Страница 23 из 41
Ник угрюмо улыбнулся:
— Потому что я заслужил такое к себе обращение.
— Забудь это, — она тепло улыбнулась ему. — Как тебе стало известно, что Кэтрин Трамелл видела твоё дело?
— Очень просто. Она знает обо мне всё то, о чём я рассказывал только тебе.
Бет Гарнер покачала головой, будто не доверяя кому-то:
— Она должна из себя что-то представлять. С клинической точки зрения, я имею в виду.
— А какая она была в школе?
— Я мало её знаю. Хотя она заставляла меня содрогаться.
Ник распахнул огромную стеклянную дверь здания главного управления:
— Содрогаться? Но почему?
Бет поёжилась. Было довольно сложно сказать почему: то ли от холода, то ли от своих воспоминаний.
— Я… Я даже не знаю, почему. Это было так давно. Я и вспомнить-то не могу, почему.
Они остановились около её автомобиля.
— Ник, тебе нужно немного отдохнуть. Пообещай мне, что сделаешь это.
— Обещаю.
Она быстро и нежно поцеловала его в щёку.
— Ну вот и хорошо. — Она принялась рыться в поисках ключей от машины, нашла их и открыла дверцу. — Иди домой, Ник. Несколько часов поспи. И ты будешь чувствовать себя намного лучше.
Но было нечто другое, чем он мог заняться сразу после их прощания и что наверняка улучшило бы его самочувствие и настроение.
— Бет, я совсем не имел в виду то, что сказал тебе. Сказал о…
Она подняла руку, чтобы остановить его:
— Конечно, это так. Я уже не девочка, Я способна такое выдержать.
— Бет…
— Иди домой, Ник.
Он стоял на парковочной стоянке и ждал, пока она не уедет. Он не пошёл домой. Он дождался, когда она пропала из поля зрение, затем отправился разыскивать Гаса, чтобы разделить с ним тарелочку чистого холестерола и ожидать того, что будет слышно в главном управлении.
В девять часов Ник решил, что Андруз, должно быть, уже появился в своём офисе.
Когда он вошёл в комнату, которую занимал отдел по расследованию убийств, Уокер с явным неодобрением наблюдал за ним из собственного офиса. Его взгляд был красноречив. Он вопрошал: какого чёрта ты здесь делаешь?
— Вот пришёл очистить свой стол, — крикнул ему Ник.
— У тебя, Ник, есть на это пять минут, — выкрикнул ему в ответ Уокер. — А потом убирайся отсюда к чёртовой матери.
— Ладно, нет проблем. — Он надеялся, что являет своим видом картину полного смирения.
Андруз сидел за своим столом, что-то неистово печатая, наполняя значением какие-то записи, сделанные в блокноте, лежавшем рядом с пишущей машинкой.
— Как дела, Сэм?
Андруз взглянул на Ника с преувеличенным подозрением:
— Как дела, спрашиваешь? Дела идут хорошо, Ник. А ты как? Ты, похоже, закончишь свою работу в департаменте полиции Сан-Франциско с записью о психической неполноценности.
— Это приобретённый здесь же талант, — ответил Ник, лёгким шагом направляясь к рабочему месту Андруза. Он бросил взгляд в сторону отдельного помещения Уокера и понизил голос. — Ты что-нибудь откопал про её родителей?
— Ты в отпуске парень, — прошептал Андруз. — Ты в отпуске по психическим показаниям. Не исключено, что я сейчас разговариваю с сумасшедшим, предполагаемым кретином.
Ник усмехнулся:
— Ну, вот ты и знаешь, что я кретин, Сэм. Так что ты откопал?
Андруз бросил взгляд на Уокера, затем опустил глаза на свои записи:
— Лодка взорвалась. Там была утечка топлива и ещё две записи о предыдущих ремонтах. Было оформлено два страховых полиса на Трамеллов, жирненьких таких полиса, по пять миллионов каждый. Проводилось расследование. Не нами, но страховой компанией. Они выслали частных детективов на место происшествия; очень уж им не хотелось платить десять миллионов. Но ничего неожиданного вскрыто не было. Ничего… Дырка от бублика… Страховой компании пришлось утереть себе нос и заплатить. Так что наши с тобой премиальные составляют лишь несколько центов. Это был несчастный случай. Это — официально.
— А неофициально?
Андруз пожал плечами:
— А сам ты что думаешь?
— Итого она получила десять миллионов баков. И что? У неё уже есть десять миллионов. Так что сделала она это не ради страховки. Она сделала это ради удовольствия от волнения, — добавил он про себя.
— Эй, парень, послушай сюда: она вообще этого не делала, и это ясно, как и то, что Земля вращается вокруг Солнца. Запомни это.
Ник кивнул:
— Я постараюсь.
— Карран!
— Я уже ухожу, Фил, — крикнул Ник.
— Загляни ко мне, прежде чем уйдёшь.
— Обязательно, — любезно ответил Ник. Он прогуливающимся шагом зашёл в уокеровский офис и закрыл за собой дверь. — Что случилось, Фил?
— Я никогда не поверю, что ты вдруг превратился в «хорошенького парнишку Ника Каррана». Я никогда на это не куплюсь, Ник. Я знаю тебя слишком хорошо.
— Я просто человек с хорошими намерениями, Фил.
— Ну, вот и спасай их. Слушай, Внутренняя служба собирается поговорить с тобой относительно Нилсена. Они проводят расследование. Мы — нет. Это их собственное расследование.
— Это придурки заботятся о своём, так? Поправь меня, Фил, если где-то я буду не прав. Но это убийство, а убийство есть убийство. А с каких это пор Внутренняя служба занимается их расследованием?
— Ну вот, теперь я вижу перед собой того Ника Каррана. которого хорошо знаю. — Уокер покачал головой. — Я не собираюсь спорить с тобой, Ник. Это не моё дело, да и не твоё тоже. Просто следуй инструкциям: сделай всё возможное, чтобы, когда люди из Внутренней службы захотят с тобой встретиться, они могли без особого труда тебя отыскать. Находись подальше от волнений разного рода и поближе к Бет Гарнер. Это поможет тебе в оценке.
Ник сложил руки на груди.
— Она убила его, — резко сказал он.
— О, Бог мой. Ты, действительно, помешанный! Теперь обвиняешь в убийстве людей Бет!
— Не строй из себя недоумка, Фил. Я говорю вовсе не о Бет, я имею в виду Кэтрин Трамелл. Она убила Нилсена.
— Неужели?
— Угу, именно так. Она его убила. Это является частью её игры.
— Её игры. Сначала ты обвиняешь её в том, что она купила твоё личное дело. Сейчас ты инкриминируешь ей убийство Нилсена. Сделай мне доброе дело, сделай доброе дело для себя же самого — забудь её. Ладно? Уйди куда-нибудь. Погрейся на солнышке. Вычеркни её из своей памяти.
— Ну, ты ведь не покупал моё дело? Она знала, что никому больше оно не нужно. — Он улыбнулся и кивнул, похоже, самому себе. — Тебе, действительно, следовало бы восхищаться ею, и ты это знаешь. Она всё знала наперёд, прямо как какая-нибудь из её проклятых книжонок. Она сама создала всё происходящее. Она знала, что я заявлю, что она это сделала. И она знала, что никто другой не будет покупать моё дело.
Уокер смотрел на него, в его взгляде можно было прочитать нечто вроде жалости.
— Она свернула тебе мозги, Ник. Держись от неё подальше.
— Угу, — беспечно произнёс Ник. — Нет проблем. Я ведь теперь не у дел, в отпуске… Так? Так что тебе нечего беспокоиться.
Глава двенадцатая
Ник держался вдали от беспокойств почти пятнадцать минут — ровно столько времени, сколько ему пришлось затратить на то, чтобы прорваться сквозь обычное для часа «пик» движение от здания главного управления полиции до собственной квартиры. Само беспокойство, воплощённое в человеческое обличие — Кэтрин Трамелл, — сидело на нижней ступеньке парадного входа в его дом. Её чёрный «лотус» был припаркован рядом у тротуара.
— Я слышала о том, что произошло, — произнесла она с улыбкой, пропавшей ещё до того, как та могла показаться насмешкой. — Ну, и как чувствует себя Стрелок без своего ружья?
Ник был не в том настроении, когда его можно было дразнить. Он редко бывал в том расположении духа, когда его можно было поддразнивать.
— А от кого конкретно ты это узнала?
— У меня есть адвокаты, у них есть друзья. И у меня есть друзья. На деньги можно приобрести множество адвокатов и друзей.