Страница 11 из 27
- Ворэнт-офицер Чанг Пай, - вскинув не по-нашенски руку к козырьку, хозяин кабинета указал на шеренгу стульев. -Присаживайтесь, господа.
А офицер-то, оказывается, вовсе и не офицер. Насколько помнилось Богдану из казанцевской справки, устройство своих вооруженных сил республика Сайбан почти полностью скопировала у Британии, а значит как там, так и здесь ворэнты эти самые являются подобием советско-российских прапорщиков.
- Господа, я прошу прощения за вынужденные неудобства, которые объясняются сложной ситуацией в стране, - по-английски прапорщик Чанг Пай ботал вполне сносно, хотя и с кошмарнейшим акцентом. «Пиджин-инглиш», что поделать.
- Многочисленные мятежные группировки пытаются помешать народу Сайбана достигнуть высокого уровня экономического развития и, к сожалению, некоторые лица за рубежом поддерживают наших мятежников…
«Тебе бы замполитом быть! - подумалось Богдану невольно. - Загонял бы солдатам про лучшую жизнь и «высокий уровень» да жил себе припеваючи. Какой ты, к чертям собачьим, ворэнт!»
- Надеюсь, господа туристы поймут и не откажутся объяснить цель своего прибытия в нашу страну.
- Я отвечу, если позволите, - в свое время Богдана долго учили обхождению с представителями власти и сейчас, почти не задумываясь, решил резать правду-матку. Дешевле обойдется.
- Я являюсь телохранителем, референтом и переводчиком господина Суханова, вот мое удостоверение... Целью прибытия является охота… Лицензия принадлежит проводнику… Все согласовано.. Все законно…
Еще через полчаса занудный ворэнт-офицер исчерпал перечень вопросов и козырнул почти разочарованно:
- Желаю удачной охоты, господа.
- Сглазите, - рассмеялся Богдан. - У нас на родине говорят: «Ни пуха, ни пера».
- Что?
- Это идиоматическое выражение, порожденное старинными суевериями. Проще говоря, охотнику желают, чтобы он не сумел добыть ни зверя, ни птицы.
-Но почему?
- Потому, что… от зависти, наверное, - поспешил Богдан выбраться из дебрей русского фольклора на более понятную азиатам тропу. - В древние времена охотники жили лучше других и все им завидовали. Злые были люди тогда, нехорошие.
Иных деталей не потребовалось. Чанг Пай улыбнулся до ушей и козырнул повторно:
- Ни пьюха, ни пьера!
Судя по лицу ворэнт-офицера, он был безмерно рад, что живет не в древней России, а в современном Сайбане, населенном куда менее завистливыми людьми.
-Утомил он меня, - пожаловался Богуславский по пути к выходу. – Это ж не дай бог нашим прапорам такое красноречие!
Они вышли на улицу, и горячая сырость приняла их в объятия.