Страница 40 из 116
— Твою ж мать! — заорал он испуганно, будто приведение увидел. — Живой!
Оказавшись на ногах, чувствую, как в ребра вонзились сотни иголок, оповещая о переломах. Сгорбившись от неприятных ощущений, я уставился на человека слегка помутневшим взглядом, так как такой удар не проходит бесследно, пытаясь разглядеть. Чувствую, как со лба по лицу стекает кровь, и машинально провожу ладонью по лбу. В нос ударяет запах еще теплой собственной крови, и, как обычно, это начинает злить мою звериную сущность, винящую человека в моей травме. Прибывая в некотором шоке от удара и боли, я начинаю угрожающе рычать.
Человек, вытаращив на меня глаза, попятился к машине. Сначала медленно отступал, двигаясь задом. А когда я, освещаемый светом автомобиля, с окровавленным лицом шагнул к нему, оскаливши клыки, он развернулся и побежал. Но добежать не успел — на его пути возникнул Двэйн. Он практически цел, возможно, какие-то переломы, но крови не видно. С угрожающим видом, он ринулся к мужчине и схватил его за шею, начиная душить.
Я, немного опомнившись, осознал, что он собирался сделать и бросился к нему. Человек от такого давления на шею уже теряет сознание и отключается. Хватка оборотня стальная, и очень быстро может стать смертельной.
— Отпусти его! — выкрикнул я, пытаясь разжать его руки.
— Он видел нас! — зло прорычал Тарлин. — И может выдать. А ты еще рычал и скалился на него!
— Никто не поверит ему, — возразил я, мотнув головой, стараясь наладить процесс мышления. — А если убьешь, то точно будут искать виновного. А что здесь ближе всего?
Двэйн, скалясь, смотрел на меня и не желал соглашаться. Его видать тоже хорошенько приложило машиной или при падении.
— Университет среди людей считается заведением для трудных подростков. А убийство прямой наводкой бросит подозрения на его обитателей, — пытался я вразумить его. — Люди посчитают, что кто-то сбежал из заведения и убил проезжего водителя. И начнут искать виновного!
Волк ни в какую не желал уступать. Я со всей силы вцепился ему в руки и вынудил ослабить хватку. Он, под моим натиском, разжал пальцы и бросил бессознательного человека на асфальт.
— Но он видел нас, — продолжал настаивать Двэйн с рычанием. — Точнее тебя. Как ты после столкновения с его железякой вскочил, будто ни в чем не бывало. Значит, ты должен его прикончить.
Он схватил меня за куртку и потянул вниз к человеку.
— Рехнулся?! — прорычал я, толкнув его в грудь. — Я не собирают никого приканчивать.
— Ну, ты же хотел доказать, что ты волк, и на людей тебе плевать, — с ядовитой миной проговорил Двэйн. — Вот тебе возможность и представилась.
— Я не собираюсь никого убивать, — четко повторил.
— Ты что, правда, думал, что я поперся сюда, чтобы понюхать кого-то? — прошипел Двэйн. — Чтобы доказать, что ты истинный волк, тебе нужно расправиться с человеком. Давай, прикончи его!
Он пнул ногой, лежавшего у ног человека.
— Или жалко родственника?
— Волки не убийцы, — заявил я, оттолкнув его. — Мы убиваем только чтобы защищаться.
— Ты эти сказки кому-нибудь другому расскажи, — фыркнул старшекурсник. — Я побольше твоего курсов проучился, так что можешь мне не заливать. Если люди угрожают нашей безопасности, то можно уничтожать их без зазрений совести.
— Он ничем не угрожает, — не отступал я. — Никто не поверит ему.
Все же я чувствовал долю своей вины в том. Оглушенный ударом, я чуть не набросился на человека. Но произошедшее открыло кошмарный замысел Двэйна и цель этой вылазки.
— Тогда я сам это сделаю, — бросил Двэйн, наклоняясь к мужчине.
— Не смей, — я со всей силой оттолкнул его. — Это выдаст нас!
Двэйн отшатнулся от моего толчка, но на ногах удержался.
— Лучше помоги мне положить его в машину, — предложил я. — Сделаем, будто произошла авария, подтолкнув ее к дереву.
— Делай, что хочешь, — огрызнулся Тарлин и пошел прочь.
Похоже, мне удалось заставить его отказаться от своей безумной идеи убийства. По крайней мере на этот момент.
— Разве ты не поможешь? — растерянно переспросил я.
Хотя глупо было надеяться на это. Но видимо, от стресса и шока я еще плохо воспринимал реальность происходящего и думал, что он тоже переживать за то, что нас могут раскрыть.
— Я сваливаю, — Двэйн Тарлин оглянулся на меня, — и тебе советую. А то в любой момент еще кто-нибудь явится и застанет нас тут.
— Но это была твоя идея уйти за стену, да еще побегать! — прорычал я, возмущенным его безучастием. — Из-за тебя мы попали под машину!
— Ну и что, — фыркнул он, — я же не специально под нее прыгнул. И по хер на этого чувака. Пусть валяется, авось кто-то переедет, — он, проведя рукой по шее, издал злобный смешок, — тогда, так и быть, засчитаем на твой счет.
И, повернувшись, зашагал через дорогу, чуть прихрамывая, где исчез в кустах.
— Сволочь, — прошипел я ему вслед, — трусливый шакал.
Тарлин ушел, а я с потерянным видом остался стоять рядом с бессознательным человеком посреди дороги. Постояв в задумчивости, вдруг вспомнил, что многие люди прибегают к видеосъемке своих поездок, чтобы фиксировать свое передвижение и возможные аварии. Это я узнал из путешествий с родителями. Необходимо было проверить автомобиль этого человека на предмет видеорегистратора. Если он имеется у него, то непременно заснял, как мы выскочили под колеса. Эта запись может стать приговором для нас.
Развернувшись, подбежал к машине. Водительская дверка была открыта, и я забрался в салон, осматривая его. На лобовом стекле крепилась небольшая пластиковая коробочка. Осторожно отсоединил провода и забрал камеру.
— Уф, хорошо, что вспомнил, — пробормотал, разглядывая прибор в руке.
Без сомнений необходимо уничтожить его, и я уже хотел сжать пальцы, чтобы растрощить девайс. Но внезапно осенила одна мысль, когда взгляд упал на лежавшего перед машиной человека. Все происходящее перед этим было зафиксировано, в том числе и попытка Двэйна задушить несчастного водителя. Это запись может стать моим козырем против него, поэтому я решил сохранить прибор и спрятал в карман.
Глядя на лежавшего перед машиной на асфальте человека, стал соображать, как поступить дальше. Нужно было запихнуть его в машину и столкнуть ее с дороги — таков был мой план. И стоило поторопиться: Двэйн прав, кто-то может появиться на дороге в любой момент. Хоть она и второстепенная, проходящая через лес, но не значит, что заброшена. Подбежав к мужчине, я подхватил его и затащил на водительское сиденье. Главное, чтобы он не очнулся в неподходящий момент. Упершись в машину, я стал толкать ее. Транспорт оказался не из легких. Внедорожник-пикап весил, наверное, тоны две, а может и больше. Человек в одиночку вряд ли такую сдвинул бы, но я же не человек. Пожалуй, я даже мог бы ее перевернуть. На асфальте машина шла легко, и я разогнал ее побольше. Приметив подходящее дерево, повернул руль и толкнул со всей силой.
Я уже упоминал, что меня преследуют триста тридцать три несчастья? В их числе — очнувшийся мужик в машине. Он начала шевелиться в момент, когда я свернул с дороги к дереву. Подняв голову, уставился на меня круглыми глазами, и я в испуге, действуя машинально, заехал ему в челюсть, чтобы вырубить. Отпустив авто и захлопнув на ходу дверку, отскочил в сторону. Внедорожник с грохотом встретился с деревом, скатываясь по небольшому уклону от дороги. Подбежав к ней, я убедился, что человек больше не очнулся. Открыв дверку, потянул его за одежду, возвращая в сидячее положение, и устроил на руле.
— Извиняюсь, — буркнул я, и пару раз приложил его об руль, чтобы авария выглядела правдоподобнее.
А все остальное можно будет списать на его бред от травмы и алкоголь, которым от него разило. Покончив с этим, я рванул прочь. И как раз вовремя — в отдалении на дороге показались фары другой машины. И ее обитатели точно должны заметить эту.
Бежать быстро уже не получалось, в ребрах отзывались переломы, на восстановление которых требовалось время. Рана на голове затянулась, но еще не до конца. Морщась от боли и понимания, в какие неприятности вляпался, я не спеша, побрел по лесу в обратном направлении. Но зато теперь у меня имелась ниточка, за которую можно было дернуть в случаи чего и отвадить Двэйна от себя.