Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 100

Наверно, от страха у меня помутился разум. Если таковой имелся. Я выглядела сейчас воинственно, с пылающими щеками, сжатыми кулаками и горящими глазами. Я надеялась на это, потому что страх, как всегда в присутствии этого гада, заставлял коленки трястись. Только слегка визгливый голос выдал меня с потрохами. Царев открутил бутылку с водой, которую выхватил у рядом стоящего Дмитрина, и стал лить ее мне на голову. Меня же как будто парализовало от возмущения и злости.

- Остынь, психопатка.

Его спокойный голос вывел меня из ступора. Сверкнув бешеными глазами, я резко развернулась и помчалась в кафетерий. Меня догнал гогот.

Вот мерзкий говнюк! Червяк! Индюк надутый! Водой меня облить! Гоблин зеленый! Слизняк горбатый! Грязная свинья-ааааа! Я завизжала от ненависти. Добежав до кафе, я заказала кофе. На вопрос «какой», рявкнула «большой!» отдав все деньги за американо, я понеслась обратно, не чувствуя как обжигает руки бумажный стакан. Хорошо, что с крышкой, наче весь бы расплескала уже.

Да что же это? Никого уже нет! Резко затормозив, я прикинула, где он может быть. Точно! Они шли со стадиона, значит, моются и переодеваются. Я затаилась у выхода из спортивного комплекса в ожидании. Главное не перепутать. Заняв позицию, с которой мне виделся вход, но со входа не виделась я, принялась ждать. Нервно подпрыгивая, притопывая, я злилась на секунды, которые текли так медленно.

Вот! Я взяла низкий старт, когда показалась часть их группы. Прошли, громко пересказывая друг другу недавнюю сцену и мерзко смеясь. Так, не отвлекайся. Вот и Царев в окружении своих друзей. Невозмутимый, грациозный, неприступный. Волосы блестят влагой. Как же красиво… по ним будет стекать кофе. Сладкий, со сливками, прелесть. Открыла крышку. Дождавшись самого удобного момента, я выскочила на дорожку из кустов, как черт из табакерки, и выплеснула кофе.

К моему большому сожалению, на волосы он не попал. Царев рефлекторно отпрыгнул. Хорошая реакция, чтоб ему провалиться. Но зато на белых штанах пятно смотрится еще великолепней. Издав победоносный клич, я благоразумно побежала подальше от места происшествия, выкрикивая на ходу:

- Получай, ублюдок! По делам тебе, отморозок! Чтоб у тебя там все сварилось, мудааак!

- Я тебя убью! – взвыл тот и бросился за мной. Это придало мне ускорения, как если бы за мной гнались бешеные псы. Из самой преисподней.

Прости меня, мама. Я очень тебя любила. Димка, поливай цветы на моей могилке. Так закончилась жизнь самой светлой из нас. Из вас.

Я бежала, не разбирая дороги. По приближающемуся топоту, я поняла, что бежать мне осталось недолго. Влетев в какое-то здание, я понеслась по лестнице, расталкивая удивленных студентов.

- Держите эту покойницу! – возопил ворвавшийся вслед за мной этот буйнопомешанный. Я ускорилась еще, пока никто не сообразил в чем дело, свернула с широкой лестницы в коридор. Я первый раз в этом корпусе, черт подери! Совсем не ориентируюсь, где можно спрятаться. Отчаяться по этому поводу я не успела. Споткнувшись на ровном месте, я полетела на пол. Больно! Нога взорвалась. Перевернувшись на бок, я подтянула к себе поврежденную конечность. Снова вывих?

Тут смерть меня и настигнет. Уже настигла. Царев подбежал и даже не запыхался. Зато я дышала, как загнанная лошадь. Кровь так громко стучала в ушах, что я совсем не слышала, что он говорит.

- Изыди, демон, - прохрипела я, продолжая лежать.

- Ты меня достала. Пришел час расплаты.

Он наклонился и, невзирая на мое сопротивление, схватил за локоть и дернул, поднимая. Нога снова вспыхнула болью. Снова вывих, опредленно. Я повалилась ему под ноги. Но до пола не долетела. Он подхватил.

- Сама не пойдешь? Думаешь, это тебе поможет?  – пропыхтел он, закидывая мою несчастную тушку на плечо. – Не надейся. И почему ты столько весишь? Полтора метра в кепке, а вес слоновий!

- Да это ты дрыщь несчастный! Хлюпик! Глист в скафандре от кутюр! А ну поставь, где взял, скотина! – я извивалась и колотила его кулаками по спине. С таким же успехом я могла бы колотить по поезду. Он только поудобнее перехватил меня, от чего я съехала ниже по его спине.

- Тебя не учили, что обзываться очень невоспитанно? Да виси ты смирно, покойница!– он куда-то вышагивал по коридору. И тон у него такой, как будто он миллион выиграл. Что же он со мной делать собирается? Не сбросит же с крыши?

Мои волосы свесились вниз, полностью перекрыв весь обзор и прилипли к губам и языку. А в фильмах это все выглядит куда интереснее. Его плечо больно давило мне в самый низ живота, кровь прилила к голове, а утренние бутерброды все настойчивее просились наружу присоединиться к веселью. Это очень отвлекало от придумывания оскорблений. Помогло немного прийти в себя его рука, в очередной раз перехватившая меня и оказавшаяся в опасной близости от моей пятой точки.

- Ты! А ну грабли убрал, маньяк! – завизжала я в такт его шагам.

Руки уже болели от бессмысленных ударов, а его зад – единственное, что я видела. Не придумав ничего лучше, я со всей силы его – зад – ущипнула. Царев к моему несчастью подпрыгнул. Это было почти фатально для содержимого моего желудка.

- Ты сама маньячка-извращенка! Ты что себе позволяешь вообще?! – на пару октав выше обычного возопил Царев.

Вы гляньте, оскорбленная невинность прям. Я бы засмеялась, будь мое положение не таким плачевным.

- Если ты меня немедленно не поставишь, заблюю, - слабо выдавила я.

- Аргумент. Хорошо, что мы пришли! Можешь сделать это здесь!

Царев меня поставил, наконец. Я согнулась пополам, глубоко дыша, чтоб справиться с тошнотой. Помогало плохо, в голове жутко пульсировало от прилившей крови. Я плохо соображала, поэтому не сразу услышала звук открывшегося замка. Я опомнилась, когда меня пихнули в какое-то помещение, темное и маленькое. Чулан?

- Да что ты… - начала я. Но меня прервала захлопнувшаяся буквально перед самым носом дверь. Я непроизвольно отшатнулась, обо что-то споткнулась и снова полетела на пол. Послышался страшный грохот железного ведра по кафелю, швабры и всякий хлам посыпались на меня. Боль в ноге померкла из-за боли в носу, по которому что-то ударило. В кромешной тьме разглядеть, что именно, не было никакой возможности.

- Ублюдок! – закричала я, поднимаясь на ощупь.

Из глаз лились слезы, а из носа потекла горячая кровь. Вот черт, форму же испорчу! Я дернула дверь, но она, конечно, не поддалась. В замке послышался поворот ключа.

- Фу, как невежливо, - издевательски протянул Царев. – Посиди тут, подумай о своих манерах. Тебе стоит умолять меня о прощении. Тогда я подумаю. А пока ты права, извинения без тюрьмы не имеют смысла.

Он довольно хмыкнул, пнул дверь и позвал кого-то, приказав караулить и никого не подпускать.

- А ну выпусти меня немедленно! Мразь! Я на тебя заявлю за нанесение тяжких телесных повреждений! Засужу козла! Я всех журналюг на уши поставлю! Я уничтожу тебя!!!

- Заткнись. Иван уже ушел. И он купит их всех, никто тебе не поверит.- послышался незнакомый голос с той стороны.

- Сам заткнись! Нет, лучше скажи свою фамилию! Тебя я тоже засужу! Жалкий слизняк! Ты просто раб на побегушках у этого дерьма! Ни на что негодный.

Я бесновалась и тарабанила в дверь. Сначала кулаками, потом чем-то вроде швабры. И продолжала сыпать оскорблениями.

- Закрой свой рот, истеричка! – не выдержали с той стороны и пнули дверь. Голос другой, значит их двое?

- О, еще одно бесхребетное свой голос подало. Ты сам молчи, а то воняет тупым подчинением. Вы просто псы. Шавки, которые лают только когда хозяина нет рядом. Вы даже меня заткнуть не можете, потому что их дерьмовое величество запретило дверь открывать. Прислужники. Фу, как от вас несет обоссавшейся от страха псиной.

Моя фантазия уже истощилась, руки устали, а в горле пересохло. Обессилив, я съехала на пол. Не знаю, сколько прошло времени. По ощущениям целая вечность, но пара все никак не заканчивалась. А вдруг прошло минут десять и мне сидеть здесь еще час?