Страница 9 из 57
После того как мы заказали еду, а он все ещё со мной не заговорил, я не раз ловила себя на том, что пялюсь на его грудь. Взгляд в его сторону тоже казался импульсивным, и это почти злило меня. Не помогало и то, что в окрестностях бассейна я явно была не единственной, кто заглядывался на Блэка, даже учитывая ранние утренние часы. Солнцезащитные очки скрывали его странные глаза, и это предотвращало обычно недоумение в этих восхищённых взглядах. На деле, тугие мышцы его груди в сочетании с идеальным подбородком и хорошо очерченными губами привлекали долгие взгляды и мужчины, и женщин.
Честно, я не могла сказать, замечал ли сам Блэк.
Я не могла припомнить, когда в последний раз что-то подобное меня волновало.
И тот факт, что сейчас это меня волновало, одновременно раздражал и заставлял отдалиться от него. Какая-то часть меня хотела отбросить это, возможно, в надежде избавиться от непрошеного чувства.
В конце концов, я просто постаралась не смотреть на него.
В итоге Блэк взглянул на меня, как будто вспомнив, что я здесь. Слегка повернувшись, он бросил газету на столик передо мной.
— Вот, — сказал он. — Статья на первой странице.
Я вздрогнула, затем опустила глаза к газете.
Статья была на английском, но меня привлекли не слова. Скорее, это была фотография маленького почерневшего тельца, размещённая на первой странице. Я поморщилась, глядя на неё, но какая-то часть меня не могла не узнать, на что я смотрю.
— Это как та девушка, — сказала я, поднимая газету, чтобы посмотреть поближе. Все моё тело тут же напряглось, включая стиснутое горло. — Это Йен? — спросила я тихо, оглядываясь по сторонам. — Он убивает здесь?
Когда я подняла взгляд, Блэк смотрел на меня через зеркальные очки. Он выдохнул, пока я наблюдала за ним, и я видела, как напряжение частично схлынуло с его лица.
— Нет, — сказал он, разок качнув головой. — Я так не думаю. — Наклонившись поближе, Блэк постучал пальцем по колонке слов слева от фото. — Прочти это, док. Другой почерк.
Я просканировала напечатанное, выцепляя детали.
Ощущение тошноты тут же усилилось, а не ослабло.
— Дети, — сказала я и посмотрела на фото. — Это происходит с детьми?
Когда Блэк не ответил, я ещё раз оторвала взгляд от фото. Он наблюдал за мной; точнее, я предполагала, что наблюдал, учитывая, куда смотрели его солнцезащитные очки.
— Это не может быть совпадением, — сказала я, качая головой.
— Это и не совпадение, — он помедлил. — Ну, или я не считаю его таковым.
— Но ты не думаешь, что это Йен?
— Нет.
Я боролась с противоречивыми эмоциями. Мне не хотелось бы рассматривать идею о том, что мой бывший жених Йен убивает и поджигает тела детей, но по крайней мере, тогда дело ограничилось бы одним безумцем — известная переменная, так сказать. Я честно не хотела видеть Йена, ни при каких обстоятельствах, но я также не хотела, чтобы он убивал других людей просто потому, что я избежала смерти от его руки.
— Вот почему ты здесь? — спросила я, поднимая взгляд. — Потому что кто-то убивает детей?
Блэк кивнул.
— Да.
— Кто-то тебя нанял?
Блэк сделал уклончивый жест рукой, почему-то напомнивший мне птицу, склонившуюся в полете. Как и многие другие его жесты, этот был странным, но я уловила смысл.
— Более или менее, — добавил он, что было уже необязательно.
Нахмурившись, я позволила газете упасть на стол.
— Хочу ли я знать, что это значит?
— Ты сегодня узнаешь, — сказал он. — Я собирался познакомить тебя с несколькими людьми.
Я кивнула, чувствуя, как из-за смутности его ответов поднимается раздражение.
Мои глаза так и хотели вернуться к газете и обгоревшему телу, которое, как я теперь знала, принадлежало ребёнку. Мальчик, которого по их предположениям похитили из деревни возле Бангкока. Родители и трое братьев и сестёр звали его «Мии», что, согласно газете, означало «медведь». Ему было девять лет. В момент смерти ему развели руки, привязав к какой-то статуе. Название статуи мне было не знакомо, но газета утверждала, что она располагалась внутри одного из знаменитых храмов Старого Города, недалеко от того места, где Блэка удерживала полиция.
Поза с раскрытыми руками, присутствие религиозной статуи — это действительно напоминало смерть девушки, которую мы с Блэком нашли в подземном выставочном зале в Сан-Франциско.
В конце концов, она тоже сгорела, но её подожгла бомба.
Поморщившись от воспоминаний, я оттолкнула от себя газету.
Я не верила, что обстоятельства смерти этого ребёнка могли быть совпадением.
— Это не совпадение, — сказал Блэк. — Я уже говорил тебе.
Чувствуя, что он снова наблюдает за мной, я избегала его взгляда.
— Так ты собираешься мне сказать? — произнесла я наконец, твёрдо сосредоточив взгляд на бледно-голубой воде бассейна. — Что я здесь делаю, Блэк?
Поначалу он мне не ответил.
Когда молчание затянулось, я сдалась и повернулась. Он все ещё сидел лицом ко мне, хотя не видя его глаза через солнцезащитные очки, я не могла сказать, смотрит ли он на самом деле на меня. Я собиралась снова заговорить, когда вернулся официант и поставил передо мной тарелку фруктов и липкого риса — это все, с чем я могла сейчас справиться в плане еды. Ещё более желанным стал лимонный смузи и высокий стакан ледяного капучино, который официант поставил рядом с моей тарелкой. Теперь, с этими двумя напитками и ледяной водой, передо мной стояло три напитка, и я бы не отказалась ещё от трёх, даже не считая манго и риса.
Я чувствовала себя так, будто самолёт и горячий бриз на крыше здания вытянули из моего тела каждую каплю влаги.
Перед Блэком официант поставил деревянную тарелку со свиными и куриными шашлыками, а также миску какого-то другого мяса, смешанного с не знакомыми мне овощами, и второе пиво.
Я ничего не могла поделать с изумлённой улыбкой, растянувшей мои губы.
— Проголодался? — хрюкнула я, наблюдая, как он начинает вилкой стаскивать с шампура курицу, приправленную карри — предположительно, чтобы быстрее её съесть.
— Ты опять злишься на меня, док, — сказал Блэк тихим голосом.
Из-за солнцезащитных очков я все ещё не могла сказать, смотрит ли он на меня, но предполагала, что смотрит.
Вздохнув, я поборола очередной прилив раздражения.
Наблюдение, как европейская женщина двадцати с небольшим лет, с идеальным телом в кроваво-красном бикини, небрежно проходит мимо, не отрывая взгляда от груди Блэка, и нарочито медлит, чтобы наградить меня ненавистным взглядом… это тоже не помогало.
— Ты собираешься сказать мне, зачем я здесь? — спросила я, усилием воли подавляя своё раздражение. — Потому что я предпочла бы находиться в другом месте. Мёртвые дети — не совсем моя специализация.
— Я не соглашусь.
— Что ж, тогда это не то, над чем я хочу работать, — сказала я ещё резче. — Спроси Ника. Я ненавижу такую работу. Действительно ненавижу, Блэк.
— Ещё больше причин помочь мне, — сказал он, ни секунды не колеблясь.
Я стиснула зубы, когда блондинка с роскошной грудью снова прошла мимо нас, выразительно улыбаясь Блэку по пути к бару.
— Это из-за того, что я сделал? — спросил он.
Если он и заметил блондинку в бикини, я этого тоже не видела.
— …Только что, — уточнил Блэк. — В номере. Поэтому ты злишься? Или дело в чем-то другом?
Он помедлил ровно настолько, чтобы забросить в рот полную вилку куриного карри. Он действительно был голоден. Этот голод буквально исходил от него волнами, заставляя меня тоже проголодаться — ещё одна вещь, вызывавшая у меня вопросы, потому что эта штука с эхо уже случалась с нами ранее. Я почувствовала, что моё лицо заливает румянцем, вспомнив, когда я ощущала этот эхо-эффект наиболее интенсивно.
Выбросив это из головы, даже когда воспоминание неудачно смешалось с изображением обгоревшего ребёнка, я наблюдала, как Блэк жуёт. Даже так, моё лицо продолжало краснеть, и я чувствовала, как его взгляд становится интенсивнее.