Страница 25 из 39
Аня сделала музыку в наушниках громче и уставилась в окно.
Живописные ландшафты вдохновляли. Виноградники и горы, пышущие той яркой и сочной зеленью, какая бывает в начале и середине лета и от созерцания которой просто хочется жить и радоваться. Что Аня и делала. Её ждут десять отличных дней. Главное - чтобы они не пронеслись быстро, как один. И именно к этому надо стремиться...
Пейзаж сменился: они оказались в пыльном городке с массой вывесок на английском и ещё каком-то, совсем Ане непонятном. Она пыталась вникнуть в смысл англоязычных табличек, читая буквы и вспоминая слова. Поскорее бы в номер... и поспать.
Они были в отеле примерно через час и ещё кучу времени занимались регистрацией.
Этим летом Аня впервые попала за границу. Прежде Сухановы ограничивались Крымом. Сначала не могли позволить себе изыски, потом строительство дома вытягивало и без того скудные финансы, позже у родителей совершенно внезапно получилась Соня - мама ходила беременная и обескураженная, а в первые годы после рождения малютки и слышать не хотела о самолётах. Аня всегда из-за этого злилась, а Стася бушевал, завистливо рассматривая Пашины фотографии с популярных курортов. Но сейчас, дорвавшись до вожделенного, Аня, увы, не могла утверждать, что Турция значительно лучше ЮБК. Или она уже переросла путешествия с семьёй?..
За три дня у них выработалось определённое расписание, примерно сохранявшееся и далее. Утром, после завтрака, Аня и мама водили себя и Стасю с Сонькой на пляж. Процедура обязательная, хоть и не самая приятная. Вода здесь холодная и мокрая, как шутила Аня, да к тому же ещё и слишком солёная - после этого открытия принцесса Авелилона пришла к выводу, что любит Чёрное море куда больше Средиземного. Но купаться полезно, и они неизменно таскались к берегу. А потом разбредались по территории отеля, распределяясь по бассейнам. Иногда пересекались с Полиной и Рустиком, но не так часто, как того ожидала Аня.
Вообще отдыхать с маленькими детьми грустно. Во всяком случае, для взрослой и приближённой к таковой стороны. Особенно если оные дети - невыносимые брат и сестра!
Ещё и месяца не прошло с тех пор, как они освободили Стасика из лап резиноворуких демониц, а Аня уже всерьёз об этом жалела. Нет, правда, когда ещё представится такой случай исправить ошибки родителей?! И природы. Если Соня - просто мелкая избалованная похитительница маминого внимания, то Стася - совершеннейший имбецил! По всем симптомам подходит: Аня в интернете посмотрела. И она ещё переживала за придурка, постиравшего свои плавки её дорогим шампунем, за храпящего кретина, мешающего существованию в номере, за идиота, который двинул Соню головой о бортик фонтана, за нахала, назвавшего маму дурой! Вселенная давала шанс, подарила Сухановым прекрасного клона, из которого можно было воспитать полезного члена общества. Нет же.
А мелкая? Она не спит без ночника. У Ани вот со светом уснуть не получается - и что? Коротышке мешает музыка в наушниках плеера. Она изорвала сборник сканвордов. Заливает ванную. Устроила скандал, потому что Аня схватила её полотенце. И на её кровать нельзя садиться: все грязные. А что началось, когда на пляже Аня хлебнула из сестриной бутылки... Да воды в каждом баре тонна!
Нет, это точно последний отдых с семьёй! Почти шестнадцатилетние принцессы Авелилона могут претендовать на самостоятельность.
Ещё и мама всё время норовит завести серьёзный разговор.
Анжела Суханова чувствовала, что с дочерью что-то не так. Она изменилась, и это тревожило маму.
В последний месяц Аня стала реже бывать дома, хотя до того сидела безвылазно. Постоянно общается с девочкой, о которой раньше и словом не упоминала. И болтает сама с собой. Мама не раз слышала. Да, Аня промышляла подобным в своих играх, но теперь это происходит с настораживающей регулярностью.
А вот с Анжелой Аня как-то враз совершенно перестала откровенничать. Больше не рассказывает о своих днях, о прочитанных книгах и мечтах. О новой подруге. Да вообще как-то неуловимо переменилась. И Анжелу это волновало. Но дочь упорно не желает идти на контакт. Запоздалый переходный возраст? Хорошо, если так...
Впрочем, отношение к брату и сестре всё ещё никак не свидетельствовало в пользу Аниного взросления...
Утром в понедельник, на четвёртые сутки сомнительного заграничного релакса, после завтрака и очередного скандала - Аня взбесилась оттого, что Соня в точности повторила её набор блюд и ничего при этом не съела, - Сухановы, как обычно, отправились на пляж.
Где-то в половине одиннадцатого Стас отпросился в зал игровых автоматов - конечно, чем ещё заниматься на море? - и примерно в одиннадцать мама и Соня тоже, слава богу, ушли, потому что мелкой хотелось к горкам в детском бассейне. Аня же так удобно умостилась на лежаке, пригревшись на солнышке и слушая в наушниках музыку, которая теперь никому не мешала, что желания вставать и рушить всю эту идиллию не возникло. И потому она осталась на берегу.
Море сегодня было спокойное и умиротворяющее. Лень обволакивала. Аня нежилась, наблюдая то за небом, застланным белыми затейливыми облаками, то за поверхностью, иногда покрывающейся лёгкой рябью из-за ветерка. Вот же чудесно, когда представителей семейства нет рядом. Приехать бы сюда самой... Или с Кристиной.
А как было бы здорово оказаться здесь с Никой... Или не здесь... Почему бы им всем не съездить вместе хотя бы на турбазу? Или просто на шашлыки? Почему с Никой (и Евгенией Витальевной) они всегда встречаются только по из ряда вон выходящим причинам? В корне неправильно. Придумать бы ещё, как это дело поменять...
Погружённая в размышления, Аня смотрела вдаль на горизонт, когда откуда-то вынырнул человек. Это удивило, потому что до того под водой никто не скрывался, и она стала следить за приближающейся к берегу головой, уже различая в ней женские черты. Что-то странное было в этом лице, нечётком из-за солнечных лучей, прямо бьющих в Анины затемнённые очки.
Вот пловчиха встала на ноги, выбираясь на сушу. Молодая женщина в полосатом раздельном купальнике, мокрые волосы верёвками лежат на плечах, а ладони она потирает, задумчиво оглядывая пляж. И опять что-то показалось Ане странным.
Отдыхающая, вероятно, нашла того, кого выискивала, потому что уверенно направилась к загорающему на топчане мужчине лет тридцати пяти, когда Аня сняла очки.
Уж повидавшая монстров на своём веку, она всё равно вздрогнула и даже чуть не вскрикнула. Теперь ясно: кожа незнакомки не просто бледная, она мертвенно-синяя. Аня вытаращила глаза.
Больше никто повышенного внимания не проявлял.
Пока принцесса Авелилона пыталась прийти в себя, страшная купальщица достигла цели, наклонилась и... оседлала лежащего человека, который будто этого и не заметил. Синюшная женщина изогнулась и впилась губами в его рот. Если бы не замогильный цвет дамочки, эта сцена была бы довольно откровенной и совсем неуместной для людного пляжа. Но сейчас Аня взирала на происходящее с ужасом.
Целуемый зашевелился, сел, прижимая одну руку к сердцу, другую - к горлу. Купальщица выпрямилась вместе с ним, не прерывая процесс. Загорающая рядом почтенная матрона, скорее всего жена, игнорируя любвеобильную утопленницу, обеспокоенно что-то произнесла на неизвестном Ане языке. В этот момент всё прекратилось, ирреальная женщина спрыгнула в песок, мужчина застонал, и его супруга кинулась помогать: поцелованный почти сразу потерял сознание.
А пловчиха с синей кожей спокойно пошла к воде. Разбухшие ноги уже коснулись моря, когда Аня побежала в её сторону.
- Эй! - окликнула она, но утопленница не сразу сообразила, к кому обращаются.
А когда поняла это, дёрнулась, отскочив и уставившись на Аню, которая в свою очередь застыла, не отводя взгляд. На заднем плане сомлевшего курортника пытались привести в чувство. Синяя леди таращилась на Аню, а Аня - на неё.
Утопленница шагнула вперёд - Аня отпрянула, чем окончательно убедила чудище в том, что ясно его видит.