Город

…Говоря о том источнике, из которого герои «Красного Бубна» черпают себе силы для сопротивления монстрам, очень хотелось бы поддаться красивому соблазну и сказать, что таким источником для них служит их православная вера, однако же на самом деле, хотя они и укрываются от бесов в деревенской церкви, защищаясь от них святыми иконами, движет ими, если говорить честно, все-таки не вера, а скорее всего – та невыносимая и мучительная боль за бесцельно прожитые годы, которая вдруг обжигает их изнутри, толкая хотя бы на какие-то значимые поступки, способные компенсировать все неосуществленные в течение прежней жизни мечты и стремления. «Мишка с ужасом подумал, что вся его жизнь зря. Ни одна его мечта осуществилась. Ни одно желание не исполнилось. Ничего интересного в жизни не было. Ни-че-го! Одно только пьянство, грязь, мерзость, драки и жалкие серые дни… Как же так?! Как же так получилось, что жизнь прошла так, что в ней не было ничего такого?!. Чем же он гордился всю жизнь? Что он защищал, когда мудохал обидчиков?..»

Не случайно, наверное, и ставший вампиром Колчанов считает себя вправе обвинять своих бывших односельчан в неправильности и неправедности их жизни, бросая в лицо тому же Коновалову слова о том, что: «Жизнь ваша никчемная! Зажились вы тут все! Пора вас кончать!» Да и вообще, хотя действия упырей и оборотней и вызывают полное отторжение, сами высказываемые ими обвинения кажутся не такими уж и несправедливыми, тут трактование роли нечистой силы Белобровым-Поповым смыкается с тем, которое придавал ей в «Мастере и Маргарите» Михаил Булгаков, выставивший эпиграфом к своему роману цитату из «Фауста» Гете: «Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Благо или не благо, но под словами, с которыми одетые в солдатскую форму оборотни издеваются над заночевавшими неподалеку от Красного Бубна музыкантами рок-группы «Собаки Лондона», могли бы, наверное, подписаться и многие из настоящих ветеранов Великой Отечественной.

«– …Кто будет дергаться – расстрел на месте! – сказал старик. Он вытащил из кармана клочок бумаги, развернул, посмотрел на всех строгим взглядом и стал читать. – Народный Комиссариат Внутренних Дел сообщает, что в деревню Красный Бубен бешеными собаками американского капитализма запущена летающая тарелка с экипажем шпионов-диверсантов, которые имеют задание разъезжать по России на машине и развращать нашу молодежь проамериканскими песнями…

– Да вы что! – не выдержал Валерка. – Какие мы шпионы?! Мы русские, как и вы!

Колчанов резко выкинул вперед руку и схватил Валерку за яйца.

– Русские?! – он приблизил свое лицо к лицу Валерки, обдав его смрадным запахом, и крутанул руку с яйцами на полтора оборота по часовой стрелке. Валерка взвыл.

– Русские так не воют, – сказал старик. – Так воют американские шакалы, которые называются у вас койоты! Это раз! Русские так не одеваются, так не стригутся, и от русских так не воняет дерьмом! – он ударил свободной рукой Валерке в глаз. – Русские пьют водку, а не курят дурь! – старик засунул руку Валерке под косуху и вытащил оттуда пакет с травой. – На, жри, падло американское! – он впихнул мешок Валерке в рот. Трава посыпалась на грудь. Изо рта у Валерки потекла зеленая слюна. – Русские не пишут таких песен: Ботинки-буги-ноги! А тем более их не поют! Русские поют песню: Расцветали-яблони-и-груши!..

Солдаты затянули «Катюшу». Колчанов одной рукой дирижировал в воздухе, продолжая другой держать Валерку за яйца. В конце каждого куплета он сжимал кулак, и Валерка истошно вопил.

– Вот как поют русские солдаты, – сказал он после песни. – И вот как воют американские шпионы в бессильной злобе им помешать! – он разжал руку, и Валерка повалился на землю без чувств. – Вставай, америкашка, – Колчанов пнул его ногой. – Если бы ты был русский, ты бы не валялся в грязи, как тварь, а сражался бы до конца за свои тухлые яйца…»

Таким образом, пускай даже и откровенно ерничая и вещая через уста служителей нечистой силы, но авторы «Красного Бубна» все же прямым текстом говорят своим молодым читателям о том, что им надо делать для того, чтобы не оказаться в положении несчастного рок-музыканта Валерки. Вспомни, говорят они, кто ты есть по духу, и сражайся за свои национальные ценности, а не паразитируй на пропаганде чуждой твоему народу культуры. Иначе – вместе с этой самой чуждой культурой заявится на твою землю всякая кровососущая нечисть и вместо ожидаемой благодарности ухватит тебя костлявой рукой за самое твое больное и уязвимое место…

В отличие от елизаровского «Pasternak’а» роман Белоброва-Попова «Красный Бубен» заканчивается полным поражением сатаны и гибелью его воинства. Однако это вовсе не означает, что он заканчивается победой тех, кто этому воинству противостоял, потому что, как ни крути, а бесу все-таки удалось за очень короткое время сформировать себе многочисленную армию, превратив в вампиров не только почти всех жителей Красного Бубна, но и население окрестных населенных пунктов, а также множество проезжавших мимо деревни автоводителей. Мало того, что в результате дьявольского нашествия оказалась полностью стертой с лица земли целая деревня вместе с находившейся в ней церковью, а ее жители превратились в омерзительных упырей, – в воронку событий оказались втянутыми еще и несколько военных самолетов из расположенной поблизости воинской части, которые тоже стали жертвами воздействия бесовской силы. Очень уж быстро управлявшие ими летчики поверили в ложные сообщения о выдвинутых против них обвинениях или же в измену самых любимых и близких им людей. А главное – за душой у каждого оказалось слишком уж много греховного багажа, через который сатане и удалось воздействовать на подавление их собственной воли, превратив каждого из них в послушное орудие своего античеловеческого замысла.

Все это показывает, что населяющие книгу персонажи все-таки так пока еще и не обрели в своих душах той истиной веры, которая единственная могла бы стать для них надежной защитой от всяких возможных в последующем повторений описанной в романе ситуации. Но если творчество Стивена Кинга показывает, что Америка уже даже в критические моменты не вспоминает о существовании Бога и не обращается к нему за помощью, то роман Белоброва-Попова говорит о том, поиск граждан России в аналогичных ситуациях направлен все-таки в сторону Церкви и Бога, хотя это пока и происходит по большей части на каком-то чисто материалистическом уровне. Герои хотя и укрываются от бесов в храме, но продолжают вести с ними борьбу теми же методами, что и герои Кинга, то есть – отстреливаясь серебряными пулями. Но сколько бы серебряных пуль они ни отливали и как бы метко ни стреляли, а «род сей», как сказано о бесах в Новом Завете, «побеждается только постом и молитвою», и ничего более действенного, чем наставления гоголевского деда Максима, русская литература пока своим читателям дать не может. А потому, пока герои современной нашей прозы не призовут себе на помощь гоголевского деда Максима из рассказа «Заколдованное место», чтобы тот крикнул во весь голос: «Ану-те, ребята, давайте крестить! Так его! так его! Хорошенько!» – трагедия Красного Бубна будет повторять себя в произведениях других авторов и количество жертв сатаны будет постоянно множиться. Тогда как, наверное, уже давно пришло время дать ему решительный литературный бой…

Александр Агарков

Город

Глава 1. Гости

Тогда я уже три месяца как жил в небольшом городе, который носил гордое название Кэрмот. И в общем он начинал мне нравиться, уютный небольшой дом, обустроенный по минимуму, улыбчивые соседи. Все настраивало меня остаться здесь, вести спокойную и размеренную жизнь. С профессией детектива я нанюхался пороху на долгие годы вперед, пора отдохнуть. Но все не так просто…

Я проснулся ранним солнечным утром и, сделав себе кофе, взял книгу и пошел в кабинет. Но все мои планы разрушил яростный стук в дверь. Открыв ее, я увидел на пороге двоих – угрюмого мужчину в потрепанных брюках, жилете, клетчатой рубахе и черных поцарапанных ботинках. Рядом стояла заплаканная женщина в домашнем платье, фартуке и старых балетках.