Неоконченное дело

– Не могу в точности сказать, но двигался он по дорожке, которая ведет к дому.

– Вы встречали его прежде?

– Нет, не думаю, что встречал. Он мог быть просто случайно забредшим в усадьбу бродягой.

– Вы бы узнали его, увидев снова?

– Да. Вероятно, узнал бы.

– Здесь есть тихие углы, где он мог улечься спать? – спросил Биф.

– Летний домик. Он мог найти приют там.

– Ладно. Продолжайте.

– До завтрака я успел поработать в саду, – возобновил свой рассказ Уилсон, – как вдруг услышал что-то вроде визга, который издала в библиотеке Роуз.

– Что вы подразумеваете под определением «что-то вроде визга»? – спросил Биф.

– Ну, если угодно, это был вскрик, – поправил себя Уилсон.

– И что же вы сделали?

– Поспешил войти в дом и прошел в библиотеку. Девушка только что обнаружила убитого Бенсона. Она, конечно же, находилась в состоянии сильнейшего шока, а потому я вывел ее из комнаты и стал звать Дункана; затем вернулся в библиотеку. Любая девушка могла бы от такой сцены грохнуться в обморок. Столько крови повсюду. Крайне отталкивающее зрелище.

– Как скоро к вам присоединился Дункан?

– О, прошло, вероятно, всего несколько минут. Не могу сказать точнее.

– И это все, что вам известно?

– Да, больше мне добавить нечего, – ответил Уилсон.

Мне показалось необходимым узнать об этом молодом человеке немного больше, и, хотя Биф уже нетерпеливо закрыл блокнот, явно готовясь уходить, я обратился к шоферу.

– Какое образование вы получили? – спросил я его.

– Самое обыкновенное. Я окончил среднюю школу с техническим уклоном.

– Вы не выглядите особенно расстроенным происшедшими здесь событиями.

– Что я могу сказать на это? Меня они напрямую никак не касаются, сэр.

– Даже то, что вашего работодателя обвиняют в убийстве, тоже никак вас не трогает?

– Вы верно заметили – он мой работодатель. В моей личной жизни мистер Стюарт не играет особой роли. Если разобраться, я почти не знаю его.

– А что же играет особую роль в вашей жизни, если позволите поинтересоваться?

– Обычное выживание, стремление к лучшей доле, – без малейших колебаний ответил Уилсон. – Желание стать в этой жизни кем-то значительным, успеть увидеть хоть что-то интересное.

У меня мелькнула мысль: как раз такой тип людей я недолюбливал, но мне показалось разумнее промолчать. Зато Биф осознал, что не совсем закончил беседу, не задав еще одного важного вопроса.

– Кстати, – сказал он, когда шофер уже поднялся, чтобы удалиться, – по поводу истории о мистере Стюарте и миссис Бенсон. Что вы знаете об этом?

– Наверное, только то, что известно всем, – ответил Уилсон.

– А конкретнее?

– Люди якобы видели мистера Стюарта и миссис Бенсон вместе в его машине, встречали их на танцах или в кинотеатре. Здесь каждый слышал такие сплетни.

– А вы сами видели их вместе? – спросил Биф.

– Нет. Сам я не был свидетелем чего-то подобного.

– Тогда кто рассказал вам о них?

– По-моему, Дункан, хотя не уверен на сто процентов. Но, кажется, все-таки он.

– Стало быть, вас информировал Дункан, – произнес Биф, однако таким тоном, словно хотел показать, что у него имеется своя точка зрения по этому поводу.

Питера Феррерса нисколько внешне не обидело равнодушие к судьбе брата, проявленное слугой.

– Хорошо, Уилсон, – сказал он, – можете идти. Уверен, вы поставите нас в известность, если вспомните что-либо важное.

– Непременно, сэр. – Шофер вышел столь же стремительно и энергично, как прежде вошел в комнату.

– А как же повариха и вторая горничная? – только успел спросить я, но Биф уже принял окончательное решение.

– Не сегодня. Для одного дня информации с меня вполне достаточно. Имеются и другие дела в офисе. А к вам я вернусь завтра, мистер Феррерс, чтобы перейти к следующей стадии расследования.

Мне показалось, что Питер Феррерс испытывал к Бифу значительно больше доверия, нежели я сам. Он с улыбкой поинтересовался:

– У вас есть ощущение продвижения вперед, сержант?

– Да. Появились кое-какие соображения по разным поводам, – ответил Биф, надевая шляпу. – Со временем все обязательно прояснится.

Глава 6

На следующее утро я долго нежился в постели, обдумывая обрывки сведений, собранных нами накануне. У меня самого не родилось пока никакой версии, и я сомневался, что в этом намного больше преуспел Биф. Но, по-видимому, у полиции все же имелись веские основания арестовать Стюарта, о которых нам пока ничего не было известно. Тем не менее я определил для себя нескольких людей, на которых могло пасть подозрение, если же Стюарт окажется невиновным. Прежде всего те четверо, что провели ночь в доме вместе со Стюартом. Дункан, повариха и две горничные – никого из них нельзя было пока исключить из списка подозреваемых, каким бы невероятным ни представлялось их участие в совершенном преступлении. Уилсон тоже не мог привести своего алиби с ранних вечерних часов, а в его распоряжении имелся мотоцикл, который позволил бы ему в любое время вернуться к дому. Даже Питер легко мог снова добраться туда на своей машине. И что за странного бродягу встретил Уилсон на подъездной дорожке утром? Откуда он взялся? Я сделал себе зарубку в памяти выяснить у Бифа, установила ли полиция более точное время, когда был убит Бенсон. Кроме того, меня интересовало, считает ли сержант, что бродяга имеет какое-то отношение к делу.

Как раз в этот момент раздался телефонный звонок. Я снял трубку и услышал голос Бифа.

– Произошло очень важное событие, имеющее огромное значение для следствия, – сказал он.

В столь ранний час его напыщенная манера выражаться вызвала у меня только раздражение, и я резко спросил, что именно случилось.

– Тот дряхлый скелет, которого мы допрашивали вчера…

– Вы имеете в виду дворецкого? – уточнил я.

– Да, его, – ответил Биф и добавил: – Он наложил на себя руки.

– Что?! – Я буквально подскочил в постели и сел.

– Так и есть, – сказал Биф уже без выкрутасов, столь не любимых мной. – Его нашли этим утром. Повесился в кладовке, представляете? На нем была одна только ночная сорочка.

– Но почему же? – недоуменно спросил я.

– Как я догадываюсь, он все время носил ее вместо нижнего белья.

– Меня интересует вовсе не это. Почему он покончил с собой? – нетерпеливо пояснил я свой вопрос.

– Надеюсь, мы скоро все выясним. Когда вы сможете приехать ко мне?

– Отправлюсь, как только оденусь, – пообещал я.

– В особой спешке нет необходимости. Я даже еще побриться не успел. Жена отправилась в магазин за продуктами для завтрака. Питер Феррерс позвонил мне только что. Значит, полиция снова заявится туда нынче утром. Интересно, как они отнесутся к моему участию в расследовании?

– Кажется, вы восприняли случившуюся трагедию с редкостным спокойствием, – заметил я.

– Верно. Но разве я мог хоть что-то предпринять, чтобы предотвратить ее? До встречи.

И он положил трубку.

Я тем не менее торопливо оделся и едва ли потратил много времени на завтрак. При всем кажущемся равнодушии Бифа для меня это дело представлялось поистине необычным. Но когда я добрался до двери его дома, то был разочарован сообщением миссис Биф, что сержант все еще завтракает.

Я застал его в кухне с аппетитом поедавшим копченую лососину. Бифа можно было бы обвинить в любых грехах, но только не в небрежном отношении к потребляемой им пище. Если бы он мог так же тщательно препарировать и смаковать мотивы и улики в делах, как нарезал рыбу на ломтики, прежде чем отправить в рот, то из него действительно получился бы великий сыщик. И вопреки нетерпению меня невольно заворожил этот процесс, а потому я сел и пронаблюдал за манипуляциями Бифа, пока на тарелке не появился третий набор начисто обглоданных рыбьих костей, залпом выпита последняя чашка чая.

– Восхитительно, – сказал он потом, набивая табаком трубку. – Нет ничего лучше для завтрака, чем хорошо прокопченный лосось.