Страница 5 из 106
И исчезла, и все бунтовщики точас и в пыль обратилися. Мы-то убитых да ранетых начали выносить, уж больно в храме-то дух тяжелый стал, вот все как вышли, он, храм-то и рухнул, да прямо на мелкие камни и рассыпался. Мы-то потом узнали ужо, что, кроме барсовых владениев, везде, по всему Лиарду храмы-то и рассыпалися. Вот тогда и погрузилися все в траур, Богинюшка наказала. А барсовые с той поры в храмы Богинюшкины людишек-то и не пускают, они-то и не против бы, а какая-то стена не дает людям-то в храм войтить. Вона как, бунт отразился. А в Лиарде сколь не пыталися храм хоть один возвести Бастике, рушилися, сейчас-от не знаю, может и сменила гнев на милость Богинюшка, надо вот Пола попытать, я ить не при делах! А кошек тогда совсем мало осталося в миру-то, да и плодиться они стали мало, видать тоже обида большая на людишков-то у них завелася.
ГЛАВА 3
- А вот вы-то как оказалися у нас в миру?
- Да, случайно, ошиблись ваши маги или кто там ещё, стопроцентно. Мы со Степкой ездили на базар, есть у нас недалеко село, где по четвергам базар бывает, и цены подешевле, и выбор хороший. Степа в машине сидел, а я прикупила и вещи, и кой чего поесть, приехали домой, Степа уже возле крыльца был, а я с сумками сзади шла. Возле лица какая-то паутина зависла, голубоватая, я отмахнулась рукой, а она возьми и прилипни к лицу, поставила сумки и полезла за платком, и не смогла руку поднять, как онемела она, паутина как живая по мне поползла. Соседка цветы поливала, я ей шумнула, чтобы меня из шланга окатила - на улице-то под сорок жары, а вода как бы о щит какой-то ударяется, на меня ничего не попадает. Вот тут я запаниковала, а паутина, облепив всю, начала как бы в воронку закручиваться, все мельтешит перед глазами, куда-то проваливаюсь, и сверху на голову сваливается кот, сознание отключается. А очнулась уже на полянке, кот надо мной слезы льет и не мяукает, а человечьим голосом причитывает, что пропадет без меня. Представь: все кружится перед глазами, страшно болит голова, и как довесок - говорящий кот. Впору опять отключиться. Кой-как собрала себя в кучку, полусидя воду пью, кот у меня догадался лапой подкатить бутылку с водой, а тут из ниоткуда появляется нечто - какая-то непонятная фигура из палок и сучков с зеленой паклей на верхней части и чего-то то ли скрипит, то ли квакает, а видя что мы не понимаем, тянет ко мне свои сучки, обхватывает голову, и опять я уплываю от дикой боли в голове. Оказывается, это мне так в голову вкладывали умение ваш язык понимать. Пол потом уже объяснил, что такое действие безболезненно обычно бывает, а когда кот запрыгнул в эту воронку мне на голову, чего-то при переносе сбилось, отсюда и дикая боль в голове, ну и плюс мой возраст. Вот все и наложилось. Когда опять очухалась, слышу, Степа шипит, ругается на Пола, типа что всех уроет, а тот ему объясняет про этот перенос-переход. А обличье Пол уже человеческое принял, он так сучками-палочками нашу реакцию на него проверял, потом он нас сюда привел, на твою полянку-вотчину. То что я здесь по ошибке, сомнений не вызывает, зачем здесь шестидесятилетняя пенсионерка, которой жить-то осталось не так и много, Пол обещал найти того шутника и вернуть меня назад, я так домой хочу! Только вот сказал, быстро не получится, с половину нашего года надо подождать, будем надеяться, время быстро пройдет.
- Ай тебе туточки не пондравилося? Ить красота кругом!
- У нас говорят: в гостях - хорошо, а дома лучше. Да и мир ваш, магический для меня чужой, магии во мне быть не может, все чуждое, я уж лучше домой, в привычное свое существование.
- Ну, как Богинюшка решит, так и будет!
- Ты же сам говоришь, что осерчала она на ваш мир, неизвестно где сейчас, да и кто я такая, чтобы Богиня ваша вдруг мной озаботилась, это ты, Антипа Веремеич, загнул!
- А и не загнул, Глаз-от вам открылсси, а он ить только тому, кому Богинюшка доверяет, открывается, тако завсегда было.
- Глаз - это озерцо, что ли? - спросил Степа. Антипа зашипел не хуже кота.
- Озерцо, охальник ты, это озеро испокон зовется 'Глаз Бастики', и мало кому оно показывается, а тебе ещё и мужескую силу вернуло. А и Зинуша помолодела от водички-то, сама-то ай не замечаешь?
- Да ладно, жиры спали, сама бодрее себя чувствую, но чтобы помолодеть... спорить не будем, каждый при своем останется.
Так вот и летели наши дни, банька получилась на славу, поляну пересекали выложенные камушками дорожки, везде были цветы, к озеру, которое теперь в точности соответствовало своему 'прозванью', тоже выложили дорожку, а по обеим сторонам уступами сбегали к самой воде разноцветные кустики и цветы. Вечером по всей окружности стоял необыкновенный аромат, почему-то много цветов пахло особенно сильно к ночи. Муська теперь постоянно жила у нас, ходила за котом как привязанная. Ну, если быть честной, то кот ездил на ней постоянно. Я сшила небольшую сидушку, чтобы кот её когтями не цеплял, вот они и совершали прогулки. Пол появлялся редко.
- Он ить, хозяин лесной, у него делов-то много, да и как-то неспокойно стало, вот он и проверяет свои владения. Испокон веков у него с правителями Лиарда уговор, они поддерживают друг друга завсегда. Был когда-то в лесах мор сильный, завелись ядовитые гусеницы, что сжирали всю листву у больших деревьев за день. Пол с ног сбилсси, дак Иллевар-то, правитель тогдашний, магов со учениками на подмогу прислал, они только и справилися с напастью. Ну и Пол в долгу не остается, только вот жалилси мне, что устал, сколь уж веков все на хозяйстве, а передать и некому. Ждет он свою, слово такое мудрёное, ну кому все передаст, дак ведь не родилася ещё она.
- А почему она, может он?
- Не, ему виденье было, что будет дева, рыжая, с темными глазами и большим даром врачевательским, будет она помогать всем - и растениям, и людям, и животным, только вот когда, рыжие-то у нас, ой редко рождаются, все больше темноволосые, вот у нас, ведовых, еще светленькие рождалися, а сейчас, поди, тоже мало, сильно много полегло наших-то. Я Муську послал с запискою, чтобы явилсси на баньку, да веничков принес, ой уважу старика! С тебя пироги и квасок, ой славно попаримсси!
Банька стала для Антипы большой радостью, он по три-четыре часа парился, ухал, охал, а потом с блаженной улыбкой сидел на лавочке и говорил что, "как заново родилсси".
Муська явилась через два дня, груженая вениками из местного аналога нашего можжевельника и чего-то типа дубовых листьев. Записка гласила, что будет к концу недели.
Суета началась с утра, - "какжеть, надо товар лицом показать!" Ближе к вечеру все было готово, но Пол чего-то задерживался, и Антипа, не утерпев -"парок первай - самый сладкий", убежал париться. Мы с котом сидели на крыльце, когда как всегда из воздуха появился Пол, да не один - молодой темноволосый, крепенький такой, как гриб-боровичок, чем-то явно сильно взволнованный мужчина, шел рядом с ним. Пол издали расплылся в улыбке, а Антипа, выскочивший из баньки в одних портах, заорал:
- И где ты шляесси, я весь пар выхлестал ужо!
Мужчина споткнулся и замер, неотрывно глядя на красного, распаренного, с торчащими во все стороны волосами, Антипу.