Страница 3 из 17
Угрюмый кивок и пожатие цепкой кряжистой ладони твердой от не сходящих мозолей.
– Карабас.
Огненно-рыжий тип весь в веснушках, в глазах так и пляшут веселые бесенята, еще и рожу скорчил, со смеху умереть можно.
– Дима. Малышом кличут.
Этот глянул застенчиво и добродушно, сразу видно хоть и силен как бык, по жизни мухи не обидит.
Максима изрядно удивило лишь одно обстоятельство: все с кем он успел познакомиться, оказались вовсе обыкновенными парнями. Никаких рэмбообразных накачанных монстров, ничего суперменистого ни в манере держаться, ни во внешнем облике, самые обычные мужики со средним возрастом около тридцатника. Вовсе не такими представлял он себе профессиональных солдат удачи. Одно только выдавало род их деятельности – у всех худые спортивные фигуры, легкие, жилистые, без грамма лишнего жира, даже Малыш, как и положено прозванный так за высокий рост и суровую комплекцию и тот, движется легко и пластично, будто и не весит ничего. Макс уже встречал таких, там, в прошлой жизни. Именно из подобных бойцов и подбиралась дивизионная разведка двадцать седьмой мотострелковой дивизии, в которой много лет назад он зеленым курсантом проходил войсковую стажировку. Неказистые с виду, но способные бежать с грузом ночь напролет, выжимать из перевитого жилами тела максимум, справляясь с такими нагрузками, что и в страшном сне не приснились бы киношным Шварценеггерам, эти парни еще тогда прочно заняли место прежних, виденных в фильмах кумиров в голове будущего офицера. Как-то враз осознав кого ему напоминает «комитет по торжественной встрече» Макс неожиданно почувствовал себя дома, ну пусть не дома, но снова на своем месте, среди тех людей, что были такими же как он сам. И эта мысль неожиданно целительным бальзамом пролилась где-то внутри, смывая все страхи и беспокойства, порождая тихое умиротворение и полное довольство жизнью. Пусть он еще ничего не знал о них, не был для них в доску своим парнем, пусть долгий процесс узнавания и становления в новом коллективе еще впереди, но уже сейчас он понял и прочувствовал главное. Он был среди своих. Впервые за долгие годы. Наконец-то…
– Эй, Макс! – шепотом окликнули сзади, прерывая поток воспоминаний и возвращая обратно на грешную землю.
Он оглянулся на голос и встретился с вечно смеющимся взглядом Карабаса.
– Слушай, как лучше завтракать с пряностями или без? – пряча веселые искорки, так и сверкающие во взгляде, поинтересовался рыжий наемник.
– Лично я люблю завтракать бутербродами с сыром и запивать их кофе, – отрезал Макс, заранее чуя какой-то подвох, просто так Карабас рта бы не раскрыл, наверняка придумал очередную хохомчку, на которые был мастак.
– Причем здесь ты? – совершенно натурально выкатил в удивлении глаза Карабас. – Я про людоедов, которые ждут нас в джунглях. Ты как предпочитаешь, чтобы тебя приготовили сегодня на завтрак? С пряностями, или без?
– Пошел ты, придурок, накаркаешь еще! – возмущенно сплюнул Макс, ускоряя шаг.
– Ну вот, чуть что сразу придурок! – обиженно протянул за его спиной Карабас. – А я вот думаю, что лучше попасть на завтрак к людоеду сидящему на диете. К язвеннику, например. А то пока будут тебя шинковать чесноком, это же лишняя возня, да и перец с солью, наверное, жгутся.
Макс лишь осуждающе покачал головой, суеверно поплевав через левое плечо. Лично ему цель сегодняшнего похода вовсе не внушала присущего Карабасу шутовского оптимизма, а даже несколько пугала.
Люди с прииска начали пропадать вскоре после его прибытия, но сначала особого внимания на это не обращали. Мало ли куда могли подеваться, имеющие весьма своеобразное понятие о дисциплине черные работяги, может просто вкалывать надоело, вот и подались куда-нибудь в поисках лучшей доли, благо деревень вокруг полно. Да и в джунглях можно прожить, всяко не пропадешь, если ты черный конечно. Белые люди без провианта, оружия и снаряжения погибнут в этом зеленом море в рекордные сроки. Причем на выбор будет предоставлен целый букет причин для смерти, от экзотических, неизвестных современной науке болезней, до нападения животных и таких же, как и болезни малоизученных, но от этого не менее диких и агрессивных лесных племен. А вот местных черных ничего не берет, их даже вездесущие москиты не кусают, по крайней мере, сам Макс еще не разу не видел, чтобы рабочие на прииске подобно охранникам ходили в марлевых намордниках и постоянно размахивали руками, отгоняя мелких злобных тварей.
Так что вначале никто не забеспокоился, до тех пор, пока среди работяг не пошел глухой страшный слушок, вскоре долетевший до начальника охраны и воплотившийся в одном лишь жутком слове: «Кигани!» Начальник охраны, крепкий шестидесятилетний старик с выдубленным, будто хорошо выделанная шкура лицом и суровыми складками, глубоко залегшими у губ, внимательно выслушал своих информаторов, регулярно сообщавших ему о настроениях рабочих на прииске, но в ответ лишь недоверчиво прищурился: «Откуда вдруг взялись кигани? Их же полностью уничтожили еще по приказу президента Мобуту во время восстания семьдесят девятого года?»
Чернокожие агенты недоуменно пожимали плечами, но продолжали стоять на своем. По их версии развития событий выходило, что отряд воинов дикого племени людоедов кигани, обитавшего далеко в глубине непроходимых джунглей, во время очередного похода наткнулся на прииск и признал его неплохим источником постоянной кормежки. Прирожденные охотники и следопыты кигани без труда незамеченными проникали в поселок добытчиков и одного за другим похищали и съедали рабочих.
Вскоре страх перед прячущимися в джунглях людоедами полностью парализовал работу прииска, люди продолжали регулярно пропадать, и никакого разумного объяснения этому найти не удавалось. Следовало срочно предпринять какие-то меры, руководство Компании, содержащей прииск, интересовалось лишь объемом добычи танталита и вовсе не хотело вникать в местные проблемы, совершенно справедливо полагая, что обеспечение безопасности работ дело охраны, которой достаточно щедро платят. Если в очередной прилет на импровизированный аэродром в джунглях «Сессна» не заберет привычное количество танталита, то можно с уверенностью сказать, что к администрации прииска будут предприняты не слишком приятные меры, стимулирующего характера. Доводить ситуацию до этого, понятно, никто не собирался, потому начальник охраны, он же комендант лагеря собрал экстренное совещание, на котором присутствовали все белые сотрудники Компании, обслуживающие прииск, кроме тех, кто в тот момент нес охрану периметра, а также чернокожий гигант Мбонга – командир команды следопытов, набранных из местных уроженцев.
Собрались на свежем воздухе под огромным сплетенным из соломы навесом, хоть как-то прикрывавшим от немилосердно палящего, вечно стоящего в зените солнца. Макс удобно устроился на деревянной лавке в третьем ряду, рядом уселись Компостер и Малыш. Остальные наемники, тихо переговариваясь, рассаживались по своим места, незлобиво задирая трех контролирующих процесс добычи горных инженеров, отчего то считавших себя на голову выше наемных солдат удачи и потому постоянно ходивших с презрительно оттопыренными губами и задранными прямо к небу подбородками. Совещание открыл сам начальник охраны.
– Товарищи, – сухо откашлявшись, начал он. – Ну и господа тоже, куда же от вас денешься, – тут же добавил сварливо, поймав взгляд одного из инженеров. – Все вы знаете, что за последнее время на прииске сложилась нездоровая обстановка. Темпы добычи упали практически до нуля. Все мы понимаем, что это недопустимо и нам как минимум перестанут платить, если подобное будет продолжаться и впредь. Это ясно! Теперь о причинах, которые вызвали подобное положение. Вряд ли они для кого-то они являются секретом, слухи в лагере разносятся быстро. Но на всякий случай поясню: за последний месяц у нас пропали одиннадцать рабочих. Все исчезновения происходили в поселке, поскольку территория прииска достаточно хорошо охраняется, а на охрану поселка у нас просто не хватит людей. Рабочие считают, что поблизости появился боевой отряд воинов кигани и похищение людей их рук дело. Надо рассказывать, кто такие кигани?