Страница 41 из 67
В её глазах был Свет. Свет печали, подлинной грусти и достоинства. Именно так. Яр видел, как взрослые, убелённые сединами и длинными бородами, в разноцветных банданах, мужики искренне ласково и уважительно обращались с ней. И неважно, к какой группе они принадлежали, для них она являлась существом почти неземным. Подходили их редкие подруги, обнимая её, напутствуя, смахивали выдавленные слёзы, но она не проронила ни слова... Рядом, как всегда, находились Варан, Сова, Воробей, Мотя и Пашка - ее лучшие друзья.
Глава 5
Глава 5
... Два мотоцикла ехали по окружной дороге. Начало ноября самое противное время года для мотоциклиста. В роде и колеса «переобули» с шипами, а всё равно, нет-нет да завиляет заднее колесо на тяжёлой машине. Дороги были похожи на зеркало, в которых отражалось низкое серое небо. Тонкий утренний ледок нагло прикрыл стыдливый асфальт. Ехали с великой осторожностью, чтобы не улететь в кювет, или чтобы не закрутило на дороге. Вчера они рассказали единственной родственнице Волчицы, что будет скорая свадьба.
Редкая машина пролетала мимо них. Бабуля так рада была за внучку, что парень хороший нашёлся, что семья приличная. Видела, что у них настоящие чувства, а не просто так. Первая влюбленность, самое прекрасное время для молодых. Наготовила столько, хоть сегодня свадьбу справляй - двум группам байкеров хватит да ещё останется! Лёня ей так приглянулся, что она его уже и сынком величала, думая наперёд, как они будут замечательно жить, ведь у Светочки есть своя квартира. Им должно быть достаточно места в ней.
«Как всё замечательно складывается», - думала Надежда Васильевна, глядя на двух смущенно-счастливых ребят, сидящих за столом.
Только бабушка переживала, как они доберутся до города, пусть это и недалеко на двухколесной машине, потому как байк Волчицы они поставили на стоянке в маленьком городке в пяти километрах от деревни. Жених старался убедить женщину, что они прекрасно доедут и переживать за них не стоит. Ну как же не переживать? Разве бабушки могут без этого жить?
Рано утром молодые засобирались. В багажник была положена разная снедь, из того, что не успели вчера уничтожить. Оба поцеловали растроганную бабулю и укатили из деревни. Надежда Васильевна долго смотрела им в след, пока мотоцикл не скрылся из виду. К ней подошла соседка из дома напротив.
- Что Светка с ухажёром приезжала?
- С женихом. Через две недели регистрация. Уже и кольца купили, - нехотя объяснила Надежда Васильевна.
- Повезло. Парень, видно небедный, вон какой мотик, - с уважительной завистью произнесла женщина.
- Хороший парень, Клава. Пойду я, - повернулась и потрусила к калитке, оставляя соседку наедине со своими мыслями.
Въехав в городок, забрали со стоянки байк Волчицы, делясь своими страхами и радуясь всему на свете, потому как счастье их переполняло так, что хотелось поделиться со всеми. Чтобы все знали, как им повезло друг с другом. Хмурое небо не пугало, в их глазах и душах было столько солнца, что его должны были видеть те редкие прохожие, попадавшиеся на пути.
Трасса не порадовала. Ехать приходилось почти «пешком». Но, хвала небесам, через час они добрались до окружной города. Здесь ехать будет получше. Можно немного расслабиться. Нет! Чёрт! Заднее колесо сильно занесло. Локи старался выровнять тяжёлую машину, но она всё больше уходила в пике, на центр дороги...
Волчица видела, как закружило её жениха, унося на встречку. Мозг пульсировал. Она хотела положить свою машину под его колесо, чтобы остановить вращение, но тут вылетает на всём ходу синяя старенькая иномарка и врезается в крутящийся мотоцикл...
- Не-е-ет! - кричит она сквозь шлем.
Резко останавливается рядом с Локи, бросая свой мотоцикл, на ватных ногах подходит к нему, скидывая шлем на дорогу, видя, как неестественно запрокинулась его голова. Шлем валялся в нескольких шагах в кювете. На левой стороне белобрысый «ёжик» обильно залит алой кровью. Трясущимися пальцами дотрагивается до его лица, но он не открывает глаза. Почему? Почему он не открывает глаза? Не смотрит на неё?
- Локи-и-и! - кричит она, хватая его за плечи.
Волчица не видит, как возле них собирается народ, из проходящих машин. Завыла сирена. Видимо кто-то вызвал полицию, но для неё сейчас это не главное. К Локи подходил мужчина в белом халате, трогает пальцами венку на шее.
- Почему он не открывает глаза? А? - тихо с широко открытыми от шока глазами девушка смотрит на него.
- Он мёртв, девушка, - холодно заключает доктор, отходя от них.
Его накрывают, сняв с тела рваную косуху. Она слышит всё, словно через наушники. Она что, оглохла? Осматривает окружающих, но все двигаются, как на замедленной пленке, в голове звенело, руки онемели... К ней подходит полицейский, она только видит, как он открывает рот, а голоса не слышит.
- Кому можно позвонить и сообщить о происшествии? - снова спрашивает полицейский.
Услышала вопрос.
- А? - она непонимающе смотрит на него. - Локи мёртв? - спрашивает у него, полагая, что доктор ошибся.
- Сожалею, девушка, - тяжело вздохнул офицер. - Почему он Локи?
- Лёня Веснин - Локи, - язык тяжело ворочается. - Я сейчас, - трясущимися руками достаёт из застёгнутого кармана мобильный, ищет в нём. - Вот. Это его мама, - показывает номер.
Полицейский записывает номер, возвращая ей телефон, отходит к карете «скорой помощи» о чём-то просит. Волчица кладет телефон в карман, но промахивается и он падает на асфальт, а она не заметила. Подходит медсестра, снимает с неё один рукав куртки, закатывает рукав толстовки, где-то выше локтя ставит укол. Не больно. Почему не больно? Света непонимающе смотрит на женщину. Медсестра помогает надеть обратно, застегивает куртку, а Лана продолжает смотреть на неё широко открытыми, ничего не понимающими, глазами. Зачем ей укол? А она всё сидит возле Локи, гладя его по голове, о чем-то шёпотом разговаривая с ним, только он ей ничего не отвечает.
Кто-то с истерическим криком подбегает к лежащему парню, опускается на колени. Его мать. Кричит, зовёт сына, но уже поздно, он ничего не сможет ей больше ответить. Её подняли за плечи. Его отец. Что-то спрашивает у Ланы, но в ответ только её широко открытые глаза с уймой вопросов, на которые никогда не получит ответов. Мужчина, видимо понял, что сейчас от неё ничего не добиться, оставил девушку и отошёл к сыну.
Сильные руки ласково подняли её, повернули к себе, прижав к холодной чёрной коже куртки, гладит по голове, что-то говоря, но она не понимает что. Поднимает глаза, полные ужаса, видя перед собой Бизона. Обхватывает его за талию, утыкается в его куртку и только теперь из глаз льются слёзы. Без рыданий, всхлипываний.
- Тоша, его больше нет, - говорит еле шевеля губами.
- Мы услышали по радио. Один тоже здесь. Шакал, Кот, Пашка, Варан. Много наших.
Лекарство, видимо, начало действовать и девушка начала оттаивать. Прижимаясь щекой к куртке друга, вцепилась в неё пальцами. Подошёл полицейский, спрашивая у Бизона:
- Она может говорить?
- Свет, ты можешь рассказать, что произошло? - ему кивнули.
- Лёня ехал в двадцати пяти метрах впереди меня. Мы ехали совсем тихо, а на этом участке он набрал скорость. Заднее колесо занесло и началось кружение. Я хотела положить свою машину, чтобы остановить крутящийся байк, но его выбросило на встречку, а тут иномарка выскочила... - слёзы потоком хлынули из глаз девушки.
Рядом с искорёженным мотоциклом уже не было байка Волчицы. Кто-то его увел на противоположную сторону дороги. Тела Локи тоже не было. «Скорой помощи» не было. Видимо она и забрала тело байкера. Её посадили в чью-то машину на заднее сиденье, по бокам сели Варан и Пашка, за рулём оказался Один. Путь до дома с этого места - всего тридцать минут. Бизон открыл входную дверь, отвел её в комнату, посадил на диван, Шакал вскипятил чайник, поднёс ей большую кружку горячего, очень сладкого крепкого напитка. Она пила. Обжигаясь, не чувствуя вкуса. У спинки дивана появилась подушка. Её уложили, укрыв пледом... С ней осталась жена Бизона, Нина.