь происходит? Почему никто не сообщил об этом мне заранее? Как мне вернуться обратно?»
Микроавтобус остановился и мы вышли. Нас окружили какие-то люди и повели к боковому входу в особняк, окруженному высокими деревьями. Я инстинктивно почувствовал опасность и решил уехать.
Я вспомнил, мне срочно нужно вернуться, я серьезно говорю, – сказал я одному из парней, вечно улыбающемуся блондину со счастливым выражением лица.
Да ты что! Ты даже не представляешь, как тебе здесь понравится! Ты не пожалеешь! – сказал он, похлопывая меня по спине. – И потом, кто же тебя повезет в такую темень обратно. Вряд ли кто-то собирается возвращаться сегодня в город.
Пришлось принять ситуацию такой, как есть, и не устраивать сцен. Мы поднялись по ступенькам и вошли в просторный зал, в дальнем конце которого стояла огромная черная доска. В зале было много молодежи. Через пять минут нас разбили на маленькие группки. Каждому человеку вручили лист бумаги, карандаш и попросили нарисовать картину, изображающую дом, дерево, гору, реку, солнце и змею. Никто не спросил, зачем; все послушно выполнили просьбу. Только через годы я узнал, что это был проективный тест исследования личности для выявления и интерпретации сокровенных мыслей и фантазий. Оказывается, проективный рисунок позволяет выявить внутренние конфликты, проблемы и переживания человека.