Страница 98 из 106
- Как была, так и осталась хитромудрой аферисткой, ишь мага ей мало, деток припахала! Я ж тебя достану, если дети выдохнутся!
Дело двигалось на удивление споро, похоже Богинюшка сама им помогала. Стало понятно, что фигура Бастики явно сидела на чём-то, мужики разошлись искать подходящий камень, ничего не попадалось, кот опять фыркнув исчез в дальних кустах, долго там ворчал, потом крикнул:
- Нашёл!
Мужики с трудом вытащили большой камень, с одной стороны гладкий, как отпиленный. Примерялись поставить его, облазили всю площадку, и в какое-то мгновение камень попал на место. Что-то громко щёлкнуло, и камень встал намертво.
Через два часа утомлённый Тахирон скрепил последний камешек и перед нами предстала статуя сидящей Бастики. Женщина была как живая, необыкновенно красивая, выточенная искусным мастером, она казалось, просто присела отдохнуть. Все мельчайшие детали, такие, как складки платья, легкая улыбка в уголках губ, просматривались четко.
- Мамочка, вот только глазки у неё закрыты, - сказал Лучик и попросил Тахирона, - поднимите меня к ней!
Сидя на руках Тахирона, малыш дотронулся ручками до её глаз и попросил:
- Богинюшка, ты такая красивая, глазки открой, пожалуйста!
Сзади опять фыркнул кот:
- Открой личико, Гюльчатай!
Глазки резко распахнулись и уставились на кота:
- Договоришшшься! - ярко-зеленые глаза видели только кота.
Мы все немедленно опустились на колени, а кот... как всегда... - Ха, ежа голым задом испугать вздумала?
Ситуацию разрядила Любава:
- Ты совсем-совсем живая? А где твоя пантера?
Бастика повернула голову к нам:
- Встаньте все! Отныне, слышишь, Повелитель, здесь будет мой главный Храм Лиарда! Разрешаю восстанавливать и строить новые храмы по всей стране, но если мне не понравится где-то место, храм там не встанет! Объявите всем, что Лучезар и Любава находятся под моим особым покровительством, и никто не смеет даже пытаться как-то им навредить, гнев мой будет страшен! Вас, - она посмотрела на меня и Дима, - благословляю на детей, кмета и его град на добрые дела, ведовым добавляю силу ведовскую, Лесному хозяину спокойствия в лесах до того, пока не подрастёт смена твоя, а тебе... - она опять уставилась на кота...
- Барыня-котярыня! Милость яви...
Бастика вздохнула:
- Зин, как ты его столько лет выдерживаешь, я б давно прибила! Всё, я ухожу, достраивайте храм!
Статуя больше не говорила и не шевелилась, но глазки зеленые остались открытыми!
Я подошла к березке, деревце мое родименькое вполне освоилось и заметно подросло. Сказала кмету, чтобы приглядывались, если появятся сережки, пусть немного соберут, в Мачор передать, там есть места наиболее подходящие для березок.
А кот все бухтел...
- Стёпа, мы тебя любим, не шипи, - Лучик взял его на руки и что-то тихо шепнул на ухо.
Кот встрепенулся:
- А получится? А мама? Когда? - сынок опять что-то шепнул. - Ну, если папа, то, конечно, согласен, две команды болельщиков, и ваши не пляшут! - И, обращаясь ко мне, - не, ну я всегда знал - ещё когда они в животе у тебя были, что мои... мм... пардону прошу, наши дети - уникальные!.. Смотри, Луча, слово дал, назад не переиграешь! - ласково потерся мордой о его щёку и спрыгнул на землю, настроение у него резко повысилось.
Поклонившись Бастике, собрались уходить. Мужики пошли вперед, шумно обсуждая случившееся, а меня как кто толкнул в спину - оглянулась и остановилась...
- Зина, что? - Дим тут же оказался рядом.
- Смотри, мы к ней поднимаемся снизу, и она постепенно появляется перед глазами. Я не знаю, какой был у неё здесь Храм, но если сделать что-то ажурное, невесомо-летящее, то... каменотеса хорошего, светлый камень на стены и легкую крышу в необычном стиле...
- Понял, будем думать.
Кмет кашлянул:
- Ваше Величество, а ведь есть такой подходящий камень, месторождение, заброшенное ещё при вашем батюшке, а камень там дивно хорош, у нас кой- какие записи есть.
- Поподробнее расскажете у вас в кметстве, подойдем после перекуса.
- Ваши Величества, не обижайте город, всё уже готово, прошу вас, не отказывайте, отведайте нашего угощенья!
- Бабочка, красавица, кушайте вареньице, или вам не нравится наше угощеньице? - тонким голоском прочитал повеселевший и явно что-то замышлявший кот.
- От ить, брателло, како у тебя выходит забавно!
- Ага, массовик-затейник и кот Баюн в одном лице.
- Мама, ты нам про кота Баюна не рассказывала?
Кота же несло - начал читать:
"У Лукоморья дуб зелёный,
Златая цепь на дубе том.
И днем, и ночью кот ученый
Всё ходит по цепи кругом.
Идет направо - песнь заводит
Налево - сказки говорит..."
- А дальше?- спросили детки, кот, нисколько не смущаясь, сказал:
- А дальше мама пусть рассказывает, я помню только про кота.
- Именно что, верхушек нахватался, кот ученый!
Так вот всю дорогу и пришлось два раза прочитать про Лукоморье, не только дети, взрослые слушали.
- Да, славно како писал мущщина!
- Мущина был великий русский поэт.
- Зинуша, ай ещё чего вспомнишь?
Вот и читала, что помнила из Пушкина.
В Тилье же... пока мы "отведали угощеньице", весь город высыпал на главную улицу - всем хотелось увидеть Повелителя с семьёй. Дим оставил нас у женщин, а сам с кметом, Тахироном, Антипой и котом пошел осматривать городские достопримечательности.
Конечно же, все зависли в спортцентре. Там пристроили трибуны, сделали раздевалки, добавили футбольное поле, и Повелителю жутко захотелось поиграть в футбол - мужики в душе всегда мальчишками остаются, набегались и накричались от души. Кот же, зараза такая - (Антипа в сердцах кричал: "Зараза такая, не подсуживай имя!") судил, непредвзято... в пользу Тильи.