Страница 36 из 91
— Хорошо, меньше работы, — Нинель доделала пирожные и встала, — Оль, посмотри, как?
— Я чего к вам-то шла? — Вера дула на медленно остывающее пирожное. — Оля, завтра вы опять едете к Маргарите Павловне. С вами поедут Маша и Наташа.
Ольга уныло кивнула: снова она целый день не будет видеть Макса. Его отсутствие разжигало острую тоску. Воспоминания об ощущениях во время танца в комнате с зеркалами, кажется, возникали в голове каждую минуту. Руки слабели, и все тело, словно кусок льда на солнечном подоконнике, начинало плавиться.
— Вы у нас девушки не городские, так что работа будет для вас привычной, — продолжала Вера, — завтра можете униформу не одевать, там дадут одежду, чтобы переодеться. Или у вас, Оля, были другие планы на завтра?
— Да нет, все нормально, — и все-таки в голосе Ольги энтузиазма было ни на каплю.
— Завтра вы пораньше вернетесь, не переживайте. Как выполните свою работу, подойдите к Маргарите Павловне, она позвонит мне, и я пришлю машину, — Вера вытерла салфеткой руки, — спасибо, было очень вкусно. Спокойной ночи, девочки. Вы еще не идете спать?
38
Среди сугробов
Все тяжелее брести.
Белое небо.
Перед сном Ольга даже немного всплакнула то ли от усталости, то ли от невозможности разобраться в собственных чувствах. Здесь, в Доме, было невыносимо находиться из-за постоянного поиска решения: отказаться от Макса и уйти на долгожданный проект к Пуховой или остаться и — будь что будет. Ольга интуитивно подозревала, что уйти сейчас, когда чувства, непонятные, но такие желанные, только начинались, значило признать их незначимыми. На одной чаше весов были только чувства, интуиция и почти полное незнание Макса как человека, на других весах — реальный шанс попасть на второй тур к своему кумиру, ради которого, собственно, она преодолела огромное расстояние.
С другой стороны, ехать к Маргарите Павловне, чтобы там отвлечься от этого «быть или не быть», Ольга тоже не хотела. В доме Карамзиных она испытывала панический страх перед другой сумасшедшей проблемой. Здесь нужно было не просто выбирать, а бороться с собой, своими собственными, придуманными суевериями или правдивой статистикой, то есть, в последнем случае, — с волей Того, кто управляет человеческими судьбами.
Ольга не раз пожалела о том, что, находясь в состоянии эйфории, наболтала лишнего Нике, которая сегодня узнала со слов Олеси все подробности о неожиданном возвращении Артура Карамзина. Когда-то посмеявшись над Ольгиной сумасшедшей хронологией, теперь Ника с дьявольским блеском в глазах, наоборот, пыталась столкнуть подругу со своим знакомым, даже влюбиться в него. Весь свой дар убеждения Ника вылила на Ольгу в ванной, куда затащила растерянную «сумасшедшую» перед сном.
— Я тебе говорю, ты должна попробовать… Обязательно познакомься поближе с Карамзиным! Ты знаешь, он какой? Он щедрый, умный, остроумный и веселый…
— Откуда ты так хорошо его знаешь? — Ольга не сопротивлялась, чтобы случайно не подлить масла в огонь.
Сатанинский огонь в зрачках Ники на несколько мгновений неожиданно потух и вспыхнул с прежней силой:
— Я — знаю, поверь мне! Он так красиво ухаживает, он… он такой… Он — точно твоя судьба!
Слава Богу (это лишний раз доказывало, что она хорошая подруга), Ника никому из девчонок не рассказала об Ольгином суеверии. Но сболтнула ли она с Максу, Ольга не решилась спросить. Сам Макс, будучи, наверное, просто уставшим, за ужином бросил на Ольгу несколько пристальных взглядов, которые она чувствовала на себе, но боялась ответить тем же, чтобы не спровоцировать Нику.
Ужин был слишком щедро сдобрен разговором о Карамзиных, их особняке и прекрасной перспективе выйти замуж за богатенького сыночка. Пытаясь сменить тему, Ольга заговорила с Наташей, которая в поисках какой-нибудь путной книги в библиотеке наткнулась на Пройслеровского «Крабата», весь день носилась с этой сказкой и даже теперь, за ужином, сидела, положив книгу на колени, нет-нет невпопад цитируя по памяти удачные идеи автора. Вопрос Ольги поддержала Маша:
— Это даже ученые доказали, что влюбленные одинаково мыслят и чувствуют. Я считаю, что, если, например, твой парень болеет, то ты обязательно почувствуешь его состояние, если по-настоящему его любишь.
— Философ… — усмехнулась Лера, — а ты сама-то влюблялась так, как тут рассуждаешь?
И Маша замолчала.
— Хорошо, положим, это уже экстрасенсорика, — Наташа не отступала, — я имею в виду одинаковые сны и мысли, но можно же проверить, понимает ли тебя тот, в кого ты влюблена, по-настоящему.
— Например? — Арина повертела в руках Наташину книгу и, отложив в сторону, опять взяла вилку, нацелилась на оливки в салате.
— Я не знаю… например… — Наташа задумчиво сложила руки домиком и водила глазами по потолку, — вот например, я передаю какую-нибудь штучку своему другу и прошу ответить на мой вопрос…
— И чтобы к завтрашнему утру был твой ответ! А не угадаешь загадку, мой меч — твоя голова с плеч! — расхохоталась Лера.
— А потом выходит бедолага на улицу и видит, что вокруг твоего дома весь забор в отрубленных головах! — Арина с восторгом поддержала шутку.
Многие засмеялись, Ольга и Ника усмехнулись, Олеся покачала головой, а Макс молча доел ужин, отнес посуду к мойке и вышел.
Приблизительно через час к Ольге со смущенным видом подошла Ксюша Мокина. Она протянула книгу и передала просьбу Макса вернуть эту книгу на место, библиотеку. Это был какой-то исторический роман, но главное было внутри книги: между страницами кто-то заложил достаточно свежую ромашку, похожую на те, что росли у беседки. Лепестков почти не было, всего несколько. «Что же случилось за этот день, что ты меня спрашиваешь, люблю ли я тебя?» — подумала Ольга, огорченно вертя в руках ощипанный цветок. Определенно, сегодня Макс будто избегал ее: сразу по возвращении помчался куда-то, сославшись на срочный монтаж, за завтраком его не было, и за ужином он не делал никаких многозначительных знаков Ольге, даже не подмигивал, как обычно.
Раздумывая над посланием, Ольга отправилась в библиотеку, чтобы оставить там книгу и поискать что-нибудь подходящее для ответа, но по дороге подругу перехватила Ника для приватной беседы «по душам», ванной.
Ника даже не подозревала, что, подталкивая Ольгу к «суженому А.К.», добивается абсолютно противоположного результата. Чем больше Ольга думала о Карамзине, тем сильнее влюблялась в Макса, еще не в силах признаться себе в этом.
Разве мог, по словам Ники, гадкий и подлый Макс искусно притворяться во время танго? Именно с тех минут молчаливого откровения Ольга чувствовала себя словно бы принадлежащей ему, покоренной им. А первое знакомства — какая была выгода Максу обманывать незнакомку? И, если уж говорить обо всех суевериях, то стоило учитывать не только последовательность имен, но и странный сон, приснившийся в первую ночь и подаривший потом, будто бы в насмешку, состояние дежавю. А значит, и встреча с Максом была тоже не случайной, давно запланированной небесами. Бр-р-р! Окончательно запутавшись во всей этой бесовщине, Ольга перекрестилась под одеялом. Нет, пусть она сгорит в этих чувствах, пусть будет обманутой, но ни за что без боя не отдаст Нике, Карамзину того, что у нее уже есть.
39
Кыш, противная
Ворона у турбины!
Земля в квадратах…
Маргарита Павловна, по обыкновению, сначала предложила чай гостьям. Ольга прочитала на лице хозяйке, узнавшей вчерашнюю девушку, некое неприятное удивление. «Какая ей разница?» — подумала Ольга и отказалась от чая, сославшись на готовность поработать. Полоть огородик или красить недавно установленную в саду пергалу? Огородик был дальше от дома, и девушка выбрала участь ковыряться в земле. Маргарита Павловна не стала уговаривать работницу задержаться немного в компании.
— Синдерелла, привет! — в самый пик прополки к Ольге подошел злополучный Артур, — вас, кажется, Оля зовут? Я правильно запомнил?
— Правильно.
— Я не помешал?
Черт возьми, конечно, помешал! Своим появлением молодой человек вывел работавшую из транса мечтаний, что существенно облегчало тяжелую работу, позволяя не сосредотачиваться на сорняках и усталости в руке от инструмента.