Страница 38 из 67
- Не смотри на меня так, - покраснела и скрылась на кухне.
Локи слышал, как жужжит микроволновка, шипит электрический чайник, звенит посуда. Прошло минут десять, прежде чем он услышал:
- Локи, иди сюда.
- Локи я в группе, а для остальных - Леонид... Лёня, - «Чего я всё время глупо смущаюсь?» - удивлялся он сам себе.
Перед ним на столе появилась тарелка с гречневой кашей и котлетами. Рядом стояли пустые чашки. Ужинали молча. Каша ему понравилась, а котлеты оказались не покупные, а домашние и очень вкусные.
- Сама делала?
- Бабушка. Мне некогда. Много времени отнимает учёба...
- ... и тусовка в группе?
- Ну да.
- А родители?
- Они погибли почти два года назад, - она погрустнела.
- Извини, Лана, - сочувственно сжал её пальцы.
- Пока ещё боль не прошла.
- Ты всегда их помнить будешь, малыш, - он погладил ее пальцы.
- Давай не будем больше про меня говорить?
- Как скажешь, милая.
- Лучше расскажи про себя, если это не так грустно.
- Совершенно не грустно. Моё детство прошло в городе. Каждое лето мы с другом отдыхали у его родственников, где развлекались с их ребятами и девчонками. Милое место. Если друг разрешит, мы туда съездим.
- А родители?
- Они спокойно живут, отдыхая от меня каждое лето, - он снова ослепительно улыбался. - А вот тебя обожрал. Мне стыдно... наверное... - морда у него была лукавая.
- Ни черта тебе не стыдно, - легко усмехнулась Лана.
- Ты сейчас не похожа на Волчицу, скорее цветочек.
- С колючками, - рассмеялась девушка.
- Роза? Нет, незабудка - такую, как ты не забудешь.
Они оба свободно рассмеялись. Многие преграды исчезли. Они начинали привыкать друг к другу. Первый раз Лёня сидел с девушкой, словно не в своей тарелке, только потому, что она ему очень нравилась. Понимал, что пора сматываться, а не хотелось. Еда закончилась, чай тоже, разговаривать можно было долго, но за окном уже стемнело, а оставаться дольше неудобно... Впервые.
«Раньше оставался обычно на ночь, а утром меня уже не было, а тут до утра придётся ждать дома. Ну не набрасываться же на девчонку! А если у неё ещё никого не было? Ох, и дурь мне лезет в голову!»
- Малыш, мне уже пора, - он поднялся с табуретки - «А вдруг оставит?»
- Ну, что ж, раз пора, значит, иди.
«Не оставила...»
Он поднял косуху с пола, надел высокие ботинки.
- А где шлем?
- На байке.
- Так ведь его стащут!
- Поеду без шлема, - спокойно пожал он плечами. - Я завтра встречу тебя из института?
- Хорошо. К трём.
- О'кей? - он вышел из подъезда: шлем так и висел на руле. - «Никому-то ты не нужен».
Сел на байк и уехал в хорошем настроении, вспоминая Лану.
«Светка!» - ему стало тепло на душе. Ветер не так уже бил в лицо мелким снежком...
- У нас было всего три месяца счастья. Лёня был очень ласковым, нежным. Порой казалось, что оно никогда не кончится... - она замолчала, в горле образовался ком, не проглотить. - Говорил о свадьбе... - еле слышно прохрипела Лана.
- Света, успокойся, я понимаю, разворошили мы случайно нашу общую боль. Лёньку многие любили.
- Яр, я пойду домой.
- Прости, что расстроил тебя, - Яр слегка приобнял девушку, она вырвалась из его успокаивающих объятий, спешно уходя из дома.
Хлопнула калитка, промолчал Дон.
«Чёрт!» - Ярослав со всей силы ударил кулаком в стену - «Надо же было так вляпаться!» - потом опомнился: - «Не узнал, во сколько она собирается ехать завтра?» - кинулся за ней следом, вбежал во двор, старый пёс Джек его знал хорошо, открыл дверь.
Лана стояла посреди комнаты в слезах.
- Светочка, я не хотел... так получилось... - целовал её лицо, прижимая к себе. - Прости... прости... - он тяжело дышал. - Прости... я хотел только успокоить тебя. Чёрт! Лана, мне, правда очень жаль... Я пришёл узнать, во сколько ты завтра...эээ...уже сегодня...поедешь к бабушке?
- Автобус в девять утра.
- Я увезу. В девять, - и, не дожидаясь ответа, выскочил вон.
Лана провела по губам, которые только что целовал Яр. Нет. Так не должно было быть. Больше не будет. Как он посмел? Ведь Лёня его друг. Был другом. Но Лёни больше нет, слёзы снова застлали глаза. Она легла в прохладную постель, закутавшись в одеяло. Чего-то сегодня расклеилась совсем. Надо хоть немного поспать, Лана прикрыла веки и вскоре уснула.
В это время Ярослав тоже был взволнован. Маленькая девочка выбила его из равновесия, но её запах... Он вспоминал его, прикрывая веки, порыкивая от удовольствия. Застонал от от странности ситуации. Почему? Что с ним случилось? Отчего выворачивает все внутренности так, что их хочется развесить по вместо гирлянд? Хочется сорваться и, спать рядом с её кроватью на коврике... Холодный душ немного снял напряжение души и тела. Раздевшись до нага, Яр бухнулся в постель, назначив будильнику разбудить его через четыре часа.
В половине девятого он позвонил на стационарный телефон Лане, гудки шли, но трубку никто не снимал.
«Неужели сама уехала?» - со злой досадой рыкнул Яр, бросившись в дом соседки. Старый Джек встретил его легким порыкиванием, но пропустил. Дверь оказалась на замке. - «Как она сказала? Автобус в девять? Значит, только что ушла», - кинулся выгонять машину.
Он её в любом случае догонит. Дон меланхолично наблюдал беготню хозяина, лёжа на животе. Надавив на гашетку газа, внедорожник вылетел на почти пустую трассу, обогнув деревню, вгляделся в перекрёсток - автобус только что подобрал пассажиров на остановке. Целенаправленно поставил машину поперёк, выезда на трассу. Маленькому ПАЗику придётся остановиться. Он и остановился, правда, с матюгами из-за руля.
- Дверь открой! - приказал Ярослав водителю. Распахнулись узкие дверки, он влетел по ступеням, сразу же, помогая глазам носом, нашёл девушку, вымученно вздохнул: - Я же говорил, что отвезу тебя в больницу. Выходи, иначе автобус дальше не поедет.
Красная, как рак, Светлана вышла из автобуса под заинтересованные взгляды пассажиров, села в его машину, только тогда он освободил путь.
- Малахольный! - напутствовал Ярослава водитель рейсового автобуса, отъезжая.
Света сидела на пассажирском сиденье рядом с мужчиной, сгорая от стыда, что все знакомые, односельчане бабушки видели, как за ней подъехал Яр. Теперь слухов по деревне не оберёшься. Яр молчал ещё минут пять, давая ей прийти в себя. Поставив машину на обочине, негромко спросил:
- Почему ты уехала? - спросил, положив подбородок на руль, глядя в лобовое стекло.
- Я не знала, как себя вести после вчерашнего...
- Мне придётся тысячу раз попросить прощения, за невоздержанность, но раскаяния в словах не будет ни капли. Зная, какая ты самостоятельная, вновь хотел сказать, если я что-то предлагаю, то сделаю. Сказал, увезу, значит, увезу сам, - он внимательно посмотрел ей в лицо. - Я настолько противен тебе? Хотя... если ты узнаешь обо мне больше, сама не захочешь со мной общаться, - с досадой хлопнул по рулю, повернул ключ, мотор еле слышно заурчал, машина выехала на трассу.
Ожидал ли мужчина от неё ответа? Скорее, нет, чем да. То, что он теперь её не оставит в покое, тоже правда, но докучать не станет. Покупать байк, чтобы утвердиться в её среде тоже не будет. Просто он всегда будет находиться на расстоянии вытянутой руки, невидимый для девушки. И пусть она была невестой друга, да хоть невестой самого чёрта, он заставит её принять его, как своего мужчину... свою пару. Друга уже не вернуть, а она-то живая. Надо продолжать жить.
Света думала совсем о другом. Она запуталась в себе. После гибели Лёни прошло полгода. Может ли она снова идти на какие-то отношения так скоро? Правильно ли это? Яр ей понравился сразу и ночью понравились, пусть неожиданные, его утешительные поцелуи, но можно ли увлечься другом жениха? Да ещё этот номер с блокированием дороги... Ох... А почему же она должна вести с ним себя по-другому, если узнает, кто он такой? Он что, маньяк? Не похоже. А на кого похожи маньяки? Досадливо приветствуя параноидальные мысли в своей голове, не заметила, как машина подъехала к больнице. Надо было «надеть» улыбку на лицо, чтобы бабуля не догадалась о её мыслях. Яр сделал тоже самое.