Страница 13 из 100
- Сначала принесите свою анкету.
Я выдохнула, кивнула, вышла и помчалась к шкафчику. Поскольку шкафчик мой в другом корпусе, я решила ускориться. Как хорошо бежать по пустым коридорам, никто не смотрит, не шепчется, не смеется. Это место даже нормальным выглядит.
Только я успела додумать эту мысль, как я столкнулась с целой толпой. Я как раз выбегала из корпуса, когда влетела в толпу парней в спортивной одежде. Наверное, они идут на стадион. Да, у этой школы есть собственный полноразмерный стадион, черт бы их побрал.
- Что это тут у нас? Атака бешеной шавки? – послышался незнакомый презрительный голос.
А каким еще голосом тут могут ко мне обращаться? Знакомым презрительным или не знакомым презрительным. Я вздохнула.
- Пардон, - пробормотала я и собиралась уже поскорей сбежать, но меня больно схватили за руку.
Я оглянулась. Этот парень мне кажется незнакомым.
- Прошлый раз ты слишком легко отделалась, а я так рассчитывал на зрелище, - он растягивал слова, как Царев. Но в них не сквозило морозным холодом. Тем не менее, он, почему-то, вызывал почти такое же отвращение. Вспомнила, это он подпер дверь вчера.
- Тебе чего? – без гонора спросила я. Этот точно не побрезгует ударить меня. Мерзкий тип.
- Хочу показать тебе твое место, шавка. – он сильно толкнул меня, и я не удержалась на ногахи упала на пятую точку. Быстро подскочив, я со страхом осмотрелась. Так у меня скоро клаустрофобия разовьется – меня снова плотно окружили. Со злостью я уставилась на обидчика.
- А она резвая! Это даже веселей! – довольно потер он руки.
- Птичкин, поторопись. Тренер ждать не любит. – послышался ропот из толпы.
- Жаль, мало времени.
Он стал приближаться, я отступать. Стало действительно страшно – я одна, на меня наступает взрослый парень с явной целью ударить, вокруг два десятка парней, которые не только не остановят его, но и помогут при необходимости. Я уперлась спиной в кого-то и меня толкнули к центру. Так, как там всегда советуют в фильмах? Нос, горло, голень, яйца – самые слабые места. Туда надо бить. Ну, туфельки, не подведите. Сжав кулаки, я кинулась на Птичкина. Попытка попасть по лицу провалилась, он отклонился и толкнул в спину под хохот дружков. Я снова упала. И снова вскочила, занимая выжидательную позицию.
- Ну, иди сюда, мелкая сучка, угощу кое-чем, - загорелся азартом Птичкин, потирая руки. Его глаза напугали меня гораздо больше его слов – в них нездоровым огнем горела жажда. Жажда насилия. Он больной.
Я стояла, сжав кулаки, не обращая на слова внимания. Боялась упустить подходящий момент для атаки. А я боец! Молодец. Вспомнились школьные драки. Но там я никогда не была одна в таком плачевном положении. Да и дрался всегда Димка, я лишь внимание отвлекала рогаткой или просто камнями. А здесь даже камня ни одного нет.
Птичкин снова двинулся ко мне. Ногой я успела ударить его по голени и он упал.
- Тварь, тебе конец. – покраснел от ярости этот мудак. Я поспешила отбежать.
Он уже поднялся и слепо кинулся в мою сторону, когда плотный круг вдруг расступился с тихим ропотом и вышел староста.
Снова спасает – отстраненно подумала я.
Птичкин остановился и подобострастно уставился на Гнездова.
- Я преподал ей урок. Хотел вам помочь. Чтоб она не смела… - залепетал он, оправдываясь. Я с трудом разбирала слова из-за грохота пульса в ушах.
- Я вижу, кто кому преподал урок. – сыронизирова Гнездов. - Ты разве не знал, что Царев всегда сам возвращает свои долги, а помощь такого бесхребетного, как ты, может быть даже наказана. – его голос звучал тихо и спокойно. Даже скучающе. Но с каждым словом Птичкин бледнел.
- Исчезни, Зазу, - в круг вступил Царев. Я побледнела не хуже Птичкина. – Что здесь происходит, Игорь? – обратился он к старосте. Мне показалось, или между нами возникло какое-то напряжение?
- Эмма в окно увидела, как это, - он указал кивком головы на Птичкина, - собирается избить ее. И послала меня, как старосту, решить это.
- Я понял, - кивнул Царев. Напряжение тут же исчезло.
- Я тогда пошел. – меланхолично ответил Гнездов.
Староста действительно удалился. Просто оставил меня на растерзание? Да как он мог!
- Твои прихвостни идеальны для черной работы, да? Подлый ублюдок, я объявляю тебе войну! – голос срывался от непролитых слез.
Я решила не ждать его реакции и побежала к шкафчикам, воспользовавшись тем, что обидчики расступились. Царев, кажется, что-то кричал мне в след. Плевать, я больше не хочу быть побитой. Убегать не стыдно, когда у тебя нет шансов на победу. Проигран бой, но не проиграна война. Я им всем покажу, думала я, размазывая слезы по щекам. Мне было очень страшно сейчас. Кто знает, что сделал бы этот урод, если бы не староста. Снова спас меня. А потом бросил! А этого урода-Зазу лучше избегать, он опасен. Слишком глупый, страшный, способен на все. Подбежав к шкафчику, я остановилась как вкопанная. Там стоял староста.
- Я устал ждать. Бери бумаги и пошли. – слегка недовольно сказал он и отлепился от стены
- А… почему ты здесь? – неуверенно пробормотала я. Не знаю, как и реагировать.
- Эмма сказала привести тебя. Давай быстрей. – устало ответил он.
- Прости, - я закопошилась в шкафчике. Достав необходимое, я оглянулась к нему.
- Спасибо тебе, - прошептала я, опустив глаза, - Снова…
- Не преувеличивай, я делал то, что мне поручили.
Он подошел ко мне с самым безучастным и невозмутимым видом. Я замерла, когда он взял меня за руки и осмотрел ладони. Они были в царапинах и грязи. Я даже не заметила этого после падения. Достав платок, он вложил его мне в руку и пошел по коридору прочь, так и не проронив ни слова. А я осталась стоять с отвисшей челюстью, пытаясь усмирить свое вдруг снова ускорившееся сердцебиение. Не справившись, я поспешила за старостой. Во дворе уже никого не было.
Глава 7
Глава 7
Прошла неделя. Действительно спокойная неделя. С Царевым не сталкивалась, училась прилежно, никто меня не трогал. Но появилась некоторая странность в поведении окружающих. Меня как будто опасались. А Зазу вообще ходил побитый. Я его один раз видела в тот же день, приготовилась к неприятностям, но он ушел в другую сторону.
Сегодня вторник. По причине стесанных ладоней, меня освободили от волейбола. Я сидела трибуне в спортзале, положив на кулаки подбородок и наблюдала за скачущими с мячом одногруппниками, размышляя о недавних событиях. Зазу вел себя странно. В смысле, страннее, чем обычно. Еще и его вид. Он шарахнулся от меня, когда увидел. Или мне только показалось? Нет, ну а его лицо! Почему у него разбита губа и финиш под глазом? Ведь он выглядел, как самый большой засранец в мире, которого никому не побить. Ну, хорошо, может быть не самый большой, но минимум на втором месте. Царев страшней. Но если только он мог его побить, то зачем? И он ли?
Не будь дурой, это может быть только Царев. Поэтому и окружающие перестали цеплять меня. Даже ведьмы утихли.
Но почему?!
Забыла, что говорил староста? Царев всегда сам платит свои долги. А мне он должен: отомстить. И он сделает это с наслаждением, самостоятельно. Поэтому вмешательство Зазу разозлило этого маньяка. А что делает Царев, когда зол? Правильно, наносит физические увечья. Я потерла свой лоб с доказательством верности предположений. Больно ладошке. Посмотрев на них, я снова мысленно поблагодарила физрука.
- С такими руками иди на трибуны. Сегодня волейбол.
Я упала на выходных и сильно исцарапала и так пострадавшие в стычке с Зазу ладони. Упала глупо – пошла в длинных штанах в магазин, наступила на штанину и полетела. Все как обычно.
Физрук все же замечательный человек. Такой весь из себя большой, суровый, а главное немногословный. Не спросил, что с руками. Просто отправил отдыхать.
Ударившийся в шаге мяч заставил меня вздрогнуть и отвлечься от размышлений. Я растерянно перевела взгляд на поле. Там стояла Мари руки в боки, раздосадованная очевидно своим промахом. Физрук подошел к ней и прямо в лицо свистнул свистком. Та скривилась и посмотрела на него недовольно и нагло, но все же вернулась к команде и продолжила играть. Тренер перевел взгляд на меня. А я что? Я ничего. Пожала плечами и ушла на верхнюю трибуну. Тут меня никто из этих извергов не достанет.