Страница 12 из 116
Успокоившись и горько сожалея, что пошел на эту встречу, я побрел обратно к зданию. Повстречавшиеся в общаге однокурсники стремительно убирались с дороги, прятались и отворачивались от меня, но мне уже было все равно.
В комнате никого не было: парни где-то гуляли, время еще позволяло. Мои неприятности не должны были влиять на их жизнь. Они, как и прежде, занимались своими делами и развлекались. Оно и к лучшему, наверняка, у них возникли бы вопросы, как все прошло и что с моими руками. Зайдя в ванную, я отмыл их от грязи и крови, вытащил щепки из ран и промыл повторно.
Оставалось подождать, пока они исчезнут.
Упав на кровать, тяжело вздохнул, осознавая всю тяжесть моего положения. Хотелось забыться, исчезнуть куда-нибудь, свернуться клубочком и закрыться от всех проблем. Второй день моя жизнь — сплошной кошмар. Думал, что справиться со всем этим будет легче, но ошибся. Возможно, если бы не Ариша, то еще выдержал бы, но ее предательство выбило почву из-под ног окончательно. Все отвернулись от меня, если не считать парней из стаи.
=== Глава 16 ===
Рэйм
Возвратившись в комнату, Иллар и Норт заметили, что со мной что-то не так. Я лежал неподвижно, спрятав голову под подушку и поджав колени к груди, сжавшись в клубочек, не обращая ни на что внимание.
— Рэйм, — позвал меня Норт, — с тобой все в порядке?
Открыв глаза, я выглянул из-под подушки и посмотрел на них. Они молча ожидали ответа от меня.
— Я сказал ей все, — ответил я, садясь на кровати.
— Что? — не поняли они о чём я.
— Ариша позвала на встречу не ради того, чтобы поддержать меня, — пояснил я, понуро опустив голову, — а чтобы выведать, кто моя мать. И я сгоряча рассказал, что она была человеком.
Парни растерянно переглянулись и снова посмотрели на меня. Во взгляде Иллара я уловил осуждение за такую оплошность.
— Прости за нескромный вопрос, — прокашлялся Иллар. — Она твоя пара?
— Нет, — равнодушно ответил я. — Будь она моя пара, то так бы не поступила.
— Тогда не стоило ей об этом говорить, — покачал головой Иллар. — Ариша довольно высокомерная особь. И выискивает во многом выгоду для себя. Всегда подозревал, что с тобой она была только потому, что ты наследник.
От его проницательности и сочувствующего взгляда было только еще горестнее.
— Да, — скорбно усмехнулся я, — а я думал, что она та, с кем мне следовало бы быть. И ошибся. — Я задумчиво почесал за ухом. — И почему так неприятно признавать свои ошибки?
Я посмотрел на друзей в поисках ответа.
— Не знаю, — пожал плечами Иллар с улыбкой. — Но зато в следующий раз будешь более разборчивым.
— Но теперь я вряд ли представляю для кого-то интерес, — вздохнул я.
— Ну, не стоит быть столь категоричным, — возразил Иллар. — Не думаю, что ты прям всем безразличен.
— Мне хватило несколько раз пройтись туда-сюда, чтобы понять, как ко мне отнеслись, — возразил я, не пытаясь приукрасить свою реальность. — Теперь я для них наполовину человек. Помесь.
Я зарылся руками в волосы и подергал, будто так мог вырвать из головы одолевавшие меня мрачные мысли. Понимаю, что он стремился утешить и поддержать, но с правдой не поспоришь.
— Многие просто не верят и не понимают, как такое возможно, — изрек Норт. — Допытываются у нас: правда это или нет.
— Ага, — фыркнул Иллар, покосившись на друга. — А еще расспрашивают, как мы не замечали, живя в одной комнате, что он полукровка. Болваны. Глупые сплетни недостойны внимания умных волков.
— И что вы отвечаете? — я поднял на них угнетенный взгляд.
Осознание того, что тяжкий груз моего клейма может лечь еще и на них, радости не предавало.
— Ничего, — отрицательно мотнул головой Норт. — Мы не в праве отвечать на такие вопросы.
— Большинство интересует: как ты можешь быть одновременно человеком и наследником, — поведал Иллар.
— Не могу, — с болью в голосе выдохнул я, сжимая в кулаке волосы. — Я волк. Я не человек.
Подойдя к моей кровати, Иллар и Норт присели возле нее передо мной, смотря снизу вверх.
— Для нас — ты наш наследник, — смотря преданным взглядом, проговорил Иллар. — И мы признаем тебя в любом облике.
— Спасибо, — тихо, ответил я, закрывая лицо руками.
Я искренне был признателен им за поддержку. Возможно, только благодаря им я еще не сорвался с места и не сбежал домой. Не смотря на резкую смену отношения большинства, остались те крохи окружения, кто верил в меня, и кого не хотелось терять.
— И не забывай, — добавил Норт, — ты не один, мы твоя стая. Мы готовы помочь тебе в любом деле, прийти на помощь в любую минуту, только скажи.
— Я постараюсь этим не злоупотреблять, — слабо улыбнулся я.
Чувствовалась та самоотверженность с их стороны, присущая членам одной стаи. Таким был уклад внутри кланов, основанный на понимании каждым членом личной ответственности, чувствах преданности и верности, а также на сознательности и готовности, ради которых приносятся в жертву личные интересы, во благо членов правящей семьи, вплоть до готовности сознательно пожертвовать собственной жизнью ради защиты или спасения их жизней. Такая преданность наследникам объяснялась тем, что в будущем они возглавляли стаи, а значит, могли припомнить неподдержавших их членам старую обиду, травя или вообще выгнав из стаи. Но опять же родовой наследник стаи с рождения предан ей и будет оберегать и заботиться о ее членах, как обладатель самых могущественных сил в своем клане. А если что-то с ним случится, на его место может придти другой, стая не может быть без главы. И нет никакой гарантии, что пришлый будет любить и оберегать стаю, как родную. В таких случаях не раз бывало, что происходило слияние стай или формирование новой стаи.
Мне меньше всего хотелось, чтобы они жертвовали ради меня или как-то пострадали. С самого детства мне разъясняли, что каждый в стае готов отдать за меня жизнь, поэтому я не должен лишний раз подвергать себя опасности. И я всегда это помнил, начиная шалить, и избегал ситуаций, которые заставили бы других волноваться за меня.
Фактически, ребят приставили ко мне, чтобы они оберегали меня, и если мне что-то будет угрожать, они пожертвуют собой.
— Не более дозволенного, — подмигнул Норт.
— Черт, — ругнулся я, вспомнил Аришу, — я чуть не набросился на нее.
— На кого? — уточнил Иллар.
— На Аришу, — вздохнул я. — Она меня так вывела из себя, что я хотел растерзать ее.
— Думаешь, она кому-нибудь пожалуется? — Норт смотрел на меня с прищуром, сидя на полу, облокотившись на кровать и скрестив ноги.
— Я ее и пальцем не тронул, — возмутился я. — А она меня обозвала по-всякому: выродком, безродным, недостойным находится рядом с ней…
Я сидел, разглядывая свои руки, которые разбил из-за нее, стараясь забыть слова, что только произнес, ибо они снова подняли волну возмущения моей звериной сущности.
— Не стоит из-за этого волноваться, — попытался подбодрить меня Иллар. — Это она не заслуживала находиться рядом с тобой. Просто стерва лохматая, вот и все. Потом еще прощение будет просить.
— Легко сказать, — вздохнул я, почесав затылок обеими руками, словно это поможет забыть все.
— У меня предложение, — вдруг заявил Норт.
Я с Илларом вопросительно уставились на него.
— Давайте перекусим, — с улыбкой озвучил он свое предложение.
И не дожидаясь нашего ответа, он поднялся на ноги и направился к холодильнику. Норт был в своем репертуаре: какие бы проблемы не одолевали, лишний раз перекусить он не откажется. Прожорливый волчара. Это невольно вызвало улыбку.
— Прекрасная идея, — поддержал его Иллар, тоже поднимаясь на ноги. — Я чайник включу. Рэйм, — он слегка похлопал меня по плечу, — лучший способ забыть о плохом: скушать что-то вкусненькое.
Он с мечтательным видом, пританцовывая, направился к кухонному уголку. Отбросив все, я решительно присоединился к ним.