Страница 40 из 57
Блэк прямо посмотрел на меня жёсткими золотыми глазами.
— Я понимаю это, Мириам. Правда, понимаю. Но все не так просто, и ты знаешь это, — когда я отвернулась, готовая возразить, он крепче сжал мою руку, вынуждая снова посмотреть на меня. — Не притворяйся, что ты не понимаешь. Я знаю, что понимаешь. Теперь, когда он знает, кем ты являешься, Солоника нельзя оставлять в живых. Даже если у меня не было бы других причин желать смерти этому мудаку… он не может покинуть эту страну живым. Не может.
Я покачала головой, поджимая губы в жёсткую линию.
После долгого молчания Блэк выдохнул, снова целуя мою руку.
— В любом случае, мы возвращаемся… вместе. Как можно, бл*дь, скорее, — сказал он.
Он посмотрел на меня, как будто желая получить моё согласие.
В этот раз я не посмотрела ему в глаза.
Глава 11
Под замком
Блэк не хотел меня оставлять.
Я чувствовала это наряду с его нерешительностью по поводу того, стоит ли ему идти на ту запланированную встречу с Андерсом. Его люди нашли четыре баржи, которые могли быть той, что я видела в сознании Солоника, но Блэк экстрасенсорно просмотрел все четыре и не сумел найти Пита.
Он утверждал, что причиной тому а) ни на одной из четырёх барж не держали Пита, а значит, баржу, скорее всего, переместили, или б) упомянутая баржа имела вокруг себя тот же экстрасенсорный щит, который Солоник поставил на квартиру, где держал меня.
Блэк сильно склонялся к варианту «б».
Он думал, что сможет проникнуть через щит с земли.
Проблема в том, что он не хотел меня оставлять.
Он также не хотел, чтобы я пошла с ним.
Он все ещё не дал окончательного ответа на вопрос, когда я ушла из его номера отеля на поиски еды, но я чувствовала, как он склоняется к тому, чтобы ненадолго уйти и хотя бы вернуть Пита. Блэк также думал, что если он не встретится с Андерсом лично хотя бы на несколько минут, это вызовет слишком много вопросов, но он считал, что если сначала вернуть Пита, то это сделает разговор с Андерсом более «интересным», как он сам выразился.
В любом случае, я понимала, что он не намеревается отсутствовать долго.
Честно говоря, уход Блэка вызывал у меня смешанные чувства.
Я не потрудилась объяснить ему, почему. Я знала, что если озвучу свои тревоги из-за Солоника, это, скорее всего, произведёт эффект, противоположный желаемому.
Я чувствовала, что Блэк с радостью ухватится за любой повод побежать к другому видящему.
За последние восемь часов или около того это чувство сделалось в нем более интенсивным. Так что мой сырой план дать Блэку «успокоиться» перед тем, как снова пытаться говорить с ним о Солонике, казался мне не очень-то реалистичным. Он не станет меня слушать, я это понимала. Блэка невозможно было уговорить, когда дело касалось данной конкретной темы.
Я спала с Блэком в его номере. Не в плане секса, но я спала, обернувшись вокруг него, положив голову на его грудь и переплетя наши ноги.
Я отказывалась испытывать смущение по этому поводу.
К счастью, Блэк списал и это тоже на фишки «видящих».
Он не стал возвращаться к теме секса, которую я к тому времени в любом случае оставила, но он также не стал спорить, когда я забралась на его королевских размеров кровать и настояла, чтобы он не спал на полу… или где-то ещё, если уж на то пошло.
По правде говоря, мне даже не пришлось его просить.
Блэк последовал за мной в кровать, когда я потребовала этого, затем едва улёгшись, более-менее раскрыл для меня объятия. После того, как я устроилась возле него в комфортной позе, он тоже устроился вокруг меня, по сути, позволяя использовать себя как очень тёплую мебель, поглаживая мои волосы и спину и разговаривая со мной, пока я не уснула.
Где-то в то время Блэк спросил моего разрешения, чтобы начать удалять те структуры, которые Солоник экстрасенсорно внедрил в меня. Он объяснил, что хочет как можно скорее начать работать над этим, поскольку Солоник сделал это отчасти для того, чтобы найти меня где угодно.
Признаюсь, это перепугало меня до чёртиков.
Это также заставило меня задуматься, как я сбежала.
Когда я озвучила этот вопрос, Блэк объяснил мне суть и вероятный принцип работы экстрасенсорного «щита», который, по его мнению, Солоник установил на подвал дома, в котором держал меня. Этот щит был причиной, почему я не могла дотянуться до Блэка даже тогда, когда Солоник уходил. Это все объясняло, учитывая, что я сумела вновь слышать Блэка, как только убралась из здания, но я все ещё гадала, как Солоник не почувствовал моего ухода.
Блэк сказал, что он, скорее всего, почувствовал, но находился слишком далеко, чтобы добраться до меня вовремя.
От этой мысли тоже пошёл мороз по коже.
Это заставило меня осознать, насколько мне повезло.
В любом случае, я определённо дала Блэку зелёный свет на удаление всего, что он найдёт.
Когда я первый раз проснулась следующим утром, Блэка рядом не было. Как только я почувствовала, что он все ещё внутри здания, я заснула обратно.
Когда я проснулась во второй раз, он был со мной, в номере.
Увернувшись от вопросов о том, где он был, когда я впервые открыла глаза, Блэк с драматичным хрустом пальцев и широкой улыбкой проинформировал меня, что он уже избавился от большинства крупных структур в моем «свете», по крайней мере, от тех, которыми Солоник мог воспользоваться для выслеживания меня. Блэк сказал, что «отголоски» все ещё оставались там (чего он не потрудился пояснить), но сами структуры, которые соорудил Солоник для удержания меня в экстрасенсорной хватке, существенно повреждены.
Однако Блэк предупредил меня, что я не могу покидать отель.
Он сказал, что Солоник все равно довольно легко сможет отследить меня в рамках самого Бангкока, через эти отголоски и структуры, которые он не полностью удалил. Он также забеспокоился, когда я рассказала ему, как много информации о моем прошлом и моей семье прочёл Солоник. Согласно Блэку, он также мог использовать эти сведения для отслеживания.
Все это меня нервировало.
По правде говоря, это вызывало у меня тошноту и чувство опасности даже здесь, с нависающим надо мной Блэком. Я чувствовала, что Блэк чувствует себя практически также, поскольку вопреки его заверениям, в ресторан на десятом этаже меня провожал вооружённый эскорт.
Пока я одевалась, а Блэк работал за ноутбуком, он напомнил мне, что люди тоже будут уязвимы перед Солоником. Он сказал, что его команда достаточно крупна и хорошо разбросана; численность — лучшая защита для преодоления способностей видящего, если верить Блэку. Теперь в Бангкоке находилось много его людей, наблюдающих за отдельными участками отеля. Он настаивал, что со мной все будет в полном порядке, и что он будет все время поддерживать со мной связь посредством экстрасенсорных способностей.
Блэк также заверил, что он будет отсутствовать менее часа, когда уйдёт.
В каком-то странном смысле весь этот разговор меня успокаивал, пусть даже просто потому, что Блэк сумел заставить меня вновь мыслить стратегически. Единственное, в чем мы действительно не могли прийти к согласию — это в том, как быть с самим Солоником.
Я вполне уверена, что дело в том, что я встречала самого Солоника.
Или, возможно — хотя эта мысль нешуточно меня беспокоила — это потому, что я все ещё в каком-то плане чувствовала Солоника через эти «отголоски», которые упоминал Блэк.
Какой бы ни была причина, я знала, что Солоник больше всего хотел бы, чтобы Блэк пошёл за ним. Он не просто надеялся, что Блэк придёт. Он активно на это рассчитывал.
Я также была уверена, что Солоник убьёт Блэка, если это случится.
Я тоже не знала, почему я так считала, но сильно это ощущала. Возможно, я верила в это потому, что в это верил Солоник, но какой бы ни была причина, я не могла отделаться от этого чувства. Солоник был старше Блэка, опытнее, безумнее.
Он дольше убивал людей.