Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 100

- Может подаришь мне удовольствие танцевать с тобой?

Парень наклонился ближе, чтоб мне было слышно сквозь музыку.

- Извини, я слишком устала, - я скорчила извиняющуюся гримасу.

- Недотрога, - усмехнулся приятный незнакомец.

- Вовсе нет!

- Меня Юра зовут, - он протянул мне руку.

- Диана, приятно познакомиться, - пожала я его пальцы.

- Красивое имя, как у принцессы. И мне приятно, - блеснул глазами под маской новый знакомый. – Как тебе здесь? Часто бываешь?

- Впервые. Мне очень нравится.

Мы неспешно говорили о клубе, когда к Юре подошел призрак оперы. На самом деле на призрака указывала только характерная маска, одет он был в черные джинсы и черную рубашку, расстегнутую на груди.

- Здесь скучно. Зря пришли, ее нет.

Юра отвернулся к другу, а я уставилась на танцпол. Несмотря на громкую музыку, мне был слышен их разговор.

- Или ты просто ее не узнаёшь, - ответил Юрий.

- Серьезно думаешь, что она растворилась бы в таком обществе? Тогда ты полный кретин. Здесь бы эта оборванка точно была бы белой вороной.

Голос парня сочился таким презрением и злостью, что мне стало даже обидно и за кретина, и за оборванку. «В этом обществе!» - мысленно передразнила я. Богема, епта. Но встревать в разговор было невежливо, и я прикусила язык.

- Забудь о ней сегодня, - Юрий никак не отреагировал на «кретина», - Тебе надо познакомиться с нормальной девушкой, красивой и обаятельнй. Позволь тебе представить такую. Диана. Это мой друг, Иван.

- Издеваешься?! – вспылил Иван, а Юрий непонимающе нахмурился, - Именно так зовут эту самоубийцу, покалечившую мою машину! Мерзкое у тебя имя! – повернулся ко мне.

Я похолодела. Таких совпадений не бывает. Юрий Дмитрин и Иван Царев? То-то мне показалась знакомой манера речи. Я медленно повернулась к дьяволу моей жизни. Тот пристально осмотрел меня с ног до головы, остановившись на глазах. Я увидела, как он прищурился под маской.

- Забыл, - хлопнул себя по лбу Дмитрин и тоже повернулся ко мне, - Прости, просто у моего друга неприятные ассоциации с именем Диана, ничего личного.

Я его не слушала. Мозг лихорадочно искал пути отступления. Иначе вот тут и случится расправа над несчастной неудачницей. По-другому просто не могло произойти. Карма настигла меня.

- У случая потрясающее чувство юмора, - протянул он. Очевидно, не только я узнала своего врага. Я спрыгнула со стула, но Он был проворнее. Преградив мне путь, Царев больно схватил меня за локоть. – Не так быстро, камикадзе. Юр, организуй нам медляк.

Юра наконец понял, с кем познакомился. Рассмеявшись, он выдавил, что быть этого не может и подал какой-то знак бармену. Тот в свою очередь маякнул ди-джею и тут же по клубу полилась медленная мелодия. Танцующие растерянно оглядывались, а Царев потащил меня в центр танцпола. Я упиралась изо всех сил, но это было все равно, что тягаться с поездом. Дотащив до нужного ему места, Царев резко развернул меня к себе. Я уперлась руками ему в грудь, чтоб не столкнуться лбами. Вернее, лбом моим и его подбородком. Несмотря на высокие каблуки, я все равно была значительно ниже. Царев с самым настоящим омерзением посмотрел на мои ладошки на его рубашке. Я переборола желание немедленно их убрать и стала давить ему в грудь в надежде расширить разделяющее нас пространство, но тот злобно усмехнулся и, схватив чуть выше талии за ребра, сделал шаг вперед. С трудом справившись с ногами, я отступила. Едва я поймала равновесие, этот танк отступил, передвинув и меня. И снова шаг на меня, слегка меняя угол.

Этот тип вальсирует со мной?! Что он себе думает? Я решила поддаться  и узнать это. Все равно вырваться не было никакого шанса. Надо усыпить его бдительность, а потом бежать так далеко, как только смогу. Иначе именно здесь и закончится моя жизнь. Вон как глазами сверкает, ирод. И на ребра давит с такой силой, что вот-вот раздавит. Едва дыша и ежесекундно ожидая услышать предательский хруст, я смотрела на его лицо. Вырезанное изо льда, оно пылало злостью. Ноздри раздуваются, а губы плотно сжаты. И почему он молчит? Где обличительные речи, уничижительные эпитеты в мой адрес? Ждет признания вины? Не дождется. Мы кружились все быстрее, следуя мелодии, буравя друг друга взглядами. Нет, не друг друга, но враг врага. Как же сильно я его ненавижу! Он превратил мою жизнь в настоящий ад! Из-за него я испытала больше унижений, чем за всю жизнь до него. Постепенно его хватка ослабла, и теперь уже я держала его за грудки, сминая в ладонях ткань его рубашки. Подонок! Делая шаг вперед, я надеялась отдавить ему ногу, но он ловко отступал, позволяя мне вести несколько тактов, чтоб потом перехватить инициативу и закружить еще быстрее. Мир вокруг превратился в размытое пятно. Я видела только серые глаза, пылающие такой же ненавистью, как и мои. Для удобства я переместила свои руки ему на плечи, сохраняя дистанцию. Его хватка ослабла, и я боялась упасть на очередном повороте. Мы кружили целую вечность. И хоть мы молчали, глаза наши кричали.

Ненавижу его, эти стальные глаза, хмурые брови, острые скулы, раздувающийся в бешенстве нос, упрямый подбородок и извергающий оскорбления рот. И какого черта я танцую с ним?! Как будто и ему пришла в голову эта мысль, он вдруг остановился. На секунду мне показалось, что он сейчас меня либо задушит, либо поцелует. И ужаснулась обеим перспективам. Песня кончилась, и я с силой его оттолкнула, как и он меня. Однако мы тут же сделали шаг навстречу, желая вцепиться друг другу в глотки.

- Наглая муха! Как ты могла испортить мою любимую машину?!

- Будь проклят ты и твои прихвостни! – одновременно завопили мы сквозь оглушающие ноты новой песни. Танцпол снова заполнился людьми, вытеснив вальсирующие парочки, но нас все сторонились.

- Что ты о себе возомнила? Ничего другого не могла придумать, курица безмозглая? Бессмертная что ли? Знаешь, что я могу с тобой сделать?

- Ничего хуже уже сделанного все равно не придумаешь, урод! Псих, тебе лечиться надо! Маньяк доморощенный, только и можешь, что стравливать толпе баранов по одному неугодных тебе жертв.

- Это ты-то жертва? Ага, жертва душевной болезни! Потому что только совсем отбитая могла сотворить такое с машиной!

- А ты жертва бездушной болезни! У тебя души вообще нет! И сердца! И мозгов! Только деньги и машины вместо всего этого! Ущербный!

- Не тебе судить о наличии мозга, тебе даже нечем представить такое понятие. Сейчас я проверю, есть ли в твоей башке хоть что-то, кроме грязного языка!

Этот садист протянул грабли к моей голове, но я успела увернуться и рванула в толпу, успешно лавируя между танцующими. Пробравшись к лестнице я рысью бросилась по ступеням наверх к столику. И только там поняла, как сглупила: надо было к выходу прорываться и лететь домой. Денег на такси мне хватит. Но возвращаться мне показалось опасным, да и в кругу знакомых мне стало спокойнее. Мало ли, Царев бы меня догнал. А раз он позволил себе распустить руки в толпе, то что могло бы случиться на малолюдном темном паркинге? Представить страшно.

Упав с разбегу на диван, я опасливо оглянулась. Никто меня не преследует. Этот урод наверняка решил, что я на выход побежала и там меня ловит. Все-таки я разумно поступила, молодец. А вообще да, сам себя не похвалишь и не подбодришь, никто этого не сделает.

- За тобой черти гонятся? Или женихи? – хохотнул Димка. Шутку оценила вся изрядно подвыпившая компания в лице палача, Вадика, вампирессы, черного балахона и Кати. Горничная и Арлекин спали, откинувшись на спинку, Мальвины и белого балахона не было

- Хуже. Сам дьявол из преисподней явился за мной, - с одышкой поддержала шутку я. Но шутка ли это?

- Выпей, - палач подсунул мне мой стакан сока, - Это поможет.

Я залпом осушила бокал и сразу почувствовала странный привкус. Я подняла глаза на палача и заметила, как тот заговорчески подмигивает Кате. Может, у меня уже паранойя и везде опасность мерещиться? Может, стоит выпить коньяка? Стакан рядом стоит нетронутый. Это, говорят, помогает успокоиться и расслабиться. Залпом опрокидываю в себя и коньяк.