Страница 13 из 28
— Магия Пограничного Кристалла почти вся уже вышла из тебя и вернулась к своим владельцам, — ответил Лидор. — Перемещение не успело толком начаться, Рид вовремя заметил, что что-то идёт не так. Все порванные сухожилия и сломанные кости я срастил. Повреждений было не слишком много, после сна ты восстановишь силы. Я наложу на тебя отводящие внимание заклинания, и мы отправимся к драконам, которые считают с твоего сознания местонахождение мира и создадут артефакт, который поможет перенести Лолирэю назад в Риан.
Значит, боль не была отражением воздействия Пограничного Кристалла. Мой мир пытался забрать меня из Риана, попутно ломая и выворачивая. Так дети вырывают друг у друга из рук обычную игрушку, чем-то понравившуюся и нужную обоим именно сейчас.
— Хорошо, — апатия и равнодушие поселились в душе и отказывались уходить. — Оставьте меня, пожалуйста, я хочу спать.
Бескрылый дракон, маг и Страж переглянулись, но спорить никто не стал, и я осталась одна в комнате. С третьей попытки осторожно поднялась с кровати, голова кружилась, ноги запутались в памятной ночной рубашке, подвернулись, и я упала на пол, обжёгшись о ворс ковра скользнувшими по нему при падении руками. Но снова заставила себя встать и, шатаясь, подошла к шкафу. Мир бешено вращался, но безумное желание оказаться в воде пересиливало весь дискомфорт. Достала оттуда первую попавшуюся мужскую рубашку, женская одежда там так и не появилась, и отправилась в ванную. Внутри стянула с себя ненавистную длинную ночнушку, откинув её как можно дальше в сторону. И с наслаждением погрузилась в тёплую воду, на миг прикрыв глаза. Не смотря на слабость, заставила себя шевелиться и, найдя среди разноцветных склянок вожделенную красную бутылочку, вылила в бассейн лавандовую жидкость, вода сразу покрылась миниатюрными пенными пузырьками, и желанный успокоительный аромат разнёсся по помещению. Устроилась на дне неглубокого бассейна, откинув голову на бортик, и упёрлась ногами в противоположную стенку. Глаза закрылись, а перед мысленным взором понеслись воспоминания о родном мире, который я больше никогда не увижу. До чесотки в руках не хватало воткнуть в уши плеер с любимыми песнями и отключиться от этого мира, не видеть, не слышать, не знать…
Пригревшись в тёплой воде, я незаметно задремала, а проснулась уже в кровати, прижатая к груди чешуйчатого, в застёгнутой на все пуговицы вынутой мною из шкафа рубашке. Всё равно гад! Губы мужчины дотронулись до моего лба, но я упрямо его игнорировала. Тихий вздох расшевелил мне чёлку, тёплые руки проскользнули по спине и снова улеглись на талии.
— Прости, что не смог тебя отпустить. Твой мир потянул тебя назад. От боли ты не могла даже кричать, только хрипела. Это было страшно, видеть как ты мучаешься и понимать, что единственный способ тебе помочь — лишить дома. Если бы ритуал не провели, ты умерла бы ещё до того, как оказалась в своём мире. Прости меня.
— Рид, в следующий раз говори как есть, ладно? — мой голос оставался слабым и сиплым. — Твоё шипение и вторая ипостась отбивают всё желание понимать те мотивы, что тобой движут. Да и как понять, если всё, что я слышу — это «моя», и только. Я понимаю, что это другой мир, и что тут всё по-другому, но не могу мгновенно перестроиться и принять всё как данность. Я не знаю, как всё происходит здесь, а в моём мире, чтобы быть с кем-то — его нужно любить, и он должен отвечать взаимностью.
— Своего мужа ты любила? — Рид попытался задавить рычащие нотки, но я их всё же услышала. — Ты поэтому хотела домой?
— Иногда чувства уходят, и кто-то один или оба понимают, что любви и не было, было просто желание быть вместе, но не было желания жить друг для друга. Тогда люди расстаются, — тихо ответила не в меру любопытному дракону. — Но домой я хотела не поэтому, да я и сейчас хочу домой! Просто там я родилась, выросла, там всё понятное, там близкие мне люди…
— В нашем мире нет разводов, — произнёс блондин. — Пары складываются один раз и на всю жизнь. Даже такие, как Лолирэя и Шассариэн, которые были подобраны друг другу, чтобы восстановить мир на наших землях. Ты моя пара, Ася, я знаю это. И со временем ты меня примешь.
— Не знаю, Рид, я не хотела всего этого, я просто хотела домой…
Лёгкий поцелуй стёр сбежавшую из глаз одинокую слезу и запечатал все мои возражения и возмущенные комментарии по этому поводу. От этого нежного прикосновения что-то внутри отключилось и не пожелало реагировать на доводы сознания. Я пыталась унять бешено бьющееся сердце и отказывалась слушать разум. Возможно, я сумею перестать его бояться?
Утро встретило волнующими запахами вкуснейшей ягодной сдобы. Той самой, которой я поделилась с отрядом высокородного отца Рида. Потянулась носом на запах и распахнула глаза. Как и в первое утро на столе меня ждал поднос с завтраком, только в этот раз на нём горкой были сложены те самые пирожки-завертушки, а рядом стоял кувшин с сиреневым молоком и глиняная кружка. Послышался едва уловимый скрежет аккуратно притворяемой двери, повернувшись на звук, успела увидеть скрывшуюся за ней затянутую в серо-серебристый камзол спину моего личного проклятья. Щелчок поворачивающегося затвора ознаменовал, что я снова осталась одна. И снова взаперти.
Выбралась из-под одеяла и, уже достаточно уверенно добравшись до кресла, с удовольствием в него забралась, поджав под себя ноги. Всё же рубашка не в пример удобнее плащ-палатки, которую здесь по ошибке считают ночнушкой. Налила себе из кувшина молока и с наслаждением втянула ароматный сдобный запах. Как же всё-таки это вкусно! Я вонзила зубы в первый попавшийся пирожок и замычала от удовольствия. Насладиться такой вкуснятиной, да ещё и в одиночестве, когда можно расслабиться и не сдерживать своих далёких от совершенства манер — бесценно!
Глава 6
Куда может деть полный вынужденного безделья день попаданка обыкновенная? Да куда угодно! В моём случае, попытка устраивать забеги, с целью изучить вдоль и поперёк предоставленную для проживания территорию, провалилась на корню. Платье пропало, а бегать в мужской рубашке не позволило чувство самосохранения, всё же в женихи набилось довольно зубастое желтоглазое чудище. Предусмотрительный зараза, по-моему он знал, что шило в моей выдающейся части засвербит, раз на поправку пошла. Еще и запер для надёжности. Поэтому всё, что оставалось — разорять книжные залежи в ожидании возвращения элемента, вносящего адреналиновое разнообразие в весёлую иномирную жизнь.
Ближе к середине дня, когда я пересмотрела и перевертела в руках примерно половину библиотеки, в которой с зарисовками было совсем немного книг, остальные же были заполнены сухим убористым подчерком, где местами в тексте были грифелем в своеобразной манере подчёркнуты заинтересовавшие читателя моменты, щёлкнул замок, дверь открылась и в комнату проскользнула давешняя девушка-прислужница.
— Леди Анастасия, — девушка разложила на не заправленной кровати ворох тканей и кружев. — Меня зовут Миррит. Лорд Шассариэн распорядился помочь Вам приготовиться к поездке в Юконрузу.
Девушка присела в подобии книксена и замерла возле своей сваленной в кучу ноши. Моя деятельная натура расплылась в широченной улыбке, порядком напугав своим азартом девушку. Книги были мгновенно забыты, и я довольно резво устремилась к новому весёлому занятию. Выданные мне ткани были глубокого янтарного оттенка. Тёплая оранжевая ткань даже на вид была невероятно мягкой. Дрожащими руками провела по туго смотанным бобинам, струящаяся, приятная на ощупь, она пробуждала желание замотаться в неё с головой и довольно мурчать. Кружева серебристых оттенков различного плетения и плотности казались практически невесомыми.
— Миррит, — я потрясённо повернулась к девушке. — Всё такое красивое! Надо выбрать какой-то один оттенок?
— Нет, леди, что вы! — мой вопрос вызвал у девушки звенящий смех. — Я могу совместить нужные Вам, но гармоничнее будет выбрать не больше трёх.
— Ну, тогда давай выбирать! — довольно потёрла руки я и приступила к осмотру.