За все с тобой рассчитаюсь

Мне очень не хотелось этого делать, но у меня не было выбора. Я сказал Клэр, что буду отсутствовать недолго, наказал Бредли, чтобы он охранял гараж и направился к «кадиллаку».

– Я же желаю, чтобы этот подонок вел мою машину! – воскликнула женщина.

– Послушайте, малышка, – сладким голосом проговорил флик, – я ведь могу и вызвать коробку для салата, если хотите. Вы арестованы и поедете в отделение, хотите вы этого или нет!

Она некоторое время колебалась, потом села в машину и бросила ключи от зажигания прямо мне в лицо. Я подобрал их и включил зажигание.

Как только мы оказались на дороге, она стала ругаться и не переставала почти всю дорогу, пока я не предложил ей закрыться.

– Нет, я не закроюсь, гнусное отродье проклятых механиков! Я тебя разорю и твою кривляку тоже! Еще раньше, чем я покончу с тобой, ты будешь уже готов, будь уверен!

– Кто-нибудь, кому не противно дотрагиваться до вас, должен отшлепать вас по заднице, – сказал я.

С криком ярости она вдруг набросилась на меня и вывернула руль вправо. Машина, которую я вел со скоростью сорока восьми миль в час, встала поперек дороги. Я мгновенно нажал на ножной тормоз, и одновременно поставил на ручной. Машина с ходу остановилась и молодая женщина была брошена вперед. Она стукнулась головой о приборный щиток и потеряла сознание.

Флик, сопровождающий нас на мотоцикле, остановился, соскочил с мотоцикла и направился к нам.

– Черт возьми! Вы же тоже не можете водить машину! – злобно закричал он.

Я попытался как можно спокойнее объяснить ему, что произошло. Он посмотрел на женщину, потерявшую сознание.

– Совершенно ненормальная особа. Эти звезды кинематографа начинают мне порядком надоедать. С этой курочкой все время случаются разные истории, но она щедро расплачивается за них и всегда выходит сухой из воды. Сегодня же ей будет немного жарче, чем всегда. Это ей будет намного дороже стоить. Поехали, мне нельзя больше терять время.

Мы снова тронулись в путь к полицейскому управлению.

Это был наш первый визит в Сан-Франциско. Ни я, ни Клэр не знали, где находится то, что нам было нужно. Мы обратились за помощью к агенту дорожной полиции, спросив у него совета: где можно в городе хорошо пообедать и немного развлечься.

Он поставил ногу на подножку нашей машины, сдвинул каску на затылок и приветливо посмотрел на Клэр. Меня он, кажется, даже не заметил.

– Слушайте меня, мисс, если хотите провести хороший вечер, поезжайте к «У Джое». Это самая лучшая коробка в городе, и этим еще мало сказано.

– Послушайте, старина, – сказал я. – У нас достаточно денег, и нам не хотелось бы идти в какую-то убогую коробку.

– Вот я и говорю, поезжайте к «У Джое», – повторил он. Мы спросили дорогу, он нам ее указал. Еще немного и он бы нарисовал нам план.

– Скажите Джое, что это я послал вас к нему, – сказал он, подмигнув.

– Агент О'Брайен. Он вас хорошо обслужит.

– Держу пари, что этот флик работает на Джое, – сказал я Клэр, когда мы отъехали. – Надо еще у кого-нибудь спросить. Но Клэр вдруг заявила, что хочет к «У Джое».

– Если там не так хорошо, то мы всегда сможем уехать оттуда и поехать в другое место, – сказала она.

Это заведение снаружи совсем не выглядело роскошно. Я постучал в дверь, над которой горели неоновые буквы «У Джое».

Дверь нам открыл коренастый тип. У него было дефектное ухо и сломанный нос. Одет он был в накрахмаленную рубашку, но, по-видимому, чувствовал себя в ней так же плохо, как и во власянице.

– Добрый вечер, – сказал я. – Мы хотели пообедать. Агент О'Брайен рекомендовал нам ваше заведение.

– Это животное рекомендует нас всему миру! Как будто мы нуждаемся в его рекомендации! Но раз вы уже приехали, то входите, – сказал он, сплюнув на тротуар.

– А что нам делать с автомобилем? – удивленно спросил я.

– А я знаю? – удивился он в свою очередь. – Променяйте его на норковую шубку, если хотите!

– Скажи-ка, толстяк, – сказал я, похлопав его по груди, – ты знаешь, что я в свое время делал с типами, даже более крепкими, чем ты?

Он заинтересовался.

– С кем это, например? Клэр подошла к нам.

– Ну что, пошли?

– Все прекрасно, я уже был готов надрать уши этому бродяге. У него не больше ума, чем у сбежавшего из зоосада орангутанга!

Толстяк же смотрел на Клэр своими тусклыми глазами и приятно улыбался ей.

– Разрешите нам войти, – сказала она, улыбаясь ему в ответ. – Я так много слышала про «У Джое».

– Пожалуйста, входите, – сказал он, отходя в сторону, и заметив мой взгляд, добавил:

– Машину поставьте в переулок, но, если какой-нибудь флик ее заметит, он вас обязательно оштрафует.

Я поставил свой «бьюик» в переулок и вернулся к двери. Мы поднялись по ступенькам.

Коренастый тип не спускал с нас глаз. Клэр шепнула мне, что он любуется ее щиколотками Я ответил, что, если бы она позволила увидеть ему что-нибудь другое, я разорвал бы его на куски.

Холл этого заведения походил на мюзик-холл во время большого спектакля. Он был весь залит ослепительным светом, а потолок был украшен ярко сверкавшими звездами. В глубине холла виднелась монументальная лестница с хромированными перилами и широкими ступенями, покрытыми толстым ковром.

У входа в ресторан стоял метрдотель с пачкой позолоченных меню в руке. Справа, у роскошного бара, освещенного невидимыми лампами, позади гор сверкающего стекла порхал представительный бармен.

– А здесь, действительно, хорошо, – пробормотал я. – Не думаю, что в конце вечера от наших девятисот долларов останется много.

– Ты всегда сможешь ограничиться только стаканом молока, – шепнула мне на ухо Клэр, прежде чем пройти в туалет.

Я огляделся по сторонам. Эта коробка, без сомнения, мне нравилась.

Появилась Клэр. Ее платье, казалось, было соткано из моря и золотой пыли.

– Хелло! – сказала она.

– Хелло, – ответил я, с восхищением глядя на нее. – Моя жена меня бросила. Не хотите ли, милая, провести вечер со мной?

– А что скажет ваша жена? – с важностью произнесла Клэр.

– Она, будет в ярости, но я обожаю ваше платье. Так что, поедем флиртовать в своей машине. Она взяла меня под руку.