Страница 9 из 66
— Итак, Настя, запомни: нам нельзя привлекать к себе внимание. Поэтому ты сейчас оденешься… — он обломал несколько длинных веток, встряхнул ими — и протянул мне уже готовый длинный плащ. Грязно-зелёный и колючий на ощупь, он скрыл мою футболку, джинсы и кроссовки. Для себя Демжис выломал палку потолще, подбросил в руке, и поймал уже ножны, из которых торчала рукоять меча. Эх, какой талант пропадает, у нас бы ему цены не было! Нет чтобы сотворить мне шикарное платье и сумочку от Армани… Впрочем, последнее здесь не оценят. Попрошу, когда найду способ вернуться к себе домой.
— И надень на правую руку этот браслет.
Кусок железа безо всяких узоров и прочих излишеств здорово напоминал половинку наручника. Точно такой же Демжис нацепил себе на левое запястье.
— Мы — муж и жена, я иду записываться в городскую гвардию. К семейным людям всегда больше доверия. Возражения не принимаются. Пока я не проявлю свои способности, никто нас не узнает.
Я и не думала возражать. Жена так жена, только браслеты эти смущают. Выполнять супружеские обязанности как-то пока не хочется! Нет, насчёт постельных я не против, парень он симпатичный. А вот все прочие…
Дорога была пустынна, по пути к городу нас обогнал только один страус, на котором ловко балансировал ездок.
— Раньше на этой дороге было не протолкнуться, — невесело сказал Демжис. — А теперь почти никто не едет в славный Земледар…
— Почему?
Демжис привычно отмолчался, да и мы уже подошли к воротам. Двое гвардейцев, обряженных в длинные жёлто-зелёные накидки, выражениями лиц до ужаса напомнили мне мою родную милицию — один скользнул ленивым взглядом по нашим лицам, скромной одёжке, браслетам, и переключился на ковыряние в зубах; второй повернул голову нам вслед, но и только. Я перевела дух. Вот бы и дальше так удачно!
— Неужели у них даже нет наших примет… А-а!
Рядом со мной в одежде Демжиса вышагивал незнакомый мужик, лет на двадцать старше, с низким лбом, мясистым носом и квадратной челюстью. Только глаза были всё те же, зелёные, нахально-кошачьи.
— Маскировка, понимаю… — пробормотала я, переключая всё внимание на город.
Оказывается, здесь было на что посмотреть!
Глава 4
В этом городе нашлось чем меня удивить и даже напугать.
Первое, что встречало путника за городскими воротами — громадное пепелище. Даже не пепелище — целая площадь, покрытая словно бы застывшей лавой. По её краю из земли торчали тёмные каменные зубцы в два человеческих роста, похожие по размеру глыбы валялись внутри вперемежку с обугленными толстыми брёвнами.
— Что это? — прошептала я.
— Храм, — лаконично ответил Демжис. Подумал и добавил: — Бывший.
— Заметно, что не действующий, — я нервно хихикнула. — Но почему, что произошло?
Демжис не снизошёл до низменного удовлетворения любопытства иномирянки, а молча двинулся вдоль края пепелища к обычным домам, видневшимся впереди.
Хотя как — обычным. Архитектура здесь сильно отличалась от моей земной. Каждый дом стремился походить на дерево — от первого этажа-ствола вверх и чуть в стороны «росли» несколько башенок-ветвей, соединённых мостиками, а увенчивались эти башенки одной общей крышей, щедро украшенной где лепкой, где ковкой с листиками, птичками, зверушками и прочими природными мотивами. Дома поскромней ограничивались красочными росписями на ту же тему, так что город напоминал продолжение местного вырвиглазочно-яркого леса.
Я не успевала восторженно вертеть головой, Демжис почти тащил меня за собой. Пройдя через несколько кварталов нарядных домиков, мы вышли к рыночной площади. Выглядела она довольно уныло. Две трети прилавков пустовали. Редкие торговцы молча меланхолично помахивали ветками, отгоняя мух от своего товара — рыбы и фруктов, выпечки и сладостей. Вдоль рядов бродили редкие покупатели, но расставаться с деньгами явно не спешили.
Демжис тоже не заинтересовался торговлей и потянул меня в боковой узкий переулочек. Нет, надо наконец и характер показать!
— Куда ты меня всё время тащишь?!
— Тише.
— Имею я право это узнать или нет? Между прочим, я есть хочу!
И это была чистая правда. Утром из-за нападения подкрепиться не удалось, потом мы всё были заняты — то на страусах гоняли, то я без сознания валялась, то тащились пешком по лесу… Но, лишь только глаза увидали на прилавках еду, желудок возжелал её настолько страстно и громко, что даже Демжис услышал урчание. На его фальшивом лице проступило что-то вроде сочувствия.
— Успокойся. Мы идём в харчевню, и, если с моего последнего визита там ничего не поменялось, весьма неплохую.
Харчевня оказалась ещё в трёх кварталах отсюда. Я совершенно запуталась в улицах и заподозрила, что Демжис по каким-то соображениям дал сильный крюк.
Сначала мы её услышали — по птичьим вскрикам, и только потом вышли к простецкому, без архитектурных излишеств, длинному деревянному дому с узкими окошками, вдоль которого к горизонтальной жерди были привязаны несколько страусов. Благородные птицы, стянутые затейливой упряжью из кожаных ремешков, беспокойно топтались, взрывая песчаное подворье мощными жилистыми лапами, и норовили клюнуть друг дружку. Я обошла их по широкой дуге.
Внутри харчевни оказался длинный зал, полутёмный — свет почти не проникал сквозь узкие, незастекленные (откуда тут взяться стеклу?) прорези в стенах, только несколько факелов в глубине зала и позволяли не натыкаться сослепу на столы.
— Старый скряга, — пробормотал Демжис, пробираясь в тёмный угол. — Как будто в полумраке его блюда будут казаться вкусней.
— Ты же сказал, что здесь прилично кормят?
— Для таких заведений — да.
И верно, народ здесь собрался в основном не есть, а пить. В воздухе витал бражный дух, вызывавший ассоциации с рюмочными моего родного города. Публика, почти исключительно мужского пола, сидела шумными компаниями и вдохновенно обсуждала что-то житейское. Что именно, было непонятно — местные ругательства я ещё не выучила.
— Демжис, а почему задница полосатая?
— Поротая.
Дикари.
Оставив меня за дальним столиком под стенкой, Демжис сходил к стойке, потолковал о чём-то с толстым неприятным мужичком, и вернулся с ложками и двумя мисками. В одной лежал хлеб, в другой — какое-то месиво.
— Пиво сейчас принесут.
— И тут пиво, — вздохнула я. Как сладкоежка до мозга костей, не люблю этот горький напиток.
— А что ты любишь?
— Газировку… Это как пиво, только сладкое… эх…
— Сделаем, — пожал плечами Демжис.
Набравшись храбрости, я отправила в рот чуточку местного блюда. А с голодухи даже ничего, вроде овощного рагу. Правда, неизвестно когда приготовленного… Хлеб тоже подозрительно попахивал. Зато, мрачно размышляла я, тут уж всё точно без ГМ-технологий.
— А почему ты не наколдуешь еду из чего-нибудь… Веток дерева там, как наши плащи?
— Долго объяснять. — Демжис, похоже, не собирался есть. Он вроде бы рассеянно оглядывал зал с хохочущими людьми, но спокойный человек не сжимает руки так, как будто борьбу устраивает — левая рука сильней или правая.
— А мы куда-то спешим?
— Ты её не переваришь.
— Почему? Она ведь тоже будет состоять из молекул, как и обычная.
Демжис впервые взглянул на меня заинтересованно.
— Откуда ты знаешь про молекулы?
— Я образованная девушка!
Прислужница, которая в этот момент принесла нам пиво, покосилась на меня с явным сожалением, и, избавившись от массивных деревянных кружек, вытерла руки о замусоленный передник.
— Верно. Но они не будут питательными, понимаешь, о чём я?
— Конечно. Никаких калорий. Идеальное диетическое блюдо.
Демжис хохотнул, и накрыл ладонью мою кружку.
— Верно.
Я поскорей запила калорийную, но сомнительную пищу. Маг постарался — никакой горечи, сладкий сироп с тонким вкусом ванили.
Демжис вновь умолк, и, прихлёбывая пиво, вернулся к созерцанию дверей. Чего-то он ждал. Или кого-то.